Последовавшая битва оставила Лекса необычно взволнованным.
Оборонительные сооружения их лагеря, хоть и были возведены совсем недавно, казались неприступными, что означало отсутствие реальной угрозы для Лекса.
Но в то же время он не мог просто расслабиться или сосредоточиться на чём-то другом, потому что, если оборона даст сбой, ему придётся защищаться самому.
Он не мог участвовать в отражении атаки, потому что, откровенно говоря, был слишком слаб, чтобы внести значимый вклад.
Он даже не мог наблюдать за боем, потому что, если подойдёт слишком близко, то сделает себя уязвимым для ударных волн от сражения и может даже помешать союзникам.
В итоге он провёл несколько часов просто… ожидая, когда что-то произойдёт.
В конце концов битва завершилась успешно: лагерь удалось защитить.
Птолемей после этого отправился в лес с несколькими стражниками. Он не сказал, чем именно занимался, но заверил всех в лагере, что по возвращении подобных атак больше не повторится.
С его заверением началась истинная цель экспедиции.
Весь этот регион оставался неизведанным: на картах его не было, а знания о нём были минимальными или вовсе отсутствовали.
Картографы возвели свою собственную сторожевую башню, откуда с помощью телескопов и других приборов наносили на карты окружающую местность, а также пытались определить лучшее направление для продвижения экспедиции.
Другие начали изучать физиологию змей, поскольку это были первые живые существа, с которыми они столкнулись, помимо деревьев.
Кстати, пообщавшись с различными малыми группами, Лекс узнал, что это были вовсе не клёны, а пока неизвестный вид деревьев, кора которых обладала крайней устойчивостью к огню, в то время как листья легко воспламенялись.
Они уже приступили к изучению сока и корней срубленных деревьев и предлагали новые применения для них.
Другие исследовали почву и минеральный состав, а некоторые группы всё ещё изучали потоки духовной энергии в этой местности.
Лагерь по-настоящему ожил, что только подчёркивало тот факт, что у Лекса не было никаких дел.
Что ж, официально у него не было никаких дел, ведь Птолемей не поручал ему заданий.
Неофициально же у Лекса дел хватало.
Экспедиция только-только началась и, вероятно, продлится месяцами, если не годами, но у Лекса с ними было ограниченное время, поскольку он проходил всего лишь испытание.
Это означало, что в ближайшие несколько недель Лексу нужно было получить доступ хотя бы к одной из погребённых шахт духовных камней, не привлекая ничьего внимания.
Проблема заключалась в том, что Каром не дал ему карту их расположения, а лишь описал ключевые или отличительные особенности близлежащей местности.
Чтобы помочь Карому претворить в жизнь свою повестку, он также предоставил Лексу способ ускользнуть от надзора Голи, но это ничем не помогало скрыться от зверей.
В следующие несколько дней небольшие группы охотников и исследователей несколько раз в день отправлялись из лагеря, и Лекс сопровождал хотя бы одну такую группу ежедневно.
Он уже доказал, что способен обеспечить свою безопасность, так что никто особо не возражал. Не говоря уже о том, что все более-менее знали: Лекс должен иметь слово в их обороне. Поэтому просто приняли это как часть его обязанностей.
Более того, даже в тех вылазках, в которых Лекс не участвовал, он расспрашивал разведчиков или стражников, отправившихся на задание, чтобы глубже понять рельеф местности, а также привычки фауны региона.
Он сверял все свои выводы с зоологами экспедиции, чтобы быть уверенным, а не строить беспочвенные предположения.
На самом деле Лекс создавал свою собственную карту и разрабатывал план, как добыть духовные камни.
Для участников экспедиции же казалось, будто Лекс очень серьёзно относится к своей работе и усердно трудится, чтобы предотвратить новые неожиданные атаки.
Некоторые заметили, как даже перед первой засадой Лекс, казалось, почуял опасность и попытался предупредить Птолемея.
Дополнительное внимание, конечно, объяснялось слухами о нём.
Отрезанные от общества, участники экспедиции в свободное время могли заниматься только сплетнями.
Конечно, сплетничали и о многих других, и Птолемей был одной из ключевых фигур.
Однако именно потому, что слухи о Лексе смешались с таким множеством других историй, люди на самом деле забыли, что это всего лишь слухи, а не факты.
Конечно, всё это Лекса никак не касалось.
После недели разведки и исследований он был готов отправиться из лагеря в одиночку, чтобы по-настоящему начать поиски шахт.
Была только одна проблема.
— Почему ты выходишь один? — спросил студент, дежуривший у ворот.
Это не было допросом, поскольку они уже немного познакомились, но он всё равно должен был спросить.
— Для личной разведки. Есть места, которые гораздо проще осмотреть в одиночку.
— Ты уверен? Я не то чтобы сомневаюсь в тебе, но если нарвёшься на неприятности… тебе будет трудно выжить одному.
— Не беспокойся, я принял все необходимые меры предосторожности.
— Всё равно… Думаю, мне нужно сообщить Птолемею, просто на всякий случай.
— Конечно, — ответил Лекс, издав усталый вздох.
Учитывая, что они жили в таких тесных условиях, Лекс и не надеялся скрыть от кого-либо тот факт, что выходит один.
Он просто рассчитывал на подход «лучше просить прощения, чем разрешения».
Ему не улыбалось объяснять свои действия Птолемею.
Птолемей, в свою очередь, был недоволен тем, что Лекс проявлял такую активность.
Если бы Лекс был просто ленивым и избалованным юнцом, это лучше вписывалось бы в его внутренний нарратив о том, что тот получил всё на блюдечке, не заработав.
Хотя он знал, что должен был разобраться, как Лексу удалось заметить засаду раньше него, его предвзятость помешала это сделать.
Его стратегия в отношении Лекса сводилась к «с глаз долой — из сердца вон».
Но когда тот сам проявлял инициативу и вносил вклад, занимаясь разведкой в одиночку, игнорировать его стало совершенно невозможно.
— Ты не разведчик, и у нас нет одиночных миссий по разведке. Что именно ты хочешь делать? У нас нет лишних людей, чтобы тратить их на спасательную операцию, если ты влипнешь в неприятности.
— Тогда и не тратьте, — ответил Лекс, закатив глаза.
— Я думал, тебе плевать, чем я занимаюсь, пока я не мешаю. А я буквально убираюсь с дороги, так зачем тебе вообще волноваться?
— Делай что хочешь, — отрезал Птолемей.
— Просто помни: если ты пропадёшь, я не потрачу ни одного человека на твоё спасение.
Лекс был рад, что Птолемей не собирается препятствовать его уходу, но это также усилило давление на него, поскольку теперь он знал: если что-то пойдёт не так, рассчитывать не на кого.
http://tl.rulate.ru/book/148202/9479789
Готово:
