— Эй, ты знаешь, кто это был? — спросил один из солдат, увидев, как Лекс вошёл в пагоду.
Им сообщили, что пагода будет открыта для публики, так что они не стали его особо останавливать.
Но только после того, как Лекс вошёл, одному из солдат пришло в голову, что они ещё не распространили новости о пагоде.
Хотя у них и был маркетинговый план, он ещё не был реализован, так что многие люди ещё не знали о нём.
Солдатам, которые первоначально наткнулись на пагоду, было приказано не распространять новости, пока не будет заключена сделка с Хозяином Гостиницы.
Хотя это распоряжение теперь было отменено, слишком мало времени прошло, чтобы новости должным образом распространились.
— А какая разница? — спросил другой солдат, слишком поглощённый своим собственным заданием.
Первый солдат пожал плечами и продолжил свою работу.
*****
Вход в пагоду совсем не ощущался как телепортация, хотя его интуиция ясно подсказывала, что он оказался в совершенно новом месте.
Казалось, будто он просто вошёл в другую комнату.
Воздух был удивительно свежим, хотя пространство выглядело как огромный зал, сложенный из массивных каменных блоков, без окон для вентиляции.
Закрытые стеклянные фонари были прикреплены к стенам, освещая зал тусклым жёлтым светом.
Но дальность его зрения, похоже, была ограничена, поскольку он не мог увидеть конец зала — тот словно растворялся в темноте.
Лекс провёл параллель между своей ситуацией и видимостью персонажей в видеоигре, когда они бродят по карте.
Только определённая область вокруг них видна игроку, в то время как остальная часть карты остаётся загадкой.
Он опустил взгляд и увидел тонкую, но заметную линию, нарисованную на земле.
Каким-то образом, без необходимости в объяснениях, он знал, что его испытание начнётся в тот момент, когда он переступит эту линию.
Внезапно ему пришло в голову, что перед входом в пагоду следовало бы отточить новые техники, но он лишь пожал плечами.
Несмотря на свои прежние размышления, он не верил всерьёз, что сможет пройти пагоду с первой попытки, независимо от своей силы.
Поскольку ограничение для входа в пагоду устанавливалось по возрасту, а не по уровню культивации.
Он был уверен, что есть другие, гораздо сильнее его в его возрасте, так что чистая огневая мощь не должна быть определяющим фактором, позволяющим достичь вершины пагоды.
Но, с другой стороны, может, и должна.
Однако он всё равно не думал, что всё будет так просто.
Был только один способ узнать.
Он шагнул вперёд, переступил линию и продолжил идти.
Ничего вроде бы не произошло, но интуиция подсказывала обратное.
Воздух был наполнен каким-то седативным веществом, хотя Лекс не стал пытаться фильтровать воздух.
Во-первых, он был уверен в возможностях своего тела, а во-вторых, интуиция подсказывала, что это не может на него повлиять.
Продолжая идти вперёд, он заметил, что воздух насыщается всё новыми газами с различными эффектами.
Он предположил, что любой с более слабым телосложением сильно пострадал бы, и даже если бы они задержали дыхание, это продлилось бы лишь до первой стычки.
Но способов фильтровать воздух было слишком много, так что это всё ещё не впечатляло.
Всё изменилось, когда из темноты впереди вынырнула одинокая фигура.
Лицо Лекса побледнело, когда он увидел фигуру и опознал, кого — вернее, что — это было.
Это был он сам.
Первое испытание в пагоде… было сразиться с точной копией себя.
Лексу не пришлось строить предположения — пагода каким-то образом напрямую внедрила информацию в его разум, как и насчёт линии на земле.
Злой Лекс, как он решил его назвать, был полностью идентичен ему по всем измеримым параметрам.
Это означало, что, подобно ему самому, Злой Лекс обладал выдающейся интуицией, которая предупредит его о любых атаках, планах Героя Лекса, как их избежать и как использовать в свою пользу.
У него были все его техники — к счастью, Лекс их не обновлял, — и всё его снаряжение, которое состояло лишь из одежды.
Также у него была безграничная бесстыжесть Героя Лекса, и он не почувствует ни малейшего колебания, объявив себя героем, а другого — злодеем.
Как будто этого было мало…
— Знаешь, мы оба никудышны в атаке, но невероятно сильны в обороне. Почему бы нам не поболтать вместо этого? — сказал Злой Лекс со своей фирменной злой и коварной улыбкой, которая никоим образом не была результатом того, что Герой Лекс проецировал на него свою ненависть.
Герою Лексу не нужно было отвечать, поскольку он знал, что у Злого Лекса тоже есть шестое чувство и он сможет определить психическое состояние Героя Лекса просто по разговору.
Герой Лекс глубоко вздохнул и сказал:
— Давай покончим с этим.
Он применил «Дом, милый дом», чтобы броситься на Злого Лекса, и ударил его прямо в лицо.
Верный своей полной надменности, Злой Лекс даже не потрудился уклониться и позволил удару достичь цели, уверенный, что тот не причинит ему вреда.
Как и предсказывалось, удар не причинил ему вреда, но если бы всё было так просто, выражение лица Злого Лекса не изменилось бы внезапно.
Но было уже поздно.
Поистине забавный, но серьёзный недостаток этого излишне банального клише, которое, по мнению Лекса, часто портило финалы аниме, состоял в том, что как оригинал никто не был знаком со своими слабостями лучше, чем сам Лекс.
Самая большая слабость Лекса — его чрезмерная зависимость от интуиции, а самый большой недостаток интуиции — то, что она не может предупредить о вещах, связанных с системами.
В последний момент перед тем, как удар Лекса достиг цели, между его пальцами появился золотой ключ.
Ключ, естественно, не смог пробить кожу Злого Лекса и вместо этого сломался из-за силы столкновения.
Злой Лекс исчез, а Герой Лекс остался, чувствуя, будто преодолел самое нелепое и заезженное испытание.
Если то, что пагода приготовила для него, окажется в основном таким же, он будет серьёзно разочарован.
Хотя, просто чтобы убедиться, он попросил Мэри проверить, не появился ли Злой Лекс в Гостинице.
Не появился.
Похоже, в момент, когда клон, или проекция, или что бы это ни было, вышел из пагоды, он перестал существовать.
Фыркнув, Лекс продолжил идти вперёд.
Из темноты проявилась лестница, ведущая на следующий этаж, позволяя ему подняться выше.
*****
Ларри сидел напротив Марло в своём частном самолёте, пока тот делился планами их вторжения.
«Тюрьма», где содержались все заключённые, находилась в Индии.
Она была далеко от любых поселений и скрыта с помощью формаций.
Ларри не знал, что сделал Марло, чтобы раздобыть эту информацию, но у мужчины был общий план их обороны, и это честно говоря немного напугало Ларри.
Там было немало стражников из царства Зарождающейся Души, не говоря уже об оборонительных формациях, духовных технологиях и многом другом!
Но если, несмотря на всё это знание, Марло был уверен в успехе, Ларри решил ему довериться.
Это была возможность, которой у него больше не будет.
Возможно, это намекало на оттенок отчаяния, что он следует такому безумному плану, но он провёл слишком много лет в страданиях из-за того, что случилось с его семьёй.
У него больше не было надежды, что он чудесным образом обнаружит, что они на самом деле живы и содержатся где-то, ожидая, пока он их спасёт.
Он был убеждён, что они мертвы.
Он просто хотел мести.
Также помогло бы, если бы постоянные угрозы убийства в его адрес прекратились.
Он играл с маленькими металлическими шариками в руках, не осознавая, какое давление на них оказывает.
Каждый раз, когда он проводил большим пальцем по ним, один из них исчезал, в то время как другие шарики становились больше, только чтобы вернуться к нормальному размеру при следующем движении.
Такая мелкая деталь ускользнула бы от большинства, но не от Марло.
Этот человек был чрезвычайно внимателен к деталям, особенно теперь, когда его тело постоянно сотрясала боль.
Но в обмен на боль у него появилась новая проблема.
Его новая форма культивации зависела от того, что он непрерывно преодолевал трудные и опасные испытания.
Только ставя свою жизнь на кон, он мог становиться сильнее.
К сожалению, на Земле почти не осталось таких опасностей, с которыми ему нужно было бы столкнуться.
Единственное исключение… это то место, куда он направлялся.
Все думали, что он отправляется вершить справедливость за многочисленные обиды, которые этот заключённый причинил Земле.
На самом деле он шёл туда, потому что на этой планете больше не осталось никого, с кем бы ему стоило сражаться.
Широкая, маниакальная ухмылка исказила его лицо.
http://tl.rulate.ru/book/148202/9511095
Готово:
