«Отлично! — подумала Цзо Цинъбай. — Первый осколок найден. Остальные уже недалеко! Собрав все части, я смогу убить Цзинь Цзи Юэ этим клинком!»
Лицо Цзо Цинъбай озарила радость, но Гуй Янь в панике спросил:
— Теперь вернёшь моих призраков?
Цзо Цинъбай пристально взглянула на него и лукаво улыбнулась:
— Нет.
Гуй Янь побледнел:
— Ты меня обманула! Ты…
Не дав ему договорить, Цзо Цинъбай схватила его за руку. Он попытался вырваться, но сила Цзо Цинъбай оказалась неожиданно велика. Она резко дёрнула его — и вытащила из иллюзорного замка.
* * *
Номер в отеле.
Цзо Цинъбай грубо вытащила Гуй Яня из карты и швырнула на пол. Тот грохнулся на ягодицы.
Спрятав Ми Юэ Жэнь, Цзо Цинъбай сожгла карту и, широко расставив ноги, уселась на кровать, наблюдая за Гуй Янем.
Тот смотрел на неё, как на заклятого врага, и с обидой в голосе сказал:
— Ты меня обманула!
— Да, обманула, — откровенно призналась Цзо Цинъбай. — Так меня наставник учил: при изгнании призраков не стоит церемониться — любые уловки годятся.
Гуй Янь сдерживал слёзы:
— Госпожа Цзо, признаю, ты могущественна. Я не понимаю, что такое «изгнание призраков», и не обладаю твоей силой. Но разве твоя сила даёт тебе право спокойно разрушать последнее утешение более слабого человека?
— Ты называешь утешением ту ложную любовь, что дарили тебе призраки-рабы?
— Что такое «ложное», а что — «настоящее»? Я знаю одно: с тех пор как завёл их, мне стало гораздо лучше! Наконец-то меня кто-то любит!
— Ты человек. Во-первых, тело смертного не приспособлено для содержания призраков-рабов — это сокращает тебе жизнь и подрывает здоровье. Во-вторых, призракам нужно питаться. У тебя нет зловещей ауры, чтобы кормить их, поэтому они крадут жизненную энергию у окружающих — как в том замке, где пытались соблазнить и меня. А похищение чужой жизненной энергии — это вред! Люди слабеют, если теряют её. Ты губишь и себя, и других.
Цзо Цинъбай говорила с такой праведной строгостью, что казалась почти святой.
Гуй Янь сидел на полу, опустив голову:
— Но ведь меня больше никто не любит…
— Не ищи любви у призраков. Ищи её у людей.
— Ты можешь любить меня? — внезапно поднял он глаза.
Цзо Цинъбай мягко отказалась:
— У меня есть возлюбленный.
Глаза Гуй Яня снова наполнились обидой:
— Ты убила тех, кто меня любил, но отказываешься заменить их?
Казалось, он был вне себя от горя. Оглянувшись, он заметил на столе бутылку вина и бокалы. Не раздумывая, он схватил бокал и швырнул его на пол. Звонкий треск разнёсся по комнате — хрусталь разлетелся на осколки. Один из них образовал острый, как лезвие, шип. Гуй Янь поднял его и прижал к горлу, собираясь пронзить себя.
Цзо Цинъбай в ужасе бросилась к нему и вовремя остановила.
— Эй-эй-эй! — закричала она, потрясённая. — Ты что, с ума сошёл? Зачем себя калечить?
— У меня есть возлюбленный! — пояснила она, всё ещё дрожа. — Наши отношения стабильны! Найди кого-нибудь другого!
— Тогда верни мне призраков!
— Это призраки-рабы. Вернуть их нельзя.
— Только они меня любят!
— И всё равно нельзя. Я экзорцист — моя обязанность их изгонять. Понимаешь, что такое долг?
— Тогда полюби меня сама!
— Да ты… — Цзо Цинъбай сдержала ругательство и, собрав все силы, улыбнулась: — Не будь таким упрямцем. Откройся миру, пообщайся с людьми! Ты же боишься боли, поэтому ни с кем не сближаешься — ни с друзьями, ни с возлюбленными. Так ты никогда не обретёшь любовь!
Цзо Цинъбай считала, что уговорила его, но Гуй Янь тихо ответил:
— Не суди о чужих страданиях, не испытав их сам.
Он провёл рукой по левой щеке и спросил:
— Я уже говорил тебе: на мне маска. Хочешь узнать, почему я ношу её и не хочу, чтобы ты видела моё лицо под ней?
— Почему? — спросила Цзо Цинъбай.
Гуй Янь горько усмехнулся и снял нуо-маску.
Цзо Цинъбай изумлённо раскрыла рот.
Правая щека Гуй Яня оставалась прекрасной, но левая была изуродована — сплошь покрыта шрамами от ножевых ран. Его мастерство в изготовлении масок было столь велико, что под ней все уродства скрывались без следа.
Он снова надел маску.
— Испугалась? — спросил он.
Цзо Цинъбай покачала головой.
— Что с тобой случилось? — спросила она.
# Глава 78
У Гуй Яня когда-то был друг.
Искусство изготовления масок он освоил у старика из национального меньшинства, который тоже был мастером нуо-театра. В то время Гуй Янь приехал в горы со съёмочной группой, чтобы снимать фильм, и провёл там целых четыре месяца, не выходя из гор. Старик был местным представителем этнического меньшинства, и именно тогда Гуй Янь с ним познакомился.
Как только старик увидел Гуй Яня, он взволнованно схватил его за руку и потребовал, чтобы тот учился у него нуо-театру. Старик сказал, что это искусство не каждому дано освоить — талантливые люди встречаются крайне редко. Раз уж он наконец нашёл такого, как Гуй Янь, он не мог его упускать: иначе, когда старик умрёт, нуо-театр исчезнет навсегда.
Гуй Янь объяснил, что приехал со съёмочной группой и пробудет здесь не дольше четырёх месяцев, так как не планирует задерживаться надолго. Старик ответил, что не беда: за четыре месяца он успеет ввести Гуй Яня в это искусство, а всё остальное тот сможет изучить по рукописной тетради, которую старик ему передаст.
http://tl.rulate.ru/book/147152/8159520
Готово:
