Готовый перевод I attained holiness in the age of the end of dharma. / Я достиг святости в эпоху конца дхармы через интернет: Глава 55. Небрежно раздавить чунина

Как говорится, когда в руках смертоносное оружие, зарождается жажда убийства.

Хотя Су Мин мог бы использовать и законные методы, чтобы навсегда оставить этих японцев вроде Хосикавы Майко в Китае, он не хотел затягивать этот процесс.

С некоторыми ублюдками нужно разбираться быстро и решительно.

...

Примерно через полчаса в городском управлении полиции города Юньян произошло настоящее землетрясение. У Чао решил добровольно признаться во взяточничестве и других тяжких преступлениях.

Более того, он упомянул, что фармацевтическая компания «Саньди» может быть связана с делами о пропаже людей в городе Юньян.

В этот момент У Чао решил «разбить разбитый горшок». Раз уж эта стерва Хосикава Майко использовала его как пешку, он не собирался давать ей спокойно жить.

Умирая, он утащит её за собой. Не может же быть так, что он будет «топтать швейную машинку», а она будет снаружи наслаждаться жизнью!

Кроме того, он рассказал и о том, как Хосикава Майко заставила его действовать против Су Мина, надеясь на снисхождение и сокращение срока.

После того, как У Чао выложил всё, Чэнь Мэй и Син Линь, которые уже собирались запрашивать ордер на обыск, чтобы отправиться в комплекс вилл Юйюань, были вызваны в кабинет Ли Юня. Он приказал им немедленно начать расследование этого дела и как можно быстрее выяснить, что скрывает «Саньди».

И прежде чем они вышли, Ли Юнь устно предупредил их не беспокоить того, кто живёт в комплексе вилл Юйюань.

Услышав это, Чэнь Мэй не удержалась и с любопытством спросила:

— Начальник Ли, этот так называемый мастер Су, он действительно может предсказывать столько всего с помощью гадания?

— Сяо Чэнь, ты ещё молода. Некоторые вещи существуют, и это — истина. Не задавай лишних вопросов, просто помни мои слова. Если посмеешь действовать самовольно, я немедленно доложу в провинциальное управление, чтобы тебя отозвали обратно.

Ли Юнь, не желая вдаваться в объяснения, махнул рукой, давая понять Чэнь Мэй, чтобы она больше не поднимала эту тему.

Чэнь Мэй хотела было что-то ещё сказать, но, увидев, что лицо начальника Ли выглядит не очень-то довольным, она благоразумно промолчала и вместе с Сином Линем покинула кабинет.

Когда они ушли, выражение лица Ли Юня вернулось к норме. Очевидно, он просто притворялся. Люди, занимающие такие должности, — все старые лисы с глубокими интригами в сердце.

Что касается Сина Линя и Чэнь Мэй, покинувших кабинет, они теперь занимались подробным расследованием, основываясь на информации, предоставленной У Чао, а также на делах о пропаже людей в городе Юньян и прошлом фармацевтической компании «Саньди».

С другой стороны, Хосикава Майко из «Саньди» была в полном замешательстве.

Не успела она отдать распоряжения, как многие из её людей тут же отказались выполнять их, даже угрозы не помогали.

Более того, после окончания аукциона «Саньди» столкнулась с беспрецедентным давлением в бизнесе.

Многие надёжные поставщики внезапно прекратили поставки, а различные государственные ведомства, такие как пожарная инспекция и торгово-промышленная палата, начали приходить с проверками и находить проблемы.

Эта ситуация мгновенно встревожила Хосикаву Майко. Она почувствовала, что китайские власти, возможно, что-то узнали и готовятся нанести удар.

"Чёрт, это точно он рассказал китайским властям!" — осознав, что все эти проблемы посыпались на неё после того, как она начала действовать против Су Мина, Хосикава Майко горько пожалела о содеянном.

Знай она, что всё так обернётся, ей следовало бы сидеть тихо, а затем согласиться с планом Фудзии Хироки и поручить господину Миямото ночью убить этого проклятого парня.

Но что сделано, то сделано, и времени вспять не повернуть. Ей оставалось лишь латать дыры, связываясь с организацией, стоящей за ней, и одновременно отражая удары со всех сторон.

Покинуть Китай было уже нереально. Хосикава Майко, не задумываясь, догадывалась, что её паспорт уже находится под контролем, так что оставалось только действовать по обстоятельствам.

На данный момент Хосикава Майко полагала, что у китайских властей ещё нет конкретных доказательств, иначе ситуация была бы куда хуже.

С этой мыслью она направилась в кабинет Фудзии Хироки. Её методы оказались совершенно неэффективными, и оставалось только поручить господину Миямото ночью устранить этого проклятого парня.

Возможно, после его смерти у них ещё будет шанс выкрутиться.

Идея была прекрасна, но реальность жестока. Отправить чунина на убийство существа, достигшего сферы Преодоления бренности, — это всё равно что отправить его на верную смерть.

Так, в мгновение ока, пока в городе Юньян назревала буря, наступило восемь часов вечера.

На улице уже совсем стемнело. Как говорится в старой пословице: тёмная, ветреная ночь — идеальное время для убийства.

Су Мин, выйдя из состояния практики, неторопливо пил чай. Изначально он собирался выйти, но перед этим погадал себе и обнаружил, что противник не выдержал и решил напасть на него этой же ночью.

Поэтому Су Мин решил просто ждать.

Когда часы показали десять минут девятого, в комплекс вилл Юйюань, обойдя все камеры, тайно проникла подозрительная фигура.

Как чунин, Миямото Токэй обладал необходимыми навыками. Определив местоположение цели, он начал скрытно продвигаться к ней.

Этим он сам себе подписал смертный приговор. Камеры его не зафиксировали, так что его смерть останется незамеченной.

Через три минуты Миямото Токэй оказался у виллы №34. Глядя на ярко освещённую виллу, в его глазах мелькнул холодный блеск.

Как только он перелез через забор и оказался во дворе, дверь виллы со щелчком открылась изнутри. Это неожиданное событие заставило Миямото Токэя на мгновение замереть.

Быстро окинув взглядом появившуюся в дверях фигуру и убедившись, что это его цель, Миямото Мусаси (ошибка автора, имеется в виду Токэй) резко оттолкнулся ногами и бросился к Су Мину.

В ответ на это Су Мин, уже вышедший из виллы, с ужасающей скоростью метнул три монеты, которые он перебирал в руке.

Монеты, наполненные силой ци и крови Су Мина, были смертоноснее пистолета, а их скорость была просто невероятной.

Грандмастер Преобразующей силы мог ранить человека, метнув цветок или лист, не говоря уже о монетах в руках Су Мина.

Миямото Токэй, только что сорвавшийся с места, не успел среагировать, как три монеты с ужасающей силой пробили его сердце и голову.

Что касается метательного оружия, Су Мин ранее немного интересовался этим. С его духовной силой и координацией ему даже не нужно было специально учиться — он мог попасть куда угодно с первой попытки.

Именно поэтому он носил с собой для гадания монеты, а не старинные медные деньги. Монеты были твёрже и, следовательно, смертоноснее.

Что до Миямото Токэя, то, падая, он так и не смог поверить в случившееся. Он умер с открытыми глазами! Разве ему не говорили, что это просто какой-то мастер гадания? Как так вышло, что он был убит в мгновение ока, даже не поняв, как это произошло?

Если бы Миямото Токэй был сейчас жив, он бы наверняка содрал кожу с Хосикавы Майко и Фудзии Хироки. "Какой к чёрту мастер гадания, отправили меня убивать такого монстра!"

Взглянув на труп во дворе, Су Мин не испытал никаких последствий от убийства. Его лицо было совершенно спокойным. Раздавить чунина для него было всё равно что убить курицу.

http://tl.rulate.ru/book/148021/8209923