Однако что-то в этой картине заставило Лю Юнняня недовольно нахмуриться. Он ещё раз осторожно выглянул из-за дверного косяка, убеждаясь, что сон девушки действительно глубок и непробуден. Затем, затаив дыхание, он на цыпочках прокрался к её кровати, остановившись рядом с беззащитным телом, облачённым лишь в тончайший шёлковый пеньюар.
От неё исходил едва уловимый, сладковатый аромат, который щекотал его ноздри. Лунный свет, пробивавшийся сквозь неплотно задёрнутые шторы, серебрил её кожу, позволяя рассмотреть в деталях её безупречно красивое лицо и соблазнительные изгибы тела, настолько упругие и сочные, что, казалось, брызнут соком от одного прикосновения.
Наконец, его рука медленно, почти нерешительно, потянулась к краю тонкого одеяла. Он осторожно приподнял его, а затем, с той же мучительной медлительностью, начал тянуть вверх, пока белоснежная ткань полностью не накрыла голову спящей Вэй Сыци.
С чувством глубокого, почти детского удовлетворения Лю Юннянь развернулся и покинул спальню.
Бесшумно прикрыв за собой дверь, он вернулся в гостиную и, не раздеваясь, рухнул на длинный трёхместный диван.
Он заснул почти мгновенно, провалившись в глубокий, целительный сон.
Этот день вымотал его до предела. Особенно изнурительным оказалось сочетание фруктового желе и шипучей карамели. Убийственная комбинация. Поясница до сих пор отзывалась тупой, ноющей болью.
На следующее утро Лю Юннянь проснулся на рассвете, задолго до того, как городские улицы наполнились шумом. Он успел привести себя в порядок и даже выпить чашку кофе, когда из спальни, пошатываясь, появилась Вэй Сыци. Её глаза, опухшие от слёз и долгого сна, были затуманены, взгляд — расфокусирован. Увидев его в гостиной, она вздрогнула от неожиданности, словно наткнулась на призрака.
Не успела она даже умыться, как её телефон пронзительно запищал, оповещая о новом сообщении. Лицо девушки мгновенно исказилось гримасой ужаса.
— Лю... старший брат Лю, они... они написали, — её голос дрожал, превращаясь в едва слышный шёпот.
— И что же они пишут? — спокойно, почти лениво поинтересовался он, не отрываясь от своего кофе.
— Они велели мне немедленно идти в сквер в центре города. Иначе... иначе они опубликуют мои фотографии в интернете... — пролепетала она, её глаза наполнились свежими слезами.
Услышав это, Лю Юннянь едва удержался от смешка. «Опубликуют в интернете... — подумал он. — Да у меня в телефоне тоже есть твои фотографии, и куда более интересные. Почему все так помешались на твоих снимках?»
— Что ж, тогда тебе лучше поскорее собраться, — сказал он вслух, отставляя чашку.
Вскоре они покинули отель. Припарковав машину у обочины, они направились к центральному скверу. Часы показывали восемь утра. Утренняя суета уже спадала: пенсионеры, закончившие свою ежедневную гимнастику, потихоньку расходились по домам, и парк постепенно пустел, погружаясь в тишину, нарушаемую лишь щебетом птиц.
— Вон они! — внезапно воскликнула Вэй Сыци, её палец указал на группу из четырёх или пяти молодых людей, развязно развалившихся у цветочной клумбы. Их вид не оставлял сомнений — типичные уличные хулиганы, мелкие сошки криминального мира.
— Ну что, Вэй Сыци? Готова вернуть должок? — к ним, покачиваясь и кривляясь, подошёл один из них. Мокасины на босу ногу, кричащие татуировки на обеих руках и нелепая, огромная серьга в ухе — весь его облик кричал о принадлежности к низшей касте уличной шпаны. — А если денег нет, можем оформить новый займ. С процентиками, как ты любишь.
— Хай-гэ, сегодня я не буду ничего брать, — тихо, но твёрдо ответила девушка.
— Не будешь? Вот и славно! Значит, просто вернёшь деньги, — ухмыльнулся тот. — С тебя пять миллионов сто двадцать три тысячи четыреста девяносто пять юаней. Ровно.
Хай-гэ произнёс эту сумму с особым, садистским удовольствием. Он с нетерпением ждал, когда эта маленькая дурочка начнёт рыдать и умолять, ведь откуда у студентки могут быть такие деньги? Займ уже раздулся до предела, пришло время собирать урожай — или, скорее, забирать саму должницу в рабство.
— Я... у меня нет таких денег! — её голос сорвался. — Я брала у вас всего пять тысяч! Я уже вернула вам почти двести тысяч, разве этого мало?!
— Эй, ты чего? — картинно возмутился Хай-гэ. — У нас всё по-честному, каждая копейка под расписку. Ты нам должна больше пяти миллионов, и точка. Но если совсем туго, могу предложить тебе работёнку. Будешь потихоньку отрабатывать. Ты ведь молодая, фигуристая, мордашка симпатичная. Справишься.
Его взгляд стал липким и маслянистым. Он бесцеремонно оглядывал Вэй Сыци с ног до головы, словно мясник, оценивающий товар. От этого неприкрытого, хищного взгляда девушка в ужасе отшатнулась назад, пытаясь спрятаться за широкой спиной Лю Юнняня.
В этот момент Лю Юннянь понял, что представление пора заканчивать. Он бы с удовольствием ещё понаблюдал за этим цирком — вид перепуганной до смерти девчонки доставлял ему определённое эстетическое удовольствие, — но ситуация требовала вмешательства.
— Эй, вы, — его голос прозвучал спокойно, но в нём слышались стальные нотки. — Ваши «студенческие займы» — это незаконно. Она имеет полное право вам не платить. Закон не на вашей стороне, даже если вы сунетесь в суд, то проиграете.
— Ни хрена себе! Ты ещё кто такой, умник? — взвился Хай-гэ, его лицо исказилось от ярости. — Какая сука сегодня ширинку не застегнула, что ты оттуда вывалился? Тебя это вообще не касается! Ты ей кто?
Его голос сорвался на визг. Услышав перепалку, остальные хулиганы тут же подошли ближе, медленно, но верно сжимая кольцо вокруг Лю Юнняня и Вэй Сыци. Атмосфера накалилась до предела, казалось, ещё одно слово — и драки не избежать.
— Совершенно верно. Долги нужно возвращать. Так было заведено испокон веков, — раздался рядом елейный, полный фальши голос.
Из-за деревьев вышел ещё один «стильный» молодой человек с копной крашеных жёлтых волос.
Это был не кто иной, как Ли Бинь.
— Ли-шао! Ли-шао, вы уже здесь! Посмотрите, это они? — Хай-гэ мгновенно согнулся в подобострастном поклоне, его былая спесь испарилась без следа.
— Они самые! Ха-ха-ха! — злорадно рассмеялся Ли Бинь. — Ну что, попались, голубки? Пять миллионов, и ни фэнем меньше! Если не вернёте сегодня же, я вызываю полицию, и вас обоих упекут за решётку!
Он победоносно потряс своим смартфоном, его лицо светилось от предвкушения мести. Он примчался сюда, чтобы поквитаться за вчерашнее унижение. Те две пощёчины горели на его щеках огнём, и эту обиду нужно было смыть.
— Ли Бинь? Это ты, щенок? — Лю Юннянь мгновенно узнал желтоволосого мажора.
Рядом с ним Вэй Сыци съёжилась, превратившись в перепуганного до смерти перепела. Она спряталась за его спиной, мёртвой хваткой вцепившись в рукав его рубашки, не в силах вымолвить ни слова.
— Ха-ха, а что поделать? — издевательски протянул Ли Бинь. — Её займ оформлен на моего кореша. А раз она должна моему корешу, значит, должна мне. Я пришёл за своим, что в этом такого?
Ли Бинь был абсолютно уверен в своей победе. Сегодняшняя обстановка кардинально отличалась от вчерашней. Вчера была тёмная, безлюдная ночь. А сегодня — ясный день, вокруг полно народу, вон, целая толпа пенсионеров занимается танцами на площади. Он был уверен, что в такой обстановке Лю Юннянь не посмеет и пальцем его тронуть. А даже если и посмеет, его дядя уже обо всём договорился. Неподалёку, за углом, дежурят две патрульные машины. Один звонок — и этого выскочку упекут в обезьянник. План был безупречен.
— Нет проблем, — неожиданно произнёс Лю Юннянь. — Её долг я оплачу.
Он ободряюще похлопал по руке дрожащую Вэй Сыци. От его слов воцарилась гробовая тишина.
— Да ты гонишь, парень! — первым опомнился Хай-гэ. — Ты хоть понял, о какой сумме речь? Пять миллионов, а не пятьсот юаней!
Он смерил Лю Юнняня презрительным взглядом. Этот просто одетый парень никак не походил на человека, способного выложить такую сумму. Хай-гэ ведь не видел, что приехал он на «Роллс-Ройсе».
— Держи!
С глухим, тяжёлым стуком к ногам Хай-гэ упал массивный рюкзак.
Это была заготовка, которую Лю Юннянь прихватил из своего магазина прошлой ночью.
— Вы ведь коллекторы. Золото, я полагаю, тоже принимаете?
— Золото? Конечно, принимаем! Ты хочешь сказать, что в этом рюкзаке... золото? — на автомате ответил Хай-гэ. Это была профессиональная привычка.
Ли Бинь попытался его остановить, но было поздно. Он пришёл сюда не за деньгами, а чтобы унизить Лю Юнняня. Но раз уж Хай-гэ согласился, отказываться было глупо. К тому же, он и сам не верил, что у этого оборванца может быть с собой золото на пять миллионов.
http://tl.rulate.ru/book/146759/8069326
rio_rita (читатель/культиватор основы ци)
25 марта 2026 в 14:59
0
Готово:
