Конечно, на людей с твердой волей этот дым действовал не так сильно.
Например, на Кисараги Акиру и Айзена.
Они сели на подушки в позе для медитации и начали тодзэн.
Как и остальные студенты, Айзен быстро вошел в состояние дзэна.
Только Кисараги Акира ерзал, словно у него завелись блохи.
Он никак не мог понять, почему, даже сделав все, как велел учитель, и даже попросив Айзена научить его техникам, он все равно не мог выполнить даже основы тодзэн.
Кисараги Акира смотрел на лежащий на его коленях меч, погруженный в свои мысли.
Форма, способности и состояние дзанпакто создаются по образу и подобию души синигами.
Синигами, узнав имя своего дзанпакто и разговаривая с ним, обретают силу.
Точнее говоря, лежащий перед ним меч еще нельзя было назвать дзанпакто, это был асаучи.
Синигами должен был спать и есть вместе с асаучи, постоянно оттачивая его, чтобы вложить в него суть своей души и создать свой собственный дзанпакто.
Однако Кисараги Акира хотел сказать, что все это он понимает.
Проблема была в том, как вложить суть души в дзанпакто?
Это было все равно что стоять перед дверью в столовую или женское общежитие Академии Сино, зная, что за ней — бесконечное счастье.
Но как открыть эту дверь?
Обычные методы тодзэн на Кисараги Акиру совершенно не действовали.
Он скрестил руки на груди и, нахмурившись, уставился на свой асаучи, в его голове проносились бесчисленные мысли.
— Черт, да с Мимихаги и то проще договориться...
Тихо выругался Кисараги Акира, и в этот момент в его глазах, словно молния, промелькнула искра.
"Постойте-ка!"
"А что, если попробовать общаться с дзанпакто так же, как с богом?!"
Подумав об этом, взгляд Кисараги Акиры, устремленный на лежащий на коленях меч, загорелся огнем!
Как общаться с богами?
Молитва, молебен, жертвоприношение.
Храм Сакахонэ, в отличие от жреческого клана Исэ, был слишком маленьким и находился в отдалении, поэтому способов общения с богами было немного.
Кисараги Акира знал только эти три.
Самыми распространенными из них были молитва и жертвоприношение.
Этим методам его научила Исэ Сидзунэ.
Приняв решение, Кисараги Акира тут же встал и, не обращая внимания на удивленный взгляд учителя по тодзэн, взял свой асаучи и вышел из додзё.
В тот миг, как он вышел, Айзен открыл свои прикрытые глаза.
Глядя на исчезающую спину Кисараги Акиры, в его глазах промелькнуло недоумение.
"Что он опять удумал?"
Учитывая, что Кисараги Акира часто совершал немыслимые, выходящие за рамки разумного поступки, редкий прогул уже не казался чем-то особенным.
— Этот парень совсем распоясался!
Учитель по тодзэн, увидев, что тот ушел, недовольно пробормотал себе под нос.
Он хотел было его остановить, но, учитывая разницу в силе, проглотил слова.
Ведь в руках у этого Кисараги Акиры сейчас был не синай.
А настоящий асаучи.
Хотя в него еще не была вложена суть души, и он не стал настоящим дзанпакто, его прочность и острота были несравнимы с синаем.
Если этот сорвиголова в горячке набросится на него, то он, учитель по тодзэн, станет жертвой меча.
Ради собственной безопасности, в критический момент лучше быть поосторожнее.
— Учитель, я пойду его верну.
После некоторого колебания Айзен все же решил пойти и посмотреть, что задумал Кисараги Акира.
Получив разрешение учителя, он тоже быстро покинул додзё.
Следуя по следу духовного давления Кисараги Акиры, Айзен добрался до общежития.
Однако то, что он увидел дальше, снова перевернуло его представления о мире и о том, насколько разными могут быть люди.
Кисараги Акира расставил на столе амулеты, зажег свечи, создав странную, но в то же время священную атмосферу.
На знамени рядом было выгравировано огромное черное одинокое око, а желтый медный колокольчик издавал чистый звук ударяющегося металла.
Затем он осторожно положил на место, предназначенное для поклонения божеству, свой асаучи.
И на глазах у недоумевающего Айзена, Кисараги Акира, обычно веселый и беззаботный, внезапно преобразился, став серьезным и сосредоточенным.
От него исходила аура настоящего прорицателя, словно он был истинным настоятелем.
— Этот парень...
Айзен задумался.
— Неужели он собирается с помощью ритуала жертвоприношения выполнить тодзэн и установить связь со своим дзанпакто?
Будучи очень умным, он, лишь взглянув на приготовления, примерно понял, что задумал Кисараги Акира.
Кроме его широких познаний, это было связано и с его знанием Кисараги Акиры.
Из-за своего стиля поведения, у Кисараги Акиры в Академии был только один друг — Айзен.
Но разве у Айзена было иначе?
Кто из тех, кто был связан с Кисараги Акирой, осмеливался его трогать?
Даже учитель Фэн угодил в лазарет, что уж говорить об остальных, которые боялись иметь с Кисараги Акирой какие-либо дела.
— Именем настоятеля Кисараги, я приношу в жертву...
Пальцы Кисараги Акиры, словно бабочки, порхали, складываясь в странные и священные знаки. Одновременно он произносил заклинания и мысленно представлял себе объект жертвоприношения.
http://tl.rulate.ru/book/147015/8037622
Готово:
