Ло Цзя вспыхнула. Она не знала, что чувствовать — смущение или стыд. Ей хотелось отдать несколько лет жизни, чтобы просто исчезнуть на месте.
Пока она судорожно пыталась разрядить эту неловкую ситуацию, следующая фраза Чжуан Чжоупэй окончательно её добила.
— Мы договорились встретиться на Новый год, но когда я позвонила Чэн Цзиню, он сказал, что обидел тебя, и ты уехала в Юйчэн. Если бы не его дедушка, тётя и другие родственники, которые настояли, чтобы он праздновал с ними, он бы приехал в Юйчэн к тебе ещё в канун Нового года.
Ло Цзя молчала.
Это сон.
Это точно сон.
Кто в здравом уме может столкнуться с такой ситуацией, от которой хочется провалиться сквозь землю?
Чжуан Чжоупэй посмотрела на лицо Ло Цзя, которое было хуже плача, и с любопытством спросила:
— Вы помирились?
«Бум!» — это был звук окончательно сломавшейся Ло Цзя.
Видя, что её лицо покраснело до такой степени, что вот-вот начнёт капать кровь, Чэн Цзинь сказал:
— Мама, не спрашивай. Она меня ещё не простила.
Ло Цзя готова была расплакаться. Он что, издевается? Разве это слова поддержки?
Чжуан Чжоупэй взглянула на Чэн Цзиня, а затем на Ло Цзя.
— Прости, я много лет общаюсь с технарями, не хотела тебя обидеть…
— Нет, ничего страшного… — быстро ответила Ло Цзя.
— Она очень добрая, — серьёзно сказал Чэн Цзинь. — Она злится только на меня, на тебя злиться не будет.
Ло Цзя хотелось броситься на Чэн Цзиня и придушить его!
Атмосфера в комнате была более чем напряжённой. К счастью, кто-то постучал и вошёл по делу к Ло Цзя. Она вежливо кивнула родителям Чэн Цзиня.
— Дядя, тётя, я сейчас выйду.
Чэн Сювэнь был очень интеллигентным, а Чжуан Чжоупэй — вежливой. Они разрешили ей идти.
Выйдя из палаты, Ло Цзя была такой красной, что Сяо Ян, шедший ей навстречу, уставился на неё.
— Сестра Цзя, с тобой всё в порядке?
В голове у Ло Цзя был туман. Она не помнила, ответила ли что-то, только покачала головой и быстро пошла вперёд. Пройдя несколько шагов, она обернулась.
— Доктор Сяо.
Сяо Ян остановился.
— Пожалуйста, принеси два удобных стула в палату заведующего Чэна. Приехали его родители.
Сяо Ян кивнул.
Ло Цзя ушла по делам. Когда она вернулась, то увидела в коридоре Чжуан Чжоупэй.
Женская интуиция подсказала Ло Цзя, что Чжуан Чжоупэй ждёт именно её.
Их взгляды встретились. Ло Цзя подошла первой.
— Тётя.
— Ты сейчас занята? — улыбнулась Чжуан Чжоупэй.
— Нет, что-то случилось?
— Есть ли поблизости супермаркет? Я хочу кое-что купить.
— Есть, я вас провожу, — тут же поняла Ло Цзя.
Они вместе спустились на лифте. Ло Цзя догадывалась, что Чжуан Чжоупэй хочет поговорить о травме Чэн Цзиня. Она понимала: какой родитель обрадуется, увидев своего драгоценного сына с такой тяжёлой раной? А Чэн Цзинь, с какой стороны ни посмотри, действительно был сокровищем.
Когда они остались одни, Чжуан Чжоупэй заговорила:
— Прости, пожалуйста, за то, что было. Я увидела вас с Чэн Цзинем вместе и подумала, что вы помирились. Извини, что поставила тебя в неловкое положение.
— Нет, нет, тётя, не говорите так, — поспешила ответить Ло Цзя.
— Я забыла, что Чэн Цзинь говорил, что ты очень добрая. Добрые люди не могут видеть, как другие страдают, даже если это те, кого они не любят.
У Ло Цзя волосы встали дыбом.
— Я не ненавижу Чэн Цзиня… — выпалила она.
— Тебе не нужно его защищать. Хотя я не знаю, из-за чего вы поссорились, но я его мать, и никто не знает моего сына лучше меня. Чэн Цзинь вовсе не такой хороший, как о нём говорят.
— Те, кто считает его во всём превосходным и расхваливает до небес, — это его поверхностные знакомые. Чэн Цзинь, наверное, унаследовал немного от нас с его отцом-технарём. В учёбе он никогда особо не напрягался. Даже когда многие считали учёбу в медицинском адом, он видел в этом лишь вызов и находил это интересным.
— Его слишком много хвалили, и он привык создавать образ всесторонне развитого человека. Но, на мой взгляд, с моралью у него проблемы, иначе бы он не довёл тебя до того, что ты из Чаннина вернулась в Юйчэн.
Голос Чжуан Чжоупэй был мягким, но каждое слово било в цель.
— Не переживайте, Чэн Цзинь действительно замечательный, и с моралью у него всё в порядке, — мягко сказала Ло Цзя. — Мы просто не сошлись характерами.
— Хотя мы видимся впервые, но когда Чэн Цзинь рассказывал мне о тебе, он говорил только хорошее: что ты целеустремлённая, добрая, вкусно готовишь и очень красивая.
— Я не говорю, что он очень умный, но он точно не дурак. Если бы ты не была такой хорошей, он бы, рассердившись, не побежал за тобой в Юйчэн.
— Тётя, это я должна извиниться. Если бы Чэн Цзинь не приехал в Юйчэн, с ним бы ничего не случилось…
— Девочка, при чём здесь ты? — прервала её Чжуан Чжоупэй. — У меня просто плохое зрение, я не разглядела, что вы не помирились. Но я не настолько глупа, чтобы не понимать таких простых вещей.
Упоминание о плохом зрении заставило Ло Цзя покраснеть до корней волос.
— Не буду ходить вокруг да около, — прямо сказала Чжуан Чжоупэй. — Не думай, что если ты его не простишь, мы с его отцом будем о тебе плохого мнения. Моё мнение простое: у него проблемы с моралью. Из-за чего ещё девушка может не простить мужчину? Только если он перешёл черту в отношениях.
— Скажу тебе честно, я больше всего ненавижу таких мужчин. Если бы его отец не потащил меня сюда, сказав, что у него серьёзная травма руки, я бы даже не приехала.
— Не стоит так, тётя, всё не так серьёзно… — поспешила ответить Ло Цзя.
— Девочка, скажи мне честно, он тебе изменил, когда вы были вместе?
Она спрашивала спокойно, но Ло Цзя почему-то подумала, что если она скажет «да», Чжуан Чжоупэй возьмёт нож и собственными руками перережет пуповину, связывающую её с Чэн Цзинем.
— Нет, — твёрдо сказала Ло Цзя.
— Не нужно его прикрывать. Если да, то дальше не беспокойся, я позабочусь о том, чтобы он уехал туда, откуда приехал, и не мозолил тебе глаза.
— Правда, нет.
— Если не измена, значит, он солгал тебе так, что ты не можешь простить.
Ло Цзя на мгновение растерялась. Она не была уверена, изучала ли Чжуан Чжоупэй биологию или материализм. Если это не магия, то, может, Чэн Цзинь ей что-то рассказал?
Ло Цзя не стала сразу отрицать.
— Враньё — это признак отсутствия морали. Ты правильно сделала, что бросила его. Тебе даже не следовало из жалости ухаживать за ним. Пусть бы лежал один в палате, посмотрим, смог бы он десять дней не умываться.
http://tl.rulate.ru/book/148331/8288324
Готово:
