Хотя Лекс и нанял этих работников специально для боёв, и у них была кровная линия, предназначенная для воскрешения, он не желал никого принуждать.
Несмотря на то что он предупредил: позже уйти будет уже невозможно, Лекс всё равно был готов что-нибудь придумать, если кто-то из них всерьёз захочет этого.
К тому же он повидал достаточно в этой вселенной, чтобы знать: возможно всё.
Даже если у них есть кровная линия, способная их возродить, кто поручится, что где-то там нет другой кровной линии, которая идеально противодействует этой способности?
Поскольку кровные линии основываются на законах, то что, если они встретят врага, чьё мастерство в этих самых законах окажется выше?
Разве такие враги теоретически не смогут противодействовать этой способности или даже контролировать её?
У Лекса не было ответов на такие вопросы, но он понимал, что в этом деле лучше предоставить им как можно больше свободы выбора.
Он стоял и наблюдал, как его работники расходятся, но, к своему удивлению, заметил, что один из них остался на месте.
Его руки были сцеплены за спиной, а голова направлена строго вперёд.
Тело оставалось напряжённым, плечи сведены, грудь выпячена, словно он стоял по стойке смирно.
Но при всей его выправке его низкий рост и юное лицо сильно портили устрашающую ауру, которую он пытался изобразить.
Он выглядел как ещё один З.
— Ты не хочешь пойти осмотреться? — спросил его Лекс.
— Никак нет, сэр! — последовал резкий ответ.
— Я знаю, чего хочу, и это — сражаться!
Лекс кивнул, оценив энтузиазм юноши, и спросил:
— Как тебя зовут?
— Леонидас! — выкрикнул парень всё тем же громким и решительным голосом.
— Что ж, Леонидас, если ты уверен в своём выборе, иди к заместителю главы Чаду и представься. В будущем вам предстоит проводить много времени вместе.
Леонидас отдал Лексу честь и зашагал прочь чеканным, одеревенелым шагом.
Было очевидно, что парень на самом деле не умеет маршировать, но это, вероятно, скоро изменится.
Лекс некоторое время провожал взглядом восторженного юношу, прежде чем его проекция исчезла.
Тем временем в Кристальном царстве его основное тело наконец достигло цели.
Теперь ему предстояло разобраться с нужной телепортационной формацией и привести её в действие.
*****
Большая рептилия, похожая на хамелеона, пробиралась по оживлённой улице.
На этой планете под властью инсектоидов его не особо жаловали, но местные жители ограничивались косыми взглядами.
В конце концов, у него здесь уже была репутация, так что они знали: с Королём Танца Рептилий лучше не связываться!
Посмеиваясь про себя при воспоминании о приятных моментах на этой планете — о том, как его танцевальные движения поставили на колени местных лидеров, — он продолжал пробираться сквозь толпу, пока не достиг цели: Бесконечного Эмпориума.
Чат-комната, в которой он состоял, была весьма обширной и порой очень полезной.
На самом деле в ней были отдельные подканалы для некоторых царств.
Изначальное царство, как выяснилось, было одним из тех царств, у которых был собственный подканал.
Там более опытные пользователи делились полезными советами и хитростями.
Эмпориум, как выяснилось, пользовался большой поддержкой в этом канале.
Хотя эмпориум ещё не распространился на другие царства — пока что, — в Изначальном царстве он был весьма распространён, и хорошие отношения с ним были очень полезны.
Король танца вошёл внутрь и обнаружил за прилавком знакомое лицо.
— Пауэлл, мой добрый друг, как поживаешь? — спросил король танца.
— Теперь, когда ты здесь — превосходно, — ответил Пауэлл, улыбнувшись в ответ.
Пауэлл, разумеется, тоже был хамелеоном — по крайней мере, так казалось.
В чате все знали: раса лавочника, которого вы встретите, всегда будет идентична расе входящего.
Кроме того, каждого из них звали Пауэлл.
Как и почему это происходило, оставалось загадкой, но почти каждый в Изначальном царстве пытался использовать свой системный детектор в Эмпориуме — и каждый раз это заканчивалось неудачей.
Это означало либо то, что Пауэлл не был пользователем Системы, либо его система была настолько продвинутой и мощной, что их приборы не могли её обнаружить — в таком случае лучше было вообще не пытаться враждовать с Пауэллом.
— Хорошо, что ты в добром расположении духа, ибо мне нужна помощь в необычном деле. Мне нужны любые сведения о месте под названием «Полуночная Гостиница». И если у тебя вдруг завалялся один из их золотых ключей, я бы тоже его прибрал.
— Погоди минутку, — сказал Пауэлл и принялся быстро просматривать информацию на своём планшете.
Но поиски заняли меньше времени, чем ожидалось, а по его обеспокоенному лицу король танца понял: новости плохие.
— В чём дело? — спросил он, подавляя растущую тревогу.
— Наложен строгий запрет для всех сотрудников Эмпориума. Мы не обслуживаем никакие деловые запросы, связанные с Полуночной Гостиницей.
Король был поражён таким ответом, ведь он никогда не слышал о подобном.
— Официально я не могу тебе помочь, — прошептал Пауэлл, наклонившись к нему поближе.
— Но неофициально… я не виноват, если ты случайно услышишь, как я говорю, что многие из упомянутых тобой «золотых ключей» были замечены в Галактике Пендала и её окрестностях.
— Это же… это более чем в ста тысячах галактик отсюда! — опешил король танца.
Похоже, он ввязался в непростое задание.
А может, и нет.
— Ладно, забудь про Гостиницу. Мне нужен билет на паром через червоточину.
— О, это влетит тебе в копеечку. С приближением Турнира Чемпионов Хенали цены на все межгалактические перелёты взлетели до небес.
Король танца, не колеблясь, бросил на стол увесистый кожаный мешочек, полный кристальных монет.
Поскольку кредитные карты были не у всех, приходилось обходиться мешочками с монетами.
http://tl.rulate.ru/book/148202/9524655
Готово:
