— Да! — ответила Ло Цзя и тут же поняла, что что-то не так. Кажется, её обманули.
Но было уже поздно. Чэн Цзинь сдержал слово и слегка отодвинулся.
Ло Цзя боком протиснулась между ним и раковиной, толкнула дверь ванной и уже собиралась идти к выходу из палаты, как услышала сзади:
— Сестра Цзя, помоги мне вытащить катетер.
Чэн Цзинь сидел на краю кровати. Ло Цзя осторожно закатала рукав на его левой руке. Как и ожидалось, под прозрачным пластырем, которым был закреплён катетер, из-за «бурной активности» скопилась кровь.
Увидев нахмуренные брови Ло Цзя, Чэн Цзинь тихо сказал:
— Не больно.
— Недостаточно больно, раз ты ещё можешь возбуждаться, — сдерживая злость, выпалила Ло Цзя.
— У меня только рука болит, а не то, что ниже, — как бы невзначай бросил Чэн Цзинь.
— Какая рука болит? — тут же ухватилась за его слова Ло Цзя.
— Ничего.
— Левая или правая? — раздражённо спросила Ло Цзя.
— …Обе.
— Это из-за того, что сейчас было? — забеспокоилась Ло Цзя.
— Нет, они всегда болят.
Ло Цзя напряглась и начала вспоминать, не напрягал ли Чэн Цзинь левую руку, кроме того, что держал её за лицо правой.
— Не волнуйся, правда, ничего страшного, — улыбнулся Чэн Цзинь.
Ло Цзя тут же сняла повязку с его правой руки. На вид швы были в порядке, ничего серьёзного. Она снова обработала рану и наложила новую повязку.
Левая рука Чэн Цзиня была ранена сильнее, и первую неделю повязку вообще не снимали. Ло Цзя не видела, что под ней, и могла только спросить:
— Ты уверен, что это не из-за того, что сейчас было?
— Уверен.
— Скажи правду, я не буду злиться.
— Правда, — улыбнулся Чэн Цзинь. — Это просто нормальная боль при заживлении и онемение из-за нервов.
Он говорил так легко, а у Ло Цзя сердце сжалось.
Помолчав немного, Ло Цзя спросила:
— И как долго это будет продолжаться?
— Первые несколько дней после пореза будет больно, потом боль будет постепенно утихать. Нервы можно будет проверить, когда утихнет боль в тканях.
Ло Цзя видела пациентов, у которых так болели нервы, что они не могли спать даже под обезболивающими. Она тут же вспылила.
— У тебя всё так, а ты не можешь успокоиться? — вдруг сердито посмотрела она на Чэн Цзиня.
— Ты такая злая, — сказал Чэн Цзинь, притворившись испуганным и широко раскрыв глаза.
— Я не говорю, что мне тебя жаль, — не осмелилась признаться Ло Цзя. — Ты знаешь, как твои родители за тебя переживают?
— А ты? — уставился на неё Чэн Цзинь.
Самым жестоким ответом было бы: «Я бы хотела, чтобы ты умер».
Но Ло Цзя ни за что бы не смогла сказать такое.
Она даже не могла сказать «Так тебе и надо».
В её лексиконе было всего две фразы, и обе не подходили. Пока Ло Цзя думала над третьей, она упустила момент для спонтанного ответа.
Чэн Цзинь вдруг улыбнулся.
— Даже злых слов не можешь сказать?
Ло Цзя сделала вид, что хочет его ударить. Чэн Цзинь отпрянул, не поднимая рук.
Ло Цзя почувствовала укол совести. Ему действительно было плохо.
Чэн Цзинь нисколько не расстроился, а наоборот, обрадовался. Кажется, если Ло Цзя жалеет его, то эти две искалеченные лапы того стоили!
Ло Цзя с досадой, нахмурившись, принялась собирать вещи.
— Я не буду смеяться, — поспешно сказал Чэн Цзинь.
— Смейся сколько хочешь, хоть всю ночь, никто тебе не мешает.
Чэн Цзинь только встал с кровати, как Ло Цзя, насторожившись, тут же отскочила в сторону.
— Я тебя не трону, просто хочу поговорить, — увидев это, сказал Чэн Цзинь.
— Мне не о чем с тобой говорить, — ответила Ло Цзя, держа поднос.
— Тогда ты послушай меня.
— Я тебе что-то должна?
Взгляд Чэн Цзиня померк. Ло Цзя тут же пожалела. Слишком резко?
Сглотнув, Чэн Цзинь сказал мягко и искренне:
— Это я тебе должен.
— Не говори, что твоя рука — это расплата, будто я загадала желание, и небеса его исполнили, — не выдержала Ло Цзя. — Одно дело — другое. Быть сволочью и проявить героизм — это не противоречит друг другу. Если ты так веришь в карму, то, спасая жизнь, ты можешь искупить свои прошлые грехи.
В глазах Чэн Цзиня промелькнула надежда, смешанная с недоверием.
— Так ты… простила меня?
Ло Цзя вдруг решила перестать мучить себя.
— Я не хочу больше вспоминать прошлое. Что было, то прошло, — с каменным лицом ответила она.
В глазах Чэн Цзиня вспыхнула такая радость, что Ло Цзя не решилась остудить его пыл. Она хотела сказать: «И мы тоже прошли».
Но на самом деле сказала:
— Я закончила работу.
Боясь, что Чэн Цзинь снова начнёт её донимать, Ло Цзя поспешила уйти. Но он лишь сказал:
— Иди осторожно.
Выйдя из палаты, Ло Цзя почувствовала, будто прошла целая вечность.
— Сестра Цзя, ты не ушла? — удивлённо спросила идущая навстречу медсестра.
— А…
— Тебя только что Линь Мяо искала, говорила, что тебя нет в палате заведующего Чэна.
— Я только что заходила, поменять заведующему Чэну лекарство.
Некоторые коллеги уже знали, но большинство — нет. Ло Цзя понимала, что шила в мешке не утаишь. Раньше она твёрдо решила не возвращаться, поэтому боялась, что все узнают, что Чэн Цзинь — её бывший.
Но теперь…
Каждый день с Чэн Цзинем приносил новые волнения. Ло Цзя устала. Устала так, что, увидев автобус в нескольких метрах от остановки, ей было лень пробежать несколько шагов. Она просто смотрела, как он уезжает.
Внезапно ей расхотелось ехать на автобусе. Ло Цзя пошла пешком вдоль улицы. Через десять минут зазвонил телефон. Она достала его и увидела на экране незнакомый, но знакомый номер.
Через несколько секунд Ло Цзя ответила:
— Алло?
— Ты дома? — спросил Чэн Цзинь.
— Кто тебе помог позвонить?
— Сам позвонил. Рядом никого нет.
Ло Цзя хотела сказать ему, чтобы он берёг руку, но сдержалась.
У Чэн Цзиня был острый слух. Услышав шум магазина, он спросил:
— Ты где?
— Гуляю, — раздражённо ответила Ло Цзя.
— С кем?
— С мужчиной, — ответила Ло Цзя на каждый его вопрос.
— Красивый?
— Главное, чтобы мне нравился.
— Значит, не такой красивый, как я. Тебе же нравятся красивые?
— Мне нравятся с хорошим характером.
— …Получить награду за мужество — это же считается хорошим характером, да? — помолчав, спросил Чэн Цзинь.
— Не боится смерти — не значит, что не подонок.
— Кто это сказал, что не будет больше вспоминать прошлое, что было, то прошло? — возмутился Чэн Цзинь.
http://tl.rulate.ru/book/148331/8288330
Готово:
