Глава 52. Подведение итогов (Часть 1)
Следы осадного положения на улицах ещё не были полностью убраны, но удушающая атмосфера хаоса уже рассеялась.
На тихом углу улицы, недалеко от «Морского бриза», Сюдзи разбирался с последними «хвостами». Тело Генси он не стал забирать в деревню, а сжёг прямо на месте. Огонь разгорелся ярко. Мальчик с непроницаемым лицом смотрел, как пламя лижет труп. Густого дыма не было, лишь тихое потрескивание и неописуемый запах гари. Вскоре на месте осталась лишь горстка сероватого пепла, которую тут же подхватил и развеял ветер.
Жизненное ядро Дзюбэя, то есть Мёкуси, представляло собой кусок плоти. Поскольку он, похоже, знал что-то об Орочимару, его нужно было забрать в деревню. Тела Гайкоцу и Суйси также были помещены в запечатывающие свитки для передачи по возвращении. Возможно, за них дадут какие-нибудь ресурсы или деньги.
После этого боя снаряжение Анко и Итачи требовало ремонта и обновления. Денег, полученных от Хироямы Макото, на это явно не хватало. По возвращении придётся хорошенько поговорить с деревней, может, возместят расходы. И можно ли считать, что задания по уничтожению и сбору информации выполнены одновременно?
Порт Идэка к этому времени уже оправился от хаоса осадного положения. После провала атаки «Чёрной Язвы» и гибели их главаря, «Горные Чайники» превратились в просто кучку сильных, но обычных людей, неспособных противостоять местным силам.
Семья Васукэ с самого начала осадного положения заперлась в своём поместье и до сих пор не собиралась ослаблять оборону. Местные торговые гильдии не хотели ссориться с даймё, а семья Васаби была занята похоронами своих погибших, так что до них никому не было дела.
Сюдзи через семью Васаби договорился с главой гильдии рыболовов о выдаче ему нескольких ключевых фигур из «Горных Чайников», в том числе и бывшего командира стражи со шрамом на лице. Он собирался попытаться выудить из них ещё какую-нибудь полезную информацию.
В комнате гостиницы «Морской бриз» Сюдзи, склонившись над столом, сводил воедино все собранные за это время сведения. Вошла Анко, отвечавшая за допрос пленных из «Горных Чайников», и бросила на стопку документов, которые разбирал Сюдзи, несколько листков с небрежно записанными показаниями.
— Кучка слабаков, — хмыкнула Анко, развязно усевшись на стул и закинув ноги в сапогах на край стола. — Обоссались, едва змея к носу подползла. Знают они ни черта. Боятся Дзюбэя до смерти. Говорят только, что он абсолютной силой и жестокостью подчинил себе все банды на Диких Чайных Склонах.
— Награбленные деньги, за исключением малой части на выпивку и еду для банды, Дзюбэй регулярно забирал себе. А на что? Кому? — без понятия. «Чёрная Язва»? Они даже названия такого не слышали. Считали Дзюбэя просто каким-то сильным бродячим самураем.
Она говорила быстро, но её взгляд блуждал, не останавливаясь на лице Сюдзи.
В комнате на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь шуршанием пера по бумаге. Носок сапога Анко под столом бессознательно качался. Её губы несколько раз открывались и закрывались, и наконец, словно приняв какое-то решение, она тихо, с едва уловимой сухостью в голосе, произнесла:
— Эй, Сюдзи... Тот тип перед смертью больше ничего не говорил об Орочимару.
Кончик пера замер. Сюдзи поднял голову и спокойно посмотрел на неё.
— По возвращении деревня получит новую информацию.
— Хм... ага, — плечи Анко слегка опустились, и она отвернулась к окну. Ветер с порта ворвался в комнату, шевеля пряди её тёмно-фиолетовых волос.
— Просто... — её голос был тихим, словно она говорила сама с собой или с ветром за окном, — не знаю, почему, но как только я слышу имя «Орочимару», я... я себя не контролирую. — Она с досадой взлохматила волосы. — Знаю, что торопиться бессмысленно, но просто... хочется узнать хоть что-нибудь. Что угодно.
Сюдзи не отрывался от своих записей и не смотрел на неё, просто молча слушал.
Взгляд Анко стал расфокусированным.
— Он заблокировал часть моих воспоминаний и поставил на меня проклятую печать. Но он не убил меня. Сюдзи, я, кажется... кое-что вспомнила... Не он бросил меня, а я отказалась следовать за Орочимару, выбрала остаться в деревне. — Она опустила голову. — Скрытый Лист — мой дом. Место, где жили мои родители... где все мои товарищи. Но когда я вернулась, АНБУ заперли меня.
Она словно снова ощутила холод и удушье той запертой комнаты.
— В той комнате не было окон. Я не помнила, сколько прошло времени. Знала только, что через определённые промежутки времени меня допрашивали, снова и снова. Позже пришёл сам господин Хокаге. Он сказал мне, что это необходимо для безопасности деревни и чтобы дать ответ друзьям и семьям тех, кого убил Орочимару. А убил он многих: генинов, чунинов, бойцов АНБУ и даже джоунинов. Всё это я понимаю...
Но...
Последние слова застряли у неё в горле, превратившись в острый ком, который подступил к глазам. Взгляд мгновенно затуманился, и горячие слёзы, которых она не ожидала, хлынули из глаз, скатываясь по щекам. Капля за каплей, они падали на покрытый тонким слоем пыли тёмный стол, оставляя маленькие тёмные пятна. Она резко уперлась лбом в холодную столешницу, не желая, чтобы он видел её в таком жалком состоянии.
Шуршание пера по бумаге прекратилось. В комнате слышались лишь сдавленные, тихие всхлипы.
Тёплая, немного мозолистая рука мягко легла на растрёпанные тёмно-фиолетовые волосы Анко. Никаких лишних слов, лишь тепло, передававшееся через ладонь.
Тело Анко резко застыло. Сдавленные всхлипы, казалось, на мгновение прекратились, а затем хлынули с новой силой. Она не подняла головы, лишь ещё глубже уткнулась лбом в свои руки, словно раненый зверёк, наконец нашедший убежище.
Рука Сюдзи так и осталась лежать на её голове, ощущая лёгкую дрожь.
На следующий день
Утренний свет, пробиваясь сквозь облака, озарил ремонтируемое поместье семьи Васаби. За ночь с земли убрали все следы крови, и даже густой запах железа в воздухе стал намного слабее. Суетливые фигуры рабочих и звуки ремонта говорили о том, что семья изо всех сил пыталась оправиться от удара.
Шизуне металась между ранеными. Её правая рука была обмотана толстым слоем бинтов, но движения оставались ловкими. Она как раз сосредоточенно обрабатывала сложную рану тяжелораненого охранника. Увидев подошедших Сюдзи и Анко, она лишь торопливо кивнула и тут же снова погрузилась в работу.
Итачи поместили в особенно тихой комнате в глубине поместья. Солнечный свет, проникая сквозь бумажные двери, мягко ложился на пол. Мальчик сидел, прислонившись к мягкой подушке у окна. Его лицо всё ещё было бледным, но взгляд — ясным, а дыхание — ровным. Было очевидно, что он вне опасности.
Принцесса Цунаде сидела рядом с ним.
— Всего лишь остатки чужеродной чакры, смешанной с природной энергией. Проникли в чакроканалы, так что пришлось повозиться, — Цунаде подняла стоявшую рядом чашку. — Но сейчас всё полностью вычищено.
— Благодарю вас за беспокойство.
http://tl.rulate.ru/book/146859/8153496
Готово:
