Глава 255
255
В тот момент, когда он услышал незнакомый голос, Бонуччи немедленно отреагировал, левая рука быстро устремилась к тревожной кнопке под столом, в то время как правая двигалась к талии, где находился пистолет.
«Неужели эти чертовы крысы все-таки решили начать действовать?» – мысленно сокрушался Бонуччо.
Эта мысль мелькнула в его голове, но затем, не успев даже коснутся тревожной кнопки или достать пистолет, сознание Бонуччо поглотила вспышка невероятной боли. Все что он успел увидеть, это как фигура незнакомца мгновенна подскочила к нему и выпустила из руки электрическую дугу, которая парализовала его тело.
Дум вынул пистолет из кобуры, затем схватил Боннучо за шею, и, словно дикую собаку, потащил того в личную комнату отдыха премьер-министра, дверь в которую располагалась в самом кабинете.
– Тск-тск, а вы еще тот затейник, премьер-министр... – презрительно сказал Дум, осматривая убранство комнаты.
Стены комнаты отдыха были увешаны различными секс-игрушками, а на полу стояли разнообразные приспособления для более увлекательных игр. Плетки, колеса Вартенберга, страпоны – разных размеров, клетка, подвешенные к потолку – качели, меховые-наручники, кляпы… в общем, проще было сказать, чего здесь только не было, а некоторые он вообще в первый раз видел, и даже представить было трудно для чего именно нужны были эти адские устройства. Как бы то ни было, премьер-министр, в перерыве от государственных дел, явно не скучал и вовсю наслаждался жизнью.
Доктор Дум снял со стены кожаную «девятихвостую кошку» – особая плеть, состоящая из прорезиненной рукоятки длиной в один фут и девяти кожаных ремней, на концах которых имелись три узла, – немного поиграл с ней в руках, и задумчивым взглядом окинул, валяющееся у его ног, тело премьер-министра, что с выпученными глазами смотрел на него.
К сожалению для премьер-министра, по сравнению с хозяйкой данной «девятихвостой кошки», – а он был уверен, что именно девушка являлась главной в их играх, – Дум не так нежен. До того, как «девятихвостая кошка» стала широко использоваться в качестве секс-реквизита, ее применяли для наказания и казни. В век мореплавания – эта «девятихвостая кошка», была самым часто применяемым для наказания и одновременно самым жестоким карательным инструментом. Чтобы усилить страдания несчастного, «девятихвостую кошку» вымачивали в соленой воде или моче.
Дум молча замахнулся и начал наносить удары по спине премьер-министра. Бонуччо не выдержал и дико закричал от ужасной боли: – Что тебе нужно? Деньги? Я могу тебе их дать! Уран? Я-я-я могу свести тебя с нужными людьми!
Боннучо не понимал, что от него хотят. Этот сумасшедший в маске, ворвался к нему домой, и не говоря ни слова, не задавая никаких вопросов, не прося никакой информации, просто начал избивать его... В этой безмолвной и угнетающей обстановке, премьер-министр, чья психологическая защита с каждым ударом становилась все меньше и меньше, взял на себя инициативу и стал молить о пощаде.
— Я ничего не хочу, — в холодном голосе Дума проскользнули нотки веселья.
Дум отшвырнул в сторону девятихвостую кошку, уставился на дрожащего Бонуччи, взирающего на него со страхом, и снял с правой руки перчатку. Рука хоть и мела пять пальцев, но визуально она слабо напоминала человеческую. Верхний эпидермис руки был покрыт странным серебристым металлом, что не мешало Думу ей шевелить, как обычной конечностью.
ZZZzzzzZZZzzzz
Внезапно в воздухе раздался трескающий звук, голубые электрические дуги, словно маленькие игривые змейки, пробежались по кончикам пальцев Дума. Бонуччи с удивлением смотрел на все это. Он и раньше слышал о существовании мутантов со сверхспособностями, но ему еще никогда не доводилось встречаться с ними лицом к лицу.
– Время небольшого урока по истории. Господин премьер-министр, что произошло 5 ноября 1605 года? – тихо спросил Дум.
– … Пороховой заговор?! – неуверенно то ли ответил, то ли спросил Бонуччи, хотя изучение истории было одним из его любимых хобби.
Даже несмотря на то, что Бонуччо весьма умный человек, ужас, который он сейчас испытывал к этому человеку, заставлял его сомневаться во всем что только можно. Спроси его, какого цвета небо, он бы промедлил с ответом.
– Бинго, – Дум удовлетворенно кивнул, – Гай Фокс – этот безумец, попытался взорвать здание британского парламента и убить Якова I с его семьей. В здании также должны были присутствовать члены обеих палат парламента и верховные представители судебной власти страны. Это было равносильно уничтожению всей правящей власти Великобритании.
– К сожалению, план просочился наружу, Гая Фокса арестовали, а затем он был подвергнут пыткам. Вскоре все заговорщики, включая Фокса, были приговорены к смертной казни через повешение, потрошение и четвертование.
– Это я к чему... Возрадуйтесь, сегодня я сделаю то, что не смог сделать Гай Фокс.
– Что именно вы хотите сделать? – спросил Бонуччи дрожащим и переполненным страхом голосом.
Дум не ответил, он вскинул руку, и между его пальцами забегали синие молнии. В следующий момент освещение в комнате замигало, из розеток, настенных бра, и люстры на потолке, ударили дуги электрического тока, и словно повинуясь воле Дума, они стали тянуться к его телу, наполнять его энергией.
В какой-то момент этого свето-представления, светильники и люстра не выдержали производящего через них напряжения и начали взрываться, – погрузив комнату в неприглядную темноту.
Помимо своего тяжелого дыхания, Бонуччи смог услышать настороженные голоса его телохранителей. Примерно через десяток секунд, восемь хорошо обученных телохранителей ворвались в кабинет и ударом ноги выбили дверь в комнату отдыха.
Появление охраны мгновенно зажгло проблеск надежды в сердце Бонуччи. Он не знал, чего именно хотел добиться этот сумасшедший, но во дворце, помимо этих восьмерых, работают еще около сотни телохранителей. Бонуччи был уверен, насколько бы не был силен этот человек, справится с сотнями вооруженных людей тот точно не сможет.
Дум вытянул правую руку вперед, и с его пальцев сорвалась яркая молния, которая мгновенно поджарила ворвавшихся в помещение телохранителей. Грубо схватив Бонуччи за ногу, Дум потащил его на самый верхний этаж дворца премьер-министра. Время от времени в коридоре, то и дело вспыхивали вспышки слепящего света, после которых на полу валялись мертвые обугленные тела службы безопасности, которые проводили плановое патрулирование территории.
С точки зрения Дума, эти так называемые «элитные телохранители» – это небольшое препятствие, – в лучшем случае, они могут остановить разве только детей, и не могут представлять для него никакой угрозы.
Под звуки электрических разрядов, Дум дотащил Бонуччи на верхний этаж дворца. Конечно, причина, по которой они сделали это так быстро и легко, связанна с тем, что сотрудники службы безопасности, были обеспокоены за жизнь премьер-министра.
– Снайпер-один на месте...
– Любой ценой спасите премьер-министра...
– Найдено местонахождение цели…
– Ожидайте приказа!
Получив приказ, снайпер, находясь на крыше одной из башен дворца, зафиксировал в прицеле свою цель. Цель имела на лице металлическую маску и была одета в зеленый плащ, чем-то напоминающую царскую мантию. Рядом с целью находился премьер-министр.
Стоит ему только услышать приказ, и снайпер в туже секунду нажмет на курок, проделав в голове своей цели небольшое аккуратное отверстие.
На крыше дворца премьер-министра, Дум, который, казалось, даже и не догадывался о целящемся в него снайпере, поднял Бонуччи и спросил: – Господин премьер-министр, вам нравится классика?
Дрожащий от страха Бонуччи, неосознанно кивнул: он впервые оказался в подобном положении. Человек напротив него был явно сумасшедшим, а от них можно было ожидать всего что угодно.
– Шуберт? Мендельсон? Или может быть Лист? Или Чайковский?
– ...Моцарт.
– Хороший выбор. Так уж получилось, что мне также нравится этот величайший композитор, – Дум отвернулся от Бонуччи и сказал в пространство, – Включи «Симфонию № 40, соль минор».
https://youtu.be/wqkXqpQMk2k
Лирическая скрипка и виолончель, одновременно зазвучал во всех радио, по всем телеканалам, а следом музыка пронеслась по всему городу. Она была гневной и страстной, дерзкой и неистовой, – как бы говоря о беспомощности жизни, печали в людском сердце, волнующем фанатическом умилении, – с легким намеком на депрессию.
– Вы, должно быть, задаетесь вопросом, зачем я привел вас сюда? Чего именно я хочу?
Дум подвел Бонуччи к краю крыши, и под звуки симфонии начал любоваться открывшимся видом оживленного города. В следующее мгновение, тон его голоса наполнился недовольством и разочарованием: – Господин премьер-министр, вы знаете, какого это жить в трущобах?
– Ты…
– Вскоре после того, как я получил письмо о зачислении в Нью-Йоркский Университете, вы лично похвалили меня перед средствами массовой информации, назвали – «восходящей звездой» Латверии. После моего успеха, жители этого города сделали мне подарок. Вы помните, что они подарили? Они подарили мне эту самую маску, со словами «в знак признания заслуг от народа Латверии», маску, которая сейчас находится на моем лице. Вы, должны помнить этот момент, премьер-министр.
Глаза Бонуччи расширились от удивления, и из его рта невольно вырвалось имя: – Виктор фон Дум… это ты?
– Конечно, это я, – выражение лица под маской показало намек на холодное равнодушие, – я вернулся в эту страну, чтобы принести ее жителям – новую надежду… но перед этим, необходимо устранить некоторые препятствия.
– Я знаю, что в здании напротив снайпер, готовый выстрелить мне в голову в любой момент, но, господин премьер-министр, плоть слаба, а я привык избавляться от своих слабостей.
Симфония подходила к концу, и лирический минор плыл по ночному небу, наполняя город слабой меланхолией.
– О, кстати! Забыл сказать, спасибо за подарок. Я внес в него небольшие доработки и оставил его в вашем кабинете.
Дум посмотрел на звездное небо и хриплым голосом сказал: – От судьбы уже не уйти. Сожжены ведь все мосты и нет обратного пути. Злой рок – судьбе моей награда.
В следующий момент, из окон дворца премьер-министра вырвался ослепительно белый свет и произошел взрыв. Темно-зеленый плащ Дума, развевался за его спиной, словно флаг.
http://tl.rulate.ru/book/148503/8259556
Готово:
Sentry / Страж - Архив 