Взрыв длился от силы пару секунд, но его разрушительную силу нельзя было преуменьшить!
Исчезла не только одежда Лекса — ближайших к эпицентру роботов тоже стерло в порошок!
Раз за разом рассекаемые и замораживаемые, ближайшие кошачьи машины были сведены к состоянию замёрзшей металлической пыли.
Даже стены коридора, казалось, пострадали от этого натиска, хотя и лишь слегка.
Но если в эпицентре царила зона полного разрушения, то дальше по коридору Лекс видел, как эффекты постепенно угасали.
Ближайший слой состоял из металлической пыли, в которую перемололи роботов.
Чуть дальше располагалась самая большая зона, заполненная роботами, разрубленными на мелкие замёрзшие кусочки.
Но чем дальше, тем крупнее становились обломки, пока наконец не начали появляться целые роботы.
Они тоже были уничтожены, что было видно по их неподвижности, но всего в шаге от них находились роботы, серьёзно повреждённые, но всё ещё функциональные.
Именно здесь начал проявляться второй эффект его атаки.
Роботы пострадали не только физически — их внутренние механизмы были заморожены.
Даже если они не получили реальных повреждений, замёрзшие компоненты не позволяли им двигаться нормально.
Если среди них и остались неповреждённые роботы, они были скрыты от глаз за теми, что пострадали.
Что же до последних, то они всё ещё медленно продвигались к Лексу и Александру.
— Количество роботов просто абсурдно, не кажется ли тебе? — сказал Лекс, полностью игнорируя свою наготу.
Он ни в коем случае не мог показать смущение, иначе ситуация только усугубилась бы.
— Каждый этаж пагоды нацелен на одну из наших слабостей. Каждый раз, когда ты проявляешь новую силу, пагода меняет что-то в следующем испытании, чтобы максимально ограничить твою мощь.
Лекс помедлил и понял, что Александр прав.
На первом этаже ему досталось вроде бы случайное испытание, но на втором — вместо одного хорошо скоординированного врага пришлось столкнуться с несколькими.
Цель, похоже, состояла в том, чтобы не дать Лексу так легко расправиться с неподготовленным противником, как на первом этаже.
После того как он применил потрошение, чтобы избавиться от тех врагов, все последующие противники оказались лишены душ!
Более того, хотя Лекс и не пробовал, у него было предчувствие, что они смогли бы сопротивляться эффекту телепортации его золотого ключа, если бы он его использовал.
Затем, когда он задействовал свою невероятную силу, чтобы добить паука, на него обрушилась вроде бы бесконечная орда мелких врагов.
Хотя его сила всё ещё оставалась подавляющей, против их неисчислимого количества преимущество уже не было таким явным.
Если пагода продолжит усложнять испытания таким целенаправленным образом, то как вообще кто-то может добраться до верхнего этажа?
Эта информация не только дала Лексу новое понимание сложности, но и пробудила в нём уважение к йотуну.
У самого Лекса было немало несправедливых преимуществ, и даже он столкнулся с такими трудностями.
Ему оставалось лишь гадать, как именно йотун преодолел пагоду.
Впрочем, Лекс ещё не дошёл до предела.
Если он упрётся и продолжит, то он был уверен, сможет подняться ещё на несколько этажей.
Награда за каждый пройденный этаж тоже была приятной.
Но… он не собирался вести войну голым!
— Давай просто покончим с этим, — сказал Лекс, подбирая замёрзший каркас разбитого робота и небрежно формируя из него импровизированные трусы.
Александр кивнул и воздержался от комментариев.
Хорошо это или плохо, но Лекс уничтожил больше роботов, чем он, и взял инициативу на себя.
Такое подавляющее преимущество развеяло его первоначальный запал.
Раз уж огромный натиск роботов был сломлен, добить остатки стало лишь вопросом времени.
Это было скорее утомительно, чем сложно, и к концу Лекс был вполне уверен, что их было ровно две тысячи.
Хотя он и не утруждал себя подсчётом, его разум был достаточно силён.
Как он не нуждался в подсчёте, чтобы понять, что перед ним пара врагов, так и здесь разум автоматически выдавал точное число.
Значит, по тысяче на каждого.
Не утруждая себя размышлениями о логике пагоды, которая заставила одинокого человека сражаться с тысячами врагов, Лекс схватил последнего робота, но пока не уничтожил его.
Он развернулся и пошёл на другую сторону, где Александр добивал оставшихся роботов на своей половине.
— У меня есть к тебе вопрос, — сказал Лекс, опираясь на стену неподалёку от Александра и не особо помогая ему с остальными.
На самом деле он держал робота именно для того, чтобы текущее испытание не закончилось, пока он не закончит.
— Если моя интуиция верна, а она обычно верна, ты культивируешь все три пути, верно?
Александр не показал реакции, но его бдительность мгновенно возросла.
Хотя они с Лексом и сработались неплохо, это не значило, что они союзники.
— Возможно. Зачем спрашиваешь?
— Потому что я такой же, все три пути. Это заставило меня задуматься: та красная штука, которую ты использовал раньше, она из техник Истинного Пути или профессий? Я ничего подобного не видел.
Александр прищурился и посмотрел на Лекса, позволяя своим летающим клинкам работать, пока он продолжал разговор.
— Не уверен, знаешь ли ты об этом, но спрашивать о чьих-то техниках — большая невежливость.
— Ох, верно, прости, — сказал Лекс, поднимая руки, чтобы показать, что он безобиден.
— Я просто подумал, что раз мы оба на похожем пути, то могли бы помогать друг другу. Я уверен, у меня есть куча вещей, с которыми ты ещё не сталкивался. Например, развил ли ты чувство души?
Александр не ответил сразу, отчего Лекс ухмыльнулся.
— Ох, верно, не стоит спрашивать о техниках. Я упомянул лишь потому, что чувство души трудно развить, но это по-настоящему полезный инструмент. Очень полезный.
Чтобы продемонстрировать, Лекс на миг распространил чувство души и окутал им Александра.
Подросток внутренне встревожился, когда его инстинкты внезапно предупредили, что он окружён неизвестной силой, но, к счастью, она исчезла так же быстро, как и появилась.
Однако проблема была не в том, что его окутала какая-то сила, а в том, что он не знал, как ей противостоять!
— Я ещё не обзавёлся техниками Истинного Пути или профессиями, но обычно попадаю в очень… уникальные ситуации. В результате моя сила растёт очень быстро. Но из-за этого мне не хватает традиционной тренировки и опыта.
— Хочешь обменяться? — спросил Александр, быстро уловив, к чему клонит Лекс.
— Ты знаешь, что даже если я захочу, я не могу делиться секретными техниками.
— Да, я так и подумал, но это не значит, что у тебя нечего предложить. К тому же в библиотеке Полуночной Гостиницы постоянно добавляются новые техники, так что я всегда могу что-то там найти. Но твоя тренировка и понимание сути вещей — это то, чего не сыщешь в книге.
Александр не ответил сразу, обдумывая предложение.
Факт, что этот Лекс появился ниоткуда, явно указывал на его необычный опыт.
Хотя его движения во время боя были чистыми и эффективными, они также выдавали отсутствие систематической тренировки.
Чтобы стать таким сильным так быстро, то, что он мог предложить, действительно могло стоить времени Александра.
Если бы он получил такой же прирост, то смог бы проявить гораздо больше силы, чем сам Лекс.
Не говоря уже о том, что если Александр разовьёт защиту столь же мощную, как у него… даже он не мог оценить, насколько смертоносным станет.
— Тебе не нужно отвечать сразу, — сказал Лекс, выпрямляясь.
— Обдумай и дай знать. Ты можешь связаться со мной через Гостиницу. Просто скажи своей личной голограмме передать сообщение Лексу Уильямсу.
Лекс раздавил робота в руке как раз в тот миг, когда меч Александра прикончил последнего на его стороне.
Появились две лестницы, и Лекс, не теряя времени, начал подниматься по одной из них.
Однако он остановился на последней ступеньке перед следующим этажом.
С этой ступеньки он мог выбрать выход из пагоды.
Если же он сделает ещё шаг, начнётся следующее испытание.
Лекс выбрал выход из испытания без всяких сожалений.
Даже если он не прошёл больше этажей, его шестое чувство подсказывало, что Александр, скорее всего, согласится на сделку.
Для начала и этого было достаточно.
http://tl.rulate.ru/book/148202/9511106
Готово:
