Ли Юцай в последнее время всё время находился в поместье.
По идее, после недавней кончины господина, соляными копями и выплавкой железа, которыми он раньше занимался, следовало бы заняться с особым усердием.
Но вопрос о беременности юной госпожи висел над всеми в старшей ветви, как дамоклов меч.
Если юная госпожа не была беременна, то всем в старшей ветви грозила неопределённость.
В такое время тот, кто был в поместье, мог действовать первым.
Поэтому великий управляющий Ли ни за что не покинул бы поместье в это время.
И именно поэтому к нему и приехал управляющий поместья Фэнъань, Чжан Юньи.
Визит почтения господина Чжана был похож на восхождение на гору. Он не шёл сначала к вышестоящему начальству.
Наоборот, Чжан Юньи сначала встречался с теми, кто был ниже его по положению, с равными ему или даже ниже.
В процессе он, в зависимости от важности для него человека, дарил подарки.
А затем выуживал у них полезную информацию.
И когда он шёл к вышестоящему начальству, он уже мог лучше выстроить своё поведение.
Именно поэтому Чжан Юньи быстро узнал, что в старшей ветви появился ещё один второй управляющий, бывший советник господина, Ян Цань.
Однако жилище Ян Цаня находилось рядом с жилищем Ли Юцая, так что идти сначала к этому второму управляющему Яну было нехорошо.
Поразмыслив, господин Чжан всё же приготовил подарки и пошёл сначала к Ли Юцаю.
Поместье Фэнъань было одним из шести поместий, которые Юй Хуаньху передал главе клана, и находилось ближе всего к поместью на горе Феникса.
Если ехать верхом, то, выехав утром из поместья, к вечеру можно было добраться до горы Феникса.
Благодаря такому удобному расположению, Чжан Юньи, как «первопроходец» из шести поместий, первым приехал в поместье на горе Феникса «засвидетельствовать почтение».
Ли Юцай был очень рад его приезду.
Это был первый человек из шести поместий и трёх пастбищ, кто приехал засвидетельствовать почтение.
Сейчас все фракции выжидали, наблюдая, забеременеет ли юная госпожа.
В такое время, когда кто-то приезжал с подарками, Ли Юцай был особенно рад.
Ли Юцай, помешивая чай крышечкой, незаметно взглянул на стоявшую на столике небольшую шкатулку с потайным замком и золотой росписью.
Эта шкатулка была одним из двух подарков. Длиной в полтора чи, шириной и высотой в полчи, из палисандра с медными уголками, очень изящная.
Обычно в таких шкатулках хранили золото или серебро.
Ли Юцай по звуку, с которым шкатулка была поставлена на столик, определил, что внутри, скорее всего, золото, а не серебро.
Из-за разного веса звук «тук» был разным.
Если это золото, то в такую шкатулку должно было поместиться от двенадцати до пятнадцати золотых слитков.
Один слиток — полцзиня…
'Щедрый подарок!'
Сердце Ли Юцая тут же забилось сильнее, жарче, чем от глотка горячего чая, который он по неосторожности проглотил.
Он, сдерживая боль от ожога во рту, с невозмутимым видом произнёс:
— Господин Чжан, вы, кажется, не в ту дверь постучались и не тому богу молитесь.
— Что вы хотите этим сказать, великий управляющий? — с улыбкой спросил Чжан Юньи. Этому Чжан Юньи было под сорок, и он был очень хорош собой. В молодости, наверное, был красавцем.
Ли Юцай с улыбкой ответил:
— Господин Чжан, вы не знаете, но глава клана только что назначил в нашу старшую ветвь второго управляющего.
— Впредь поместьями и пастбищами, которые передал второй господин, будет заниматься этот второй управляющий.
Чжан Юньи, всё поняв, с улыбкой сказал:
— Вот как. Об этом я уже слышал. Но ведь и этот второй управляющий должен подчиняться вам?
— Эх, неверно.
Ли Юцай замахал руками:
— Назначение второго управляющего — не моё дело. Если что, мы с ним должны советоваться.
Чжан Юньи слабо улыбнулся:
— Как бы вы ни советовались, он всё равно будет вас слушать. Я, Чжан, признаю только вас, великого управляющего Ли.
— Ну, ты…
Ли Юцай громко рассмеялся:
— Ладно. Раз уж у тебя такое намерение, я, конечно, буду о тебе заботиться.
— Но давай договоримся на берегу. Хоть ты и человек, которого продвинул второй господин, это твоя заслуга.
— Но впредь ты должен служить верой и правдой только главе клана…
Чжан Юньи серьёзно ответил:
— И глава клана, и второй господин — хозяева семьи Юй. Я, Юньи, никогда не забывал, что служу семье Юй.
Ли Юцай с улыбкой сказал:
— Вот и хорошо. Только вот, беременна ли юная госпожа, пока никто не знает. Все в смятении.
Чжан Юньи с улыбкой ответил:
— Великий управляющий — человек способный, он всегда может найти себе лучшее место. Естественно, ему нужно смотреть далеко вперёд.
— А такие, как я, всегда плывут по течению, так что у меня таких забот нет.
Он отпил чай и добавил:
— Я буду молиться только вам. Это точно не ошибка. Нельзя же, когда прижмёт, бежать к Будде, не помолившись ему раньше…
— Ха-ха-ха, не думал, что вы, господин Чжан, такой интересный человек. Эй, Лайси, подойди.
Ли Юцай вдруг увидел, как Лайси с охапкой дров идёт к боковой комнате, и окликнул его.
Лайси, положив дрова и отряхнув одежду, подбежал к нему:
— Что прикажете, господин?
Ли Юцай сказал:
— Пойди скажи закупщику, управляющему Чжао, чтобы, когда он в следующий раз поедет в город Тяньшуй, подыскал мне служанку.
— Хорошо, как только отнесу дрова, так и пойду.
— Подожди!
Чжан Юньи, поставив чашку, спросил:
— Что, у великого управляющего не хватает слуг?
Ли Юцай равнодушно ответил:
— О, это не то. Ян Цань только что вступил в должность, а у него нет прислуги. Я, старик, отдал ему одного слугу.
— Поэтому и подумал купить ещё одну умную и послушную девушку, чтобы она и жене помогала.
Чжан Юньи с улыбкой сказал:
— Вот как. Великий управляющий, зачем так далеко ходить?
— Это дело я беру на себя. Через пару дней я выберу и пришлю вам на гору служанку, которая вам понравится.
— Это… нехорошо.
— Великий управляющий, не стесняйтесь. Это лишь моя скромная благодарность.
Этот Чжан Юньи и деньги дарил, и людей. Они тут же стали ещё ближе.
Поболтав ещё немного, Чжан Юньи тактично откланялся.
Ли Юцай проводил Чжан Юньи до веранды и, проводив его взглядом, тут же почувствовал, как его ухо схватила нежная ручка.
— Ах ты, старый хрыч! Я-то думаю, зачем ты отдал Ванцая управляющему Яну. Чтобы новую служанку купить, да?
— Э-э-э, жена, успокойся, успокойся, не дай бог, кто увидит.
Ли Юцай, на цыпочках, с наклонённой головой, был утащен Пань Сяовань в гостиную.
Войдя в гостиную, Пань Сяовань, изогнув брови, холодно усмехнулась:
— У тебя, старого хрыча, ещё есть время на покупку служанок!
— Что? Думаешь, если молодая девушка будет прислуживать, то твоя старая морковка станет хрустящей?
Ли Юцай смущённо пробормотал:
— Жена, не говори так громко, не говори так громко. Если кто услышит, как я, Ли, потом людям в глаза смотреть буду.
Госпожа Сяовань толкнула его, так что Ли Юцай пошатнулся, и, уперев руки в бока, холодно фыркнула:
— Я, молодая и красивая, вышла замуж за тебя, старого гроба!
— И ты ещё не даёшь мне говорить?
— Я тебе советую: есть лишние деньги — купи лучше вина из тигровых костей.
— А то, когда нужно силу показать, ты как лягушка квакаешь: громко, а толку ноль.
Ли Юцай покраснел до ушей. Он действительно был уже не тот… не очень… не в форме.
И чем хуже у него получалось, тем больше он комплексовал перед своей молодой женой. А чем больше комплексовал, тем хуже получалось.
Дошло до того, что он уже боялся ложиться с ней в одну постель, опасаясь, что она потребует ласки.
А что до покупки служанки, то тут у него не было никакого давления.
Свою жену он обязан был удовлетворять, а купленная рабыня — это просто вещь в его доме. Ему не нужно было заботиться о её чувствах!
Ли Юцай, покраснев от слов Пань Сяовань, тихо сказал:
— Жена, ты меня неправильно поняла.
— Ты думаешь, зачем этот Чжан Юньи приехал? Чтобы найти покровителя?
— Что ты имеешь в виду?
— Жена, ещё неизвестно, беременна ли юная госпожа. Кто в такое время будет тратить большие деньги, чтобы найти покровителя?
— Поместье Фэнъань находится рядом с горой Феникса. Это лучший наблюдательный пункт второго господина за главой клана.
Глаза Пань Сяовань сверкнули:
— Он приехал, чтобы переманить тебя на сторону второго господина?
Ли Юцай похвалил:
— Жена, ты такая умная!
— Твой муж — великий управляющий старшей ветви. Даже если старшую ветвь расформируют, твоему мужу всё равно найдётся хорошее место.
— Этот Чжан Юньи понял это и хочет переманить меня на сторону второго господина.
Пань Сяовань встревожилась:
— Ты ведь не собираешься переходить на сторону второго господина?
— Глава клана к тебе неплохо относится. Предательство, совершённое однажды, обесценивается.
— Если ты сделаешь неверный шаг, выберешь не того…
Ли Юцай махнул рукой:
— Конечно, нет. Я, муж, буду выжидать. Пока ситуация не прояснится, я буду торговаться.
— Но это не мешает мне принимать его «добрые намерения».
— Если я приму, то, когда перейду на сторону второго господина, это будет означать, что я давно ему симпатизировал.
— Помощь в беде и помощь в радости — это разные вещи.
— А если я останусь верен главе клана, то это будет означать, что меня не соблазнили большие деньги второго господина.
— А то, что я принял его подарки, — это лишь для того, чтобы усыпить его бдительность.
Пань Сяовань слушала с недоверием:
— Ладно, я поверю тебе на этот раз.
— Если ты, старый хрыч, обманешь меня, когда своё поле пересохло, а ты ещё на чужое заришься, хм!
— Нет, нет, конечно, нет.
Ли Юцай, говоря это, втайне думал: 'Я так быстро изменяю, что ты и не заметишь'.
Ли Юцай указал на две шкатулки на столе:
— Ну, если бы твой муж не был способным, разве подарки текли бы рекой?
— Жена, быстро спрячь…
Слова Ли Юцая наконец-то отвлекли Пань Сяовань.
Пань Сяовань открыла две шкатулки. В одной, как и предполагал Ли Юцай, лежали аккуратно сложенные золотые слитки.
А в другой шкатулке был искусно отполированный «сосуд из бычьего рога», уже почти прозрачный.
В полупрозрачном роге плескалась красноватая жидкость. Когда вынули пробку, в нос ударил смешанный с ароматом трав винный запах.
Ли Юцай с радостью сказал:
— Лечебное вино?
Пань Сяовань, изогнув бровь, подумала: 'Давать эту вещь старому хрычу — пустая трата'.
'Подожду, возьму немного и проверю на молодом господине Яне'.
http://tl.rulate.ru/book/147906/8162037
Готово:
