Цзян Чуанъюэ изначально думал, что сможет достичь своей цели — захватить власть, тайно накопив силы, устроив государственный переворот в столице, взяв под контроль высшую знать, чиновников и верхушку армии, а затем, в один прекрасный день, свергнув императора и заняв его место.
Однако после более чем года совершенствования боевых искусств под руководством генерала Будэ он понял, что его план был лишь пустой мечтой.
Обладая чакрой и техниками трансформации, Цзян Чуанъюэ мог без проблем взять под контроль высшие круги и чиновников столицы. Если кто-то отказывался сотрудничать, его можно было просто убить, затем использовать ядро главного бога, чтобы проанализировать его память, и отправить подчиненного, который, выучив эту память, принял бы облик убитого и занял его место.
Таким образом, установление контроля над знатью и чиновниками, чтобы взять под контроль правительство, не представляло проблемы. Настоящая проблема возникла с армией.
В течение года, пока Цзян Чуанъюэ совершенствовал боевые искусства под руководством генерала Будэ, он также провел некоторое время в армии.
Именно поэтому Цзян Чуанъюэ обнаружил роковую ошибку в своем плане.
Армия империи совершенно отличалась от современных армий; она находилась в состоянии, подобном средневековью.
Какова же армия средневековья? Даже самые элитные войска рассеиваются, если потери превышают одну десятую!
Такая армия, естественно, совершенно отличалась от современной; у них не было твердой воли, не говоря уже о том, чтобы держаться за определенное место, полагаясь на веру, и не отступать до самой смерти.
Боеспособность имперской армии поддерживалась верой в личную доблесть воинов. Как только эта вера рушилась, их боеспособность резко падала.
В оригинальной истории, после смерти генерала Будэ, имперская армия оказалась неспособной к сопротивлению, что привело к быстрому падению столицы под натиском революционной армии, что также подтверждает это.
Поэтому, хотя Цзян Чуанъюэ мог бы взять под контроль верхушку армии и командовать ею, после смерти генерала Будэ эта армия потеряла бы свою душу. Такая армия была бы ненамного лучше толпы вооруженных крестьян.
Если бы генерал Будэ был готов служить ему и привести армию к подчинению Цзян Чуанъюэ, это позволило бы в максимальной степени сохранить боеспособность имперской армии.
Однако, проведя год рядом с генералом Будэ, Цзян Чуанъюэ прекрасно понимал, что заставить генерала Будэ присоединиться к его предательству было абсолютно невозможно.
Убеждения Будэ, его самурайский кодекс — защищать императора, защищать империю. Такой человек, несомненно, не смог бы стерпеть предательства, даже если бы предателем был его ученик!
Это означало, что для того, чтобы Цзян Чуанъюэ смог осуществить свой план по захвату власти и свержению императора, генерал Будэ должен был покинуть свой пост главнокомандующего имперской армией. А как только генерал Будэ покинул бы армию, боеспособность имперской армии, доставшейся Цзян Чуанъюэ, немедленно снизилась бы более чем наполовину.
Империя уже находилась в бедственном положении. Угрозы вторжения со стороны западных стран, восстания в провинциях, сопротивление меньшинств на юго-западе — все это нависало, как дамоклов меч, готовый обрушиться в любой момент.
Если бы Цзян Чуанъюэ начал государственный переворот, неизбежны были бы серьезные потрясения. Если бы в этот момент разразилась угроза, нависшая над империей, разве смог бы он, опираясь лишь на армию, которую он только что получил, подавить внутренние восстания в империи? Как он смог бы противостоять иностранным захватчикам? Как в таком случае он смог бы сохранить единство и функционирование империи?
В лучшем случае он смог бы кое-как закрепиться в столице и править там. В худшем случае, день, когда Цзян Чуанъюэ начал бы действовать, стал бы днем распада империи!
Осознав это, Цзян Чуанъюэ понял, что ему нужна армия, армия, которая полностью подчинялась бы его воле.
Однако армия отличалась от убийц или тайных стражников. Две силы, которые Цзян Чуанъюэ тайно создал, — Баою и Хейю — могли выполнять лишь задания по диверсии в тылу врага, убийствам важных персон и тому подобное, но не могли противостоять регулярной армии в открытом бою.
Именно для своей армии Цзян Чуанъюэ намеревался создать черный порох и огнестрельное оружие. Но, к сожалению, развитие огнестрельного оружия заняло сотни лет, прежде чем оно получило широкое применение в бою, и это было не то, чего можно достичь в одночасье.
Подумав об этом, Цзян Чуанъюэ невольно вздохнул.
«Жаль, что ядро главного бога настолько серьезно повреждено. Без данных, полученных после анализа, я не могу просто так производить эти вещи. Иначе мне не пришлось бы так тяжело разрабатывать их самому».
Затем он покачал головой: то, что он получил ядро главного бога, уже было огромной удачей. Чего еще ему не хватало?
«Кстати, Гуй Мяо, сейчас в столице ходят слухи, что западная империя стягивает войска к границе. Это правда?»
Гуй Мяо кивнул, вспомнив разведданные, которые он видел несколько дней назад, и уверенно сказал:
«Да, согласно сообщениям наших торговых караванов, за границей действительно собралось не менее ста тысяч солдат».
«Что-то случилось?» — Цзян Чуанъюэ был немного удивлен. Десять лет назад, когда западная страна вторглась в империю, она понесла поражение с сотнями тысяч погибших и была вынуждена уступить земли в обмен на мир. С тех пор эта страна жила тихо, за пределами границы, зализывая раны.
По логике вещей, даже после десяти лет восстановления, ее национальная мощь не могла так быстро восстановиться. Более того, главнокомандующий, руководивший той войной, генерал Будэ, все еще был жив. Как эта страна могла осмелиться вторгнуться снова?
«Не знаю, у нас нет более подробной информации. Говорят, те важные фигуры при императоре очень обеспокоены».
Тем не менее, Гуй Мяо не особо беспокоился по этому поводу.
Конечно, ведь имперской армией сейчас командовал генерал Будэ. Хотя некоторые гарнизоны на местах были безнадежно коррумпированы, боеспособность десятков тысяч солдат имперской армии, охраняющих столицу, была все еще очень сильной.
Гуй Мяо не беспокоился, но Цзян Чуанъюэ был очень обеспокоен, поскольку видел в этом возможность.
Принцам не разрешалось тренировать войска. Цзян Чуанъюэ было очень трудно получить армию в таком многолюдном месте, как столица.
Тихие лагеря могли заниматься подготовкой небольшого числа элит, но масштабная подготовка войск была непрактичной. Не говоря уже о проблемах со снабжением, сам шум, производимый обучением десятков тысяч человек, было бы трудно скрыть.
Великий предок говорил: «Власть исходит из ствола орудия». Цзян Чуанъюэ был полностью согласен с этим. Поэтому ему нужна была территория, где он мог бы незаметно развиваться и набирать войска.
На этот раз действия западной страны взбудоражили высшее руководство империи и дали Цзян Чуанъюэ возможность — возможность получить в управление феодальное владение и быть назначенным на пост стражника.
Подумав об этом, Цзян Чуанъюэ принял решение: «Гуй Мяо, узнай, есть ли возможность получить возможность быть досрочно назначенным на управление феодальным владением в связи с этим делом».
У знати есть право владеть территориями. Цзян Чуньюэ принадлежал к королевской семье, к правящей ветви императора, поэтому по достижении совершеннолетия ему полагалась земля. Однако до совершеннолетия оставалось еще несколько лет, слишком долго.
— Господин, к чему такая спешка?
— Мне нужна достаточно сильная армия. Причины я не стану разглашать, но в столице у меня нет полномочий приступить к этому. Поэтому я хочу получить землю заблаговременно.
Цзян Чуньюэ не стал вдаваться в подробности для Гуймяо.
Поразмыслив, Гуймяо ответил:
— Это нетрудно. Можно задействовать тайные каналы высших чинов Империи, чтобы перевести Эсдес на западную границу для охраны. Затем, под предлогом защиты меньшинств, предложить южные и западные регионы в качестве поместья для господина. Велика вероятность, что это будет одобрено.
— Отлично, займись этим лично. Я хочу, чтобы это произошло как можно скорее…
http://tl.rulate.ru/book/147254/8558530
Готово:
