— Да, — кивнул Цзян Фань. — Первичная мутация была слишком бурной, она исказила их до неузнаваемости, но, как ни странно, их мясо съедобно. Следующие поколения уже не будут выглядеть так отталкивающе.
Когда запасы еды в ярких упаковках иссякнут, измученные голодом люди сами додумаются охотиться на мутантов. По правде говоря, еще в самом начале Катаклизма наверняка нашлись те, кто решился попробовать, просто они об этом не распространялись.
— То есть, в будущем основными источниками пищи станут мутанты, морские твари и какие-то особые растения?
— В ранний период постапокалипсиса — именно так. За исключением нескольких крупных городских убежищ, никто снаружи не сможет достать привычные сельскохозяйственные продукты. Впрочем, через несколько лет, когда окружающая среда начнет восстанавливаться, все изменится.
Хуан Цзысюань и Ду Синь ошарашенно переглянулись.
Видя их реакцию, Цзян Фань усмехнулся:
— Не переживайте. Пока вы со мной, будете есть только лучшее!
При этих словах друзья наконец расслабились. И правда, кто в здравом уме станет есть эту мерзость, если есть выбор?
Хотя сейчас количество мутантов в городе стремительно сокращалось, человечество постепенно адаптировалось и развивалось. В будущем люди неизбежно начнут осваивать новые территории и вновь столкнутся с ордами диких тварей.
Наступила эпоха, где выживает сильнейший. Новый виток борьбы за существование был уже не за горами…
Вечером все три отряда, отправленные Цзян Фанем, вернулись на базу. Потерь не было, лишь немного поредел запас патронов. Вэй Мин отчитался о сегодняшней добыче и отправился распределять ужин.
И пока в жилом комплексе «Танчэнь Ипинь» одни с завистью, другие с ненавистью косились на тридцатый корпус, в тени зрел заговор, направленный против Цзян Фаня.
На отшибе, в пустующей вилле, в полумраке комнаты, освещаемой лишь слабым пламенем единственной свечи, на диване в гостиной застыли три тени.
— Раз уж мы все здесь с одной целью, давайте говорить начистоту, — раздался низкий, густой голос. — Как делить будем, когда дело будет сделано?
Говорил мужчина с грубыми чертами лица и густой окладистой бородой, которую, похоже, давно не стригли.
— Судя по тому, что нам известно, у них не меньше тридцати стволов. Сколько патронов осталось — неясно, — задумчиво произнес другой.
Он был высоким и до того худым, что казался болезненным. Но его глаза горели ярким, пронзительным светом, отчего вся его фигура излучала смертельную опасность.
— Насчет оружия и патронов мы уже договаривались. Делим поровну, к чему возвращаться к этому?
Третий сидел чуть поодаль, его лицо тонуло в тени. Пламя свечи падало на него, деля его надвое — одна половина была освещена, другая тонула во тьме, отчего выражение казалось зловеще-непредсказуемым. Длинная тень от его фигуры таинственно простиралась по стене.
— А еда? Сразу скажу: удача в последнее время мне не улыбается, добыча с каждым днем все скуднее. Я забираю половину, — повысив голос, заявил бородач.
— Чэн Ган, не думай, что я не знаю, на чем ты поднялся. Твои люди из второго корпуса мало, что ли, награбили за эти дни?
— Не неси чушь! Вот кто самый черный, так это вы, из двадцать девятого! Насколько мне известно, ты, Го Чжифэй, грабишь людей похлеще, чем покойнички из двадцать седьмого и двадцать восьмого. Если бы ты не боялся силы тридцатого, стал бы ты вообще со мной сотрудничать?
— Хмф! Аппетит у тебя, однако, непомерный! — прищурился лидер двадцать девятого корпуса, пряча хищный блеск в глазах.
— Хватит! — прервал их перепалку третий, чей голос доносился из тени. — О разделе добычи можно поговорить и после дела. Сейчас наша главная задача — убрать Цзян Фаня. И не забывайте, без меня вам это будет сделать очень непросто.
— Ха-ха, это верно! С твоей-то особой способностью подобраться к нему незаметно — плевое дело. Как только мы избавимся от этого Пробужденного, с остальными даже хитрить не придется, — самонадеянно заявил Чэн Ган.
— Не стоит недооценивать их. Наши тела хоть и стали крепче, но против винтовочных пуль они бессильны. Даже твое, — с мрачным видом возразил Го Чжифэй.
Спорить о дележе шкуры неубитого медведя было верхом глупости. Сначала нужно было провернуть дело.
— Хорошо. Тогда давайте еще раз пройдемся по плану. Мы не имеем права на ошибку в решающий момент. Все должно быть идеально.
Трио вернулось к обсуждению деталей предстоящего убийства. В итоге, они ударили по рукам, решив нанести удар в полночь…
В сорока километрах от небоскреба «Дунъань», в заброшенном, темном здании посреди пустыря, на один из этажей, спотыкаясь, ввалилась чья-то фигура. Человек быстро нашел пустую комнату и, тяжело дыша, рухнул на пол.
Скинув с плеч рюкзак, он принялся лихорадочно в нем рыться. Наконец его глаза блеснули: он нашел две банки консервов и пакет чипсов.
Одна из банок, видимо, треснула во время бегства, и почти все содержимое вытекло. Мужчина, не брезгуя, запрокинул голову и выпил остатки, после чего с жадностью разорвал упаковку чипсов и принялся, давясь, запихивать их в рот.
В этом изголодавшемся, опустившемся человеке с трудом можно было узнать Янь Дэнфэна.
От его былого лоска не осталось и следа. Одежда превратилась в лохмотья, кое-где пропитанные кровью.
Проглотив все, что было, он еще раз обшарил рюкзак, и, убедившись, что ничего ценного там больше нет, отшвырнул его в сторону и без сил растянулся на грязном полу.
С той самой встречи с Цзян Фанем его преследовала черная полоса.
Сбежав, Янь Дэнфэн поначалу даже радовался, что сумел унести ноги от такого монстра. Немного успокоив себя, он решил начать все сначала и сколотить новую банду.
Разумеется, в «Танчэнь Ипинь» он и носа не совал — пришлось убираться подальше в поисках других групп выживших.
Но его словно прокляли. Отправившись на поиски еды, он наткнулся в подвале на нескольких огромных мутантов. На его беду, это оказались мутировавшие бульдоги, каждый из которых по силе многократно превосходил взрослого льва или тигра. Без оружия, в тяжелом бою, он получил серьезные раны.
Следующие несколько дней, измученный голодом и болью, он рыскал в поисках пропитания, постоянно опасаясь нападения. Не прошло и двух суток, как его ноги были сплошь покрыты укусами гигантских крыс-мутантов.
Только тогда он в полной мере осознал, как тяжело выживать в этом мире в одиночку. Даже с его сверхчеловеческой силой это было почти невозможно.
Когда он был на грани отчаяния, ему наконец повстречалась группа выживших. Старые привычки взяли свое, и он решил их ограбить. Но те оказались не из робкого десятка и с оружием в руках бросились в бой.
У них было хорошее вооружение и численное превосходство. Сам же Янь Дэнфэн был ранен и обессилен. Убив нескольких человек и выхватив у них рюкзак с припасами, он был вынужден позорно бежать и лишь к ночи сумел оторваться от погони.
Янь Дэнфэн в бессильной ярости с размаху ударил кулаком в пол.
— Какое жалкое зрелище.
Внезапно в тишине комнаты раздался незнакомый голос. От неожиданности Янь Дэнфэна едва не парализовало.
— Кто здесь?!
Он мгновенно вскочил на ноги и вперил взгляд в темный угол, готовясь к бою.
Из мрака медленно вышла фигура в черном плаще и темных очках. На губах незнакомца играла ленивая усмешка.
— Раз уж мы встретились, значит, так было суждено. Можешь звать меня Черный Серп.
http://tl.rulate.ru/book/147395/8166134
