— Господин Юй, вы ещё не спросили, сколько мы платим управляющему.
Юй Чживэй улыбнулся:
— Вы сами решите. Я без опыта, и вы согласились меня взять. Я уже доволен.
Госпожа Сунь и Синь Юэ не собирались его обделять. После подсчёта доходов за прошлый месяц госпожа Сунь предложила, чтобы Синь Юэ, как управляющая, тоже получала долю прибыли. Синь Юэ согласилась, решив, что их труд тоже должен учитываться в расходах.
Госпожа Сунь сама должна была получать зарплату как вышивальщица, и её доля составила почти десять лян. После вычета её доли прибыль магазина составила более восьмидесяти лян. Госпожа Сунь выделила Синь Юэ более восьми лян как её долю.
Госпожа Сунь не делала этого только потому, что Синь Юэ была её дочерью. Она считала, что управляющий заслуживает такой доли. Теперь она прямо сказала Юй Чживэю:
— Наши вышивальщицы получают одну десятую от стоимости проданных товаров. Управляющий получает одну десятую от общей прибыли за месяц. Чем больше прибыль, тем больше вы получите.
Юй Чживэй был в восторге. Он уже узнавал у брокера, что управляющие в маленьких магазинах обычно получают около одного ляна в месяц. В больших магазинах, помимо зарплата, управляющие могли получать долю прибыли, зарабатывая десятки или даже сотни лян в год.
Он ожидал, что станет управляющим в маленьком магазине, но Цзиньсюй-гэ предложил такую щедрую зарплату. Только за несколько дней он продал сумок на три ляна. Прибыль магазина, должно быть, была значительной, и одна десятая от неё явно превышала один лян.
Юй Чживэй ушёл с сияющим лицом. Он решил сразу же сообщить родителям, что нашёл хорошую работу. Он обязательно сделает новый магазин процветающим, и родители увидят, на что он способен.
Госпожа Сунь собиралась вернуться наверх, чтобы продолжить работу над заказами, но Синь Юэ остановила её с улыбкой:
— Мама, угадай, сколько кукол купила госпожа Хэ?
Госпожа Сунь, играя с дочерью, подумала, что, судя по словам мужа, семья господина Хэ была большой. Она предположила:
— Двадцать?
Синь Юэ удивилась, но, услышав, что речь идёт о штуках, а не о наборах, успокоилась:
— Мама, ты почти угадала, но не двадцать, а двадцать наборов!
— Двадцать наборов! — госпожа Сунь повысила голос от удивления, но сразу же понизила его: — Ещё шестьдесят лян?
Синь Юэ кивнула, достала из ящика серебряные векселя и показала их маме:
— Вместе с платьем на заказ всего семьдесят лян. Госпожа Хэ сразу заплатила полную сумму.
Госпожа Сунь впервые видела такие крупные векселя. Она долго их рассматривала, словно в трансе:
— Теперь у нас есть деньги на дом?
В прошлом месяце, после вычета всех долей, прибыль магазина составила более семидесяти лян. Госпожа Сунь оставила тридцать с лишним лян на закупку товаров, а остальные сорок лян планировала отложить на покупку дома.
Она думала, что придётся ждать несколько месяцев, но, судя по всему, в этом месяце прибыль будет ещё больше, и они смогут купить дом.
Синь Юэ тоже была в восторге:
— После подсчёта в следующем месяце денег на дом точно хватит.
Госпожа Сунь положила векселя обратно в ящик и, словно получив заряд энергии, сказала:
— Я вернусь к вышиванию платья!
Она поднялась на второй этаж, где с радостью и усталостью продолжала вышивать, мысленно повторяя с каждым цветком: кирпичик для дома, черепица для дома.
Синь Юэ внизу с чистой радостью подсчитывала доходы. Неожиданно она обнаружила, что за несколько дней этого месяца выручка уже превысила сто лян.
Она положила счёты и похлопала себя по груди, внезапно почувствовав, что скоро станет богатой наследницей.
Закончив работу, госпожа Сунь специально оставила Чжуй Хуйнян и сказала ей:
— Хуйнян, когда закончишь весенние рубашки для семьи Ян, начнёшь учиться вышивке у меня.
Чжуй Хуйнян подумала, что учительница говорила о больших вышитых картинах, и радостно ответила:
— Хорошо, учитель.
Но она вспомнила, что заказы на платья расписаны на месяцы вперёд, и с недоумением спросила:
— Но у вас есть время на вышитые картины?
Госпожа Сунь поняла, что Чжуй Хуйнян неправильно её поняла, и улыбнулась:
— У меня нет времени на вышитые картины. Поэтому тебе нужно хорошо учиться, чтобы скорее взять на себя заказы на платья. Тогда у меня будет время заниматься вышитыми картинами.
Чжуй Хуйнян сначала не поняла, или, скорее, не могла поверить. На её лице сменялись эмоции: шок, радость, возбуждение, сомнение. В конце концов её лицо отражало неописуемую смесь чувств.
Чжуй Хуйнян открыла рот, чтобы сказать что-то, но её голос дрожал.
Она сжимала край своей одежды, пытаясь справиться с волнением, но даже её руки слегка дрожали.
Наконец она произнесла сухим, чужим голосом:
— Учитель, вы хотите научить меня тем уникальным техникам вышивки?
Госпожа Сунь, видя её реакцию, вспомнила себя, когда тайно копировала техники своей матери. Её сердце сжалось от горечи. Она взяла дрожащие руки Чжуй Хуйнян, словно держала себя в прошлом, и тихо сказала:
— Да, я научу тебя уникальным техникам. Ты станешь моей настоящей преемницей.
Сердце Чжуй Хуйнян, бившееся как барабан, наконец успокоилось. Она подняла глаза на учительницу, её глаза покраснели. Она пыталась улыбнуться, но слёзы потекли раньше. В конце концов она плакала, но улыбалась:
— Учитель, спасибо вам. Я никогда не смогу отплатить вам за вашу доброту. Если я когда-нибудь предам вас, пусть меня поразит молния.
С этими словами она опустилась на колени и поклонилась госпоже Сунь.
Госпожа Сунь поспешно подняла её, достала платок и вытерла её слёзы. Но как только она вытирала, Чжуй Хуйнян плакала ещё больше. В конце концов Чжуй Хуйнян закрыла глаза руками и разрыдалась:
— Учитель, не обращайте на меня внимания. Дайте мне поплакать. Я слишком взволнована, чтобы сдержаться.
Синь Юэ наблюдала за этим, чувствуя одновременно умиление и смех. Хотя её старшая сестра уже была замужем, ей ещё не было двадцати лет. Она всё ещё была ребёнком.
Они не стали больше вытирать её слёзы, а просто сидели рядом, ожидая, пока она успокоится.
Через некоторое время Чжуй Хуйнян перестала плакать, достала свой платок, вытерла лицо, глубоко вздохнула и смущённо сказала:
http://tl.rulate.ru/book/146283/7940762
Готово:
