Рон шокировано уставился на неё. Он точно будет рассказывать эту историю своей семье каждый день. Гарри, наоборот, оценивающе оглядел МакГонагалл и кивнул. Гермиона тоже кивнула, хотя и не думала, что заслужила подобных извинений. Она-то провела почти всю ночь, отговаривая Гарри от влезания в опасности и других «гриффиндорских» вещей.
— И, мистер Уизли, — добавила профессор МакГонагалл уже стоя у двери.
Рон испуганно выдохнул:
— Да, профессор?
— Я требую реванша.
Рон нервно рассмеялся.
МакГонагалл ушла, и Гермиона переставила своё кресло к кроватям Гарри и профессора Вектор, не очень заинтересованная в покидании Больничного Крыла. Она была опустошена, и оставаться наедине со своими мыслями было просто страшно. Она чувствовала себя… странно неправильно. Гермиона не была уверена, должна ли сейчас заплакать или нет. Он плакала гораздо больше из-за куда более мелких проблем, но не была уверена, что сейчас время сравнивать. Часть неё хотела разрыдаться просто по инерции, но ничего не получалось. Слёзы не текли. Она просто чувствовала это ужасное ощущение в груди, прямо за ребрами. Всё, о чём она могла думать, — как сильно не хочет об этом думать.
Мне всего двенадцать!
Понадобилась минута, чтобы она подняла глаза, увидела, что все смотрят на неё, и поняла, что выкрикнула это вслух.
— Простите, — пропищала она. Боже, она, наверное, до пяток покраснела.
— Не нужно, Гермиона, — сказала профессор Вектор. — Эту мысль легко понять. — Она с трудом села, чтобы оказаться лицом к лицу с ней.
— Я просто… Как так получилось?.. — выпалила Гермиона. — Как?.. — выдохнула она и наконец-то разрыдалась.
Она не беспокоилась о странно застеснявшемся Роне или о выражении дискомфорта на лице Гарри. Они были так же уязвлены произошедшим, как и она, но они были мальчишками и переживали всё по-своему. Она беспокоилась только о тяжелой руке, которая нежно поглаживала её по плечу. Она практически подпрыгнула от первого прикосновения и врезалась прямо в женщину, которая застонала от боли, но не дала ей отодвинуться и только крепче обняла. Так что Гермиона ещё какое-то время проплакала ей в плечо.
— Мне очень жаль, Гермиона, — мягко сказала тогда Вектор. — Ты никогда не должна была попасть в такую ситуацию. Если бы мы выполнили свою работу лучше, то этого бы не случилось. Но иногда вещи просто случаются, и ты не можешь от этого уклониться. Поверь, я знаю. Я жила в те дни, когда вещи вокруг были в десятки раз хуже. Я видела, как множество детей ранила война, и потеряла многих друзей. Едва ли найдётся кто-то, кто тогда не пострадал… Смотри, я не пытаюсь сказать, что пережить произошедшее легко, но подумай на эту тему. Ты гораздо сильнее, чем думаешь, Гермиона. Гораздо, — повторила она, увидев, как девочка пытается отрицательно закачать головой. — Нужно быть истинным гриффиндорцем, чтобы решиться на всё то, что ты сделала прошлой ночью.
Гермиона покачала головой и подняла глаза.
— Я просто не хотела, чтобы Гарри ранили, — девочка хлюпнула носом. — Я сделала только то, что должна была сделать.
— Ну-ну, я знаю, что ты очень умна и подумала головой, Гермиона, — слабо улыбнулась Вектор. — Это настоящее значение храбрости Гриффиндора — сделать то, что ты должен сделать, даже если тебе страшно. Думаешь, любой первокурсник не струсил бы на той доске? Мне больно признавать, но большинство моих софакультетников решили бы, что слишком рискованно даже просто выходить из общежитий в неположенное время, — «не то что атаковать Сами-Знаете-Кого» осталось несказанным. — Распределяющая Шляпа отправила тебя на Гриффиндор не просто так, и ты это доказала. Да, потребуется время, но у тебя есть друзья и семья, которые тебе помогут.
Гермиона вздрогнула и попыталась расслабиться. Ком в груди начал понемногу таять. Но тогда она поняла, что есть ещё одна причина для тревоги:
— Профессор… Но что мне рассказать моим родителям? — сказала она, возвращаясь на свой стул.
— Ты хочешь рассказать родителям? — закричал Рон через всю комнату. — Ты чокнулась? Я им ни словечка не скажу!
— Думаю, вам стоит, мистер Уизли, — сказала Вектор. — Как бы Директор ни хотел сохранить всё в секрете, но слухи уже поползли. Думаю, ваши родители предпочтут узнать всё от вас, а не от кого-то другого.
Рон замолчал и обречённо уставился в потолок.
— Я… я не хочу их обманывать, — продолжила Гермиона. — И я сказала им, что не буду ничего скрывать, но это… Они уже сильно напугались после случая с троллем. Я думаю, они правда захотят перевести меня в другую школу.
— Ну… я уже рассказала тебе о своём мнении в Хэллоуин, — ответила Септима. — И предупреждаю, твоих родителей оповестят о гибели профессора Квирелла по стандартной форме, хотя и не раскроют степени твоей вовлечённости в инцидент. К сожалению, Квирелл не первый профессор Защиты, который погибает на моей памяти. Многие верят, что эта должность проклята. Твои родители так и так потребуют объяснений.
Гермиона тяжело выдохнула:
— Это будет просто прекрасное письмо, — сказала она с сарказмом в голосе. — Дорогие Мама и Папа, помните, как я сказала, что никаких злых психопатов, которые хотят всех убить, в школе нет?
Вектор чуть-чуть улыбнулась, но сдержала смех.
— Если хочешь, то я готова поговорить с твоими родителями. На самом деле, наверное, будет лучше, если ты не расскажешь ничего подробно в письме и расскажешь всё при встрече. Я лично поговорю с ними после конца семестра и расскажу полную историю.
Гермиона распахнула глаза:
— Вы правда готовы сделать для меня такое, профессор?
— Это и гораздо больше, Гермиона. Сказать честно, я не представляю, что может создать разум, подобный твоему, но точно не хочу упускать возможности посмотреть.
Гермиона снова обняла учительницу:
— Спасибо! Спасибо, профессор! Я не представляю, что бы я без вас делала.
— О, уверена, ты бы справилась.
***
Гермиона рассказала гриффиндоркам события прошлой ночи — ровно настолько, насколько была готова. Даже этого было достаточно, чтобы девочки завизжали от страха и сочувственно заахали на самых страшных моментах. Некоторым девочкам было тяжело даже слышать о смерти учителя: страшно было даже подумать, каково им было бы увидеть это лично.
Она послушно пришла на финальный матч по квиддичу на следующий день. Гарри всё ещё не пришёл в себя после инцидента с Квиреллом, но полёты, кажется, действительно были единственной вещью, которая приносила ему удовольствие, так что она не собиралась отнимать это у него. Это была тяжелая игра. Охотники Равенкло надирали Гриффиндору задницу, но Гарри поймал снитч достаточно быстро, чтобы Гриффиндор победил.
В ту ночь в общей комнате была большая вечеринка. После всех проблем Гриффиндор таки смог вырвать Квиддичный Кубок впервые за шесть лет. А если они удержат своё преимущество в десять баллов ещё два дня, то выиграют Кубок Хогвартса впервые за семь лет. Так что вечеринка по поводу конца учебного года была с размахом.
Гермиона старалась насладиться вечеринкой: друзья подкалывали её из-за баллов весь год, но теперь это не казалось таким важным, как в самом начале учёбы. Говоря честно, она всё ещё как будто оцепенела после их приключения. Хотя Рон, кажется, справлялся неплохо. (Гарри было слишком сложно прочитать.) Она проводила много времени с профессором Вектор, обсуждая алгебру, арифмантику и просто жизнь в целом. В конце концов, профессор была права: да, это будет непросто, и да, это займет время, но ей станет лучше.
http://tl.rulate.ru/book/146368/8095732
Готово:
