Хотя чувство опасности исчезло, Лекс решил обойти форт стороной и двинулся к оплоту йотунов длинным кружным путём.
Путь занял бы у него много часов, если бы он не решил вытащить «корабль», купленный специально для перемещения по Кристальному царству.
Но даже на нём возвращение не было быстрым, и всё же он заметил, что на Полебитвы воцарилась несвойственная этим местам тишина.
Даже в глуши, вдали от поселений повстанцев или местных сил, обычно можно было услышать хотя бы пение птиц или стрекот насекомых, не говоря уже о различных диких зверях.
Однако теперь единственным спутником Лекса был завывающий ветер — и больше ничего.
Не слышалось даже привычного шелеста листвы, ибо все листья на деревьях, мимо которых пролетал Лекс, исчезли, обратившись в пепел.
Древесина и кора по какой-то причине остались нетронутыми, но было слишком очевидно, что жизни в них больше нет.
Некогда красочный и приятный глазу пейзаж внезапно стал бесплодным и безжизненным.
Там, где раньше воронки, оставленные войной, поросли кустарником и дикой травой, теперь не осталось ничего, кроме серой золы.
Казалось, будто битва, породившая эти кратеры, завершилась лишь мгновение назад.
Самым жутким было то, что Лексу не попадались даже трупы.
Если бы вся живность внезапно погибла, отравленная тем самым зелёным ядом, повсюду должны были лежать мёртвые тела.
Пожалуй, это было бы даже менее пугающе, чем полное и внезапное отсутствие всего живого.
Путешествие продолжалось недолго: Лекс, внимательно следивший за любыми признаками движения, внезапно уловил дрожь земли слева от себя.
Учитывая серьёзность ситуации, Лекс, не колеблясь, активировал свои «Модные контактные линзы» и направил корабль в ту же сторону.
Из-за холмистой местности разглядеть что-либо вдали было трудно, но вскоре Лекс услышал до боли знакомые звуки сражения.
Издалека доносился грохот бесчисленных ног, словно маршировала целая армия, сопровождаемый частыми звуками ударов и лязга.
Вскоре он услышал и несколько взрывов.
Приближаясь к месту схватки, он переоделся в свой костюм с невероятно высокой защитой и приготовился ко всему.
Его духовное восприятие «увидело» сцену задолго до того, как он взобрался на вершину ближайшего холма: там копошилась небольшая орда странных серых насекомых.
Насекомые были около трёх футов (0,9 метра) в длину, с двумя огромными когтями, вытянутыми вперёд. Они использовали их для передвижения, так как других конечностей, предназначенных для перемещения, у них, похоже, не было.
Когти были невероятно острыми и твёрдыми, что позволяло тварям использовать их и в бою.
Несколько тысяч насекомых окружили небольшую израненную группу людей, которые отчаянно сражались за свои жизни.
Как только Лекс приготовился прийти на помощь, он наконец достиг вершины, откуда открывался вид на поле боя, и его лицо мгновенно исказилось.
Поскольку он ещё не до конца привык к духовному восприятию, он упустил одну важную деталь.
Группа людей на самом деле состояла из детей, которых окружили и защищали другие мирные жители.
Несмотря на их вполне достойный уровень культивации, никто из них не был похож на воина, за исключением одной женщины, которая прорубалась сквозь насекомых подобно урагану.
Лекс, не раздумывая, применил Имперский Щит, окружив измождённую группу несколькими... ну, щитами.
Насекомые были не слишком сильны: большинство находилось на стадии Фундамента, и лишь немногие — в Золотом ядре. Он ничуть не беспокоился о том, смогут ли они пробить его барьеры, и сосредоточился на их истреблении.
Пользуясь преимуществом высоты, Лекс прыгнул вперёд, с помощью массива призвав вокруг себя пламя, и обрушился на орду подобно метеору!
Земля содрогнулась от его падения, а огонь пронёсся по насекомым, сжигая их дотла.
Однако по сравнению с огромной ордой Лекс уничтожил лишь каплю в море.
Не сбавляя темпа, он прорубал себе путь сквозь рой, используя грубую силу, чтобы в щепки разносить всё на своём пути.
Первый его удар был слегка скованным — такую форму можно ожидать от того, кто тренировался лишь перед зеркалом.
Но Лекс, казалось, начал глубже понимать своё тело и структуру насекомого, которого он ударил, и мгновенно адаптировался.
Второй удар, на этот раз левой рукой вслед за правой, уже обладал техникой и плавностью боксёра-дилетанта.
Более того, хотя его сила и не требовала такой точности, кулак приземлился в самое уязвимое место насекомого, мгновенно раздробив его позвоночник.
Лекс снова словно осознал нечто новое — на этот раз о том, как распределение веса влияет на его движения.
При весе в 712 фунтов (325 кг) неудивительно, что масса тела играла огромную роль.
Он сделал шаг вперёд, продолжая натиск, и каким-то образом его поза стала идеальной для третьего удара.
На этот раз выпад выглядел так, будто его нанёс профессиональный боец, и убил насекомое, не раздавив его тела.
Лишняя сила не была потрачена вовсе.
Сделав следующий шаг, он не стал бить кулаком, а совершил круговой удар ногой, сметая бесчисленных тварей, обступивших его.
Когда он наконец нанёс четвёртый удар, он уже не выглядел как профи — он казался чемпионом, который доминировал на ринге всю свою карьеру.
С каждым шагом понимание боя Лексом эволюционировало, а его аура претерпевала едва заметные изменения.
Но всё это происходило подсознательно, так как всё его внимание было сосредоточено на том, чтобы как можно быстрее добраться до детей.
Даже если они были в безопасности за щитами, им незачем было оставаться в столь пугающей обстановке.
Как только он достиг барьера, он бросил внутрь связку золотых ключей и просто крикнул: «Раздавите их!»
Было ли дело во впечатлении, которое он произвёл своим появлением — спустившись с небес буквально огненным шаром, — в его подавляющей ауре или в беспощадной эффективности, с которой он убивал насекомых, но никто не задал вопросов и не задумался о его мотивах.
Не раздумывая ни секунды, они раздавили ключи, словно подчинение Лексу было привычкой, которую они давно в себе воспитали.
Вскоре вся толпа исчезла, но Лекс не мог не заметить трупы, оставшиеся на земле даже внутри возведённых им барьеров.
Многие из гражданских, сражавшихся с насекомыми, истекли кровью и умерли ещё до того, как Лекс успел оградить их от битвы.
Но сейчас было не время для сантиментов.
Он вспомнил, что там остался ещё один настоящий боец — женщина, из последних сил сражавшаяся против тысяч насекомых ради надежды на спасение, которая казалась слишком сказочной, чтобы в неё верить.
Он просканировал местность духовным восприятием и вскоре нашёл её.
Он поспешил к ней не потому, что насекомые представляли для него угрозу — нет, даже если бы он стоял неподвижно, вряд ли они смогли бы причинить ему вред, — а потому, что не хотел, чтобы ещё один человек погиб, пока он здесь и может помочь. Особенно такая доблестная женщина.
С нарастающей свирепостью Лекс пробивался сквозь наступающих тварей и наконец добрался до неё. В тот момент, когда он увидел её лицо, его пронзило чувство дежавю: он узнал её.
Ранее, когда он прибыл в форт, он пересёкся с необычной женщиной, которая показалась ему знакомой, но он не смог вспомнить, кто она.
Эта воительница-одиночка была той самой женщиной.
Но хотя он и вспомнил, где видел её в последний раз, чувство узнавания возникло не из-за этого.
Напротив, именно то, как она сражалась, вызвало у него вспышку воспоминаний и на мгновение заставило замереть.
Он вспомнил сцену и заворожённых зрителей.
Вспомнил великолепные миндалевидные глаза феникса, полные энергии и рвения.
Вспомнил тонкие розовые губы, изогнутые в радостной и невинной улыбке.
Вспомнил точёный подбородок и гладкие скулы, которые казались высеченными из чистейшего мрамора, а не принадлежащими живому человеку.
Вспомнил распущенные каштановые волосы, хотя у балерины волосы никогда не должны быть распущены.
Её грациозные, но уникальные движения выдали её.
Она была тем самым солдатом, который когда-то танцевал балет на культурном шоу Полуночных Игр.
А причина, по которой она казалась знакомой, но Лекс не мог её узнать, была проста: должно быть, она использовала Очки Кларка Кента, чтобы скрыть свою личность внутри Гостиницы!
Но как владелец Гостиницы, он всё равно ощущал её истинную ауру, вот почему она казалась такой знакомой, хотя внешне он её не узнавал.
Что ещё важнее, если её изменённая внешность была захватывающе прекрасна... то настоящая, как и следовало ожидать, была совсем другой!
Теперь, когда он разгадал, почему женщина казалась ему знакомой, он почувствовал лёгкое раздражение от того, что разгадка тайны оказалась такой простой и в то же время глупой.
— Я уже телепортировал группу, продолжать бой нет нужды, — сказал Лекс женщине через духовное восприятие.
— Тебе тоже стоит поспешить и отступить, нет смысла сражаться дальше.
Он также протянул ей золотой ключ на случай, если у неё его не было.
Хотя белого коня поблизости не наблюдалось, Лекс чувствовал себя рыцарем в сияющих доспехах.
Если бы Фенрир был рядом, он полагал, что волк вполне мог бы заменить коня в этой роли.
— Я не могу, — только и ответила она.
http://tl.rulate.ru/book/148202/9557162
Готово:
