Глава 105. Реванш
Дана Уайт сидел в своем кабинете на верхнем этаже штаб-квартиры UFC. Его пальцы нервно барабанили по дорогому столу из красного дерева.
За панорамным окном неоновые огни Лас-Вегаса, словно текущая лава, сияли и шумели, но в этот момент не могли вызвать у него ни малейшего восторга.
В его голове без конца крутились два имени — Сунь Шэн и Конор Макгрегор.
Один — пугающе хладнокровный восточный император, способный принести ему неиссякаемые, огромные дивиденды с нового, восточного рынка.
Он был силен, дисциплинирован, идеален, как точная военная машина, но его единственный недостаток — он был слишком своеволен, его было слишком трудно контролировать.
Другой — дерзкий, неукротимый ирландский псих, ходячая бомба хайпа.
Он мог одним лишь языком зажечь весь мир, довести коммерческую ценность до предела.
Но его неконтролируемость была как обоюдоострый меч, который в любой момент мог ранить и сам UFC.
История о тройном чемпионстве, конечно, была великой, но величие требует времени, чтобы устояться и созреть.
А месть Конора — это была самая прямая, самая грубая, способная заставить тех кровопийц с Уолл-стрит тут же испытать оргазм, дойная корова.
…
Дзынь-дзынь…
Зазвонил внутренний телефон. Это был вице-президент по матчмейкингу Шон Шелби.
— Босс, Изабелла Росси перезвонила, — голос Шелби был немного безнадежным. — Сунь Шэн… отказался.
— Отказался? — брови Даны Уайта сошлись в узел. По его расчетам, никто не мог отказаться от такого, почти «дьявольского», предложения.
— Да, — продолжал Шелби, — Изабелла передала слова Сунь Шэна дословно: «Цель чемпиона — творить историю, а не играть в бессмысленную коммерческую игру с уже легко им нокаутированным неудачником.
В его расписании, следующее имя, может быть только одно — чемпион в полусреднем весе, Тайрон Вудли».
— Коммерческая игра? — услышав эти слова, Дана Уайт от злости рассмеялся. Его лысина в свете ламп отражала холодный свет. — Скажи ему! UFC — это и есть чертова коммерческая игра! А я — тот, кто устанавливает правила!
Однако молчание на том конце провода быстро его остудило.
Он понял, что времена изменились.
Нынешний Сунь Шэн был уже не той пешкой, которой можно было управлять с помощью контракта на несколько сотен тысяч долларов.
Он держал в руках два золотых пояса, занимал первое место в рейтинге P4P, а за его спиной стоял восточный гигант под названием «Pangu Capital» и огромный рынок с населением в 1,4 миллиардов человек.
Он вырос в супер-игрока, который имел право сесть за игорный стол и на равных играть с ним, с крупье.
…
Пока эта закулисная игра зашла в тупик, внезапное, полностью вышедшее из-под контроля, безумие, нарушило всякий баланс и толкнуло ситуацию в бездну, из которой уже не было возврата.
…
Дублин, Ирландия.
В частном тренировочном зале Конора Макгрегора витал едкий запах смеси виски и пота.
Когда он от своего агента узнал, что Сунь Шэн с презрением отказался от реванша с ним, и даже назвал этот долгожданный поединок «бессмысленной коммерческой игрой», его и без того искалеченное поражением и сжигаемое огнем зависти, самолюбие, окончательно рухнуло.
«Коммерческая игра? Неудачник?» — тихо повторял он эти слова. В его налитых кровью глазах горел адский огонь. Он чувствовал, как всю его гордость, все его достоинство, тот восточный парень, небрежно, растоптал, раздавил в порошок.
Алкоголь окончательно поджег последний фитиль «рассудка» в его голове.
Он резко открыл телефон, включил функцию прямого эфира в социальных сетях.
На глазах у сотен тысяч онлайн-зрителей, полностью потерявший самообладание Конор, совершил самый глупый и самый непростительный поступок в своей карьере.
Он откуда-то достал яркий пятизвездочный красный флаг. Этот яркий красный цвет в его прямом эфире выглядел особенно вызывающе.
Он, с презрительной усмешкой, бросил этот флаг на холодный пол зала.
А затем, он поднял ногу и, своими дорогими кожаными туфлями от Gucci, со всей силы, раз, два, начал топтать, давить его.
Чат прямого эфира мгновенно взорвался. Бесчисленные «WTF» и испуганные смайлики заполнили экран.
Но этого было мало. Он наклонился и, схаркнув смешанную с виски слюну, со всей силы плюнул в центр этого флага.
— Вот что будет с тобой и с твоей страной! — он поднял голову, его лицо было искажено от ярости, и, обращаясь к камере, с почти безумным тоном, проревел. — Боишься драться? Сунь! Ты — просто трус! Желторожий трус, который только и умеет, что прятаться за спинами женщин!
…
Это видео, словно взорвавшая национальные чувства ядерная бомба, мгновенно пронеслось по сети, взорвав мировой общественный резонанс!
Особенно это вызвало гнев всех китайских фанатов и эмигрантов!
«Черт! Этот ублюдок Конор! Ему конец!»
«UFC должна дать объяснения! Сунь Шэн! Убей его! Умоляю, убей его!»
«Я, блин, в жизни так не злился! Если Сунь Шэн не отправит его на пенсию, я съем дерьмо стоя на руках!»
Бесчисленные гневные комментарии, словно прилив, хлынули на официальные страницы Сунь Шэна и UFC в социальных сетях. Слова были резкими, народ был в ярости.
Их требование было одно — пусть Сунь Шэн надерет задницу этому наглому ирландскому ублюдку и прославит свою страну!
#КонорОскорбилФлаг# #СуньШэнДолженПринятьБой# — эти два хэштега за несколько часов вышли в топ мирового твиттера и китайского Weibo, с красным значком «взрыв».
Серьезность инцидента дошла даже до Министерства иностранных дел.
На следующий день, на плановой пресс-конференции, в ответ на вопросы отечественных и зарубежных журналистов, представитель выразил «серьезную озабоченность и решительное осуждение» и потребовал, чтобы «соответствующие спортивные организации и спортсмены принесли извинения».
…
Дана Уайт, глядя на свой телефон, на котором без конца всплывали гневные запросы от китайских партнеров, почувствовал, как у него раскалывается голова.
Он знал, что ситуация полностью вышла из-под контроля. Эта огромная волна общественного мнения почти уничтожила все многолетние усилия UFC на китайском рынке.
Он снова экстренно связался с Сунь Шэном. На этот раз его тон был уже не деловым, а почти умоляющим.
…
Сан-Хосе, зал АКА.
Сунь Шэн только что закончил высокоинтенсивный спарринг. Он смотрел на то, что без конца пересылали, видео. На его лице не было никаких эмоций, но воздух в зале, казалось, от исходившей от него ледяной жажды убийства, похолодел на несколько градусов.
Он знал, что этот бой он должен принять.
Это был уже не личный выбор, не вопрос коммерческой выгоды, и даже не вопрос чемпионского пояса.
Это был вопрос достоинства страны и неприкосновенной черты нации.
…
После экстренного и бурного обсуждения внутри команды, Сунь Шэн, в конце концов, уступил. Но он, через Изабеллу, выдвинул Дане Уайту три обязательных, почти «неравноправных», жестких условия:
«Во-первых, — голос Изабеллы через громкую связь, в кабинете Даны Уайта, звучал холодно и решительно, — этот бой должен быть защитой титула чемпиона в легком весе. Конор может выйти только в качестве претендента».
«Во-вторых, независимо от исхода этого боя, UFC должна в письменном контракте гарантировать, что следующий бой Сунь Шэна будет за титул чемпиона в полусреднем весе. Это его право, и оно не обсуждается».
«В-третьих, и самое важное, — тон Изабеллы стал еще жестче, — Конор Макгрегор должен на предматчевой пресс-конференции UFC 205, перед всеми мировыми СМИ, за свой гнусный поступок с оскорблением флага, принести официальные, публичные извинения всему китайскому народу! В противном случае, Сунь Шэн скорее лишится пояса, чем выйдет на бой!»
Дана Уайт, выслушав эти три условия, долго молчал.
Он знал, что у него больше нет пространства для торга. Либо согласиться, либо смотреть, как UFC будет разорвана на куски этой бурей.
— Хорошо… я согласен, — выдавил он сквозь зубы.
http://tl.rulate.ru/book/146858/8317245
Готово:
