— Ничего, кроме обычной скучной бумажной работы. — Центурион усмехнулся, потянувшись вниз и подняв ящик, наполненный свитками и бланками. — В конце концов, вы просили меня принести столько, сколько я смогу унести.
— Я мог бы использовать эту ночь, чтобы наверстать упущенное за те недели, что меня не было. — Саске подтащил ящик к своей стороне стола, заметив этикетки на каждом из них. — Как вели себя Трибуны? Есть ли проблемы, которые мне придётся решать по возвращении? — Он схватил самый старый свиток и сломал печать.
— Проблем больше, чем вам хотелось бы. — Центурион утратил весь свой юмор. — С моей позиции в Шестой Когорте я многое слышал о том, что происходило в башне с тех пор, как вы ушли. — Центурион привлёк всё внимание Легата. — Очень хорошо. Я начну с того, что знаю наверняка. Слухи я поделюсь с вами позже.
Учиха устроился поудобнее, чтобы выслушать каждое слово.
— Трибуны достаточно хорошо вжились в свои роли. Они во многом такие же, как когда вы ушли. Они работают в башне, а затем докладывают всё, что видят, тому, кто ими командует. За исключением Трибуна Хьюга, конечно. Мы не знаем наверняка, кто, но Преторианцы продолжат расследование по приказу Префекта лагеря. Что касается проблем? Их быть не должно. Я посещал башню лишь несколько раз с вашего отъезда, но Префект лагеря заверил Примипилов, что ситуация под полным контролем. — Центурион заметил взгляд Легата, его ясный приказ продолжать. — Ни Примипил Второй, ни Четвёртой Когорты не присутствовали на встрече. Первый продолжает следовать за Цезарем по пятам, Третий остаётся сосредоточенным на строительстве великого флота Цезаря, у Пятой нет никаких обязанностей, кроме тренировок и восстановления, Седьмая и Восьмая… снова дисциплинированы, а Девятая и Десятая продолжают выполнять свои обязанности.
— А Шестая? Твоя собственная Центурия?
— Шестая Когорта, конечно, занята здесь и по всей Стране Огня. В последний раз, когда я с ним говорил, Примипил жаловался, что у него нет более интересных заданий для нас, Центурионов, но мы не можем спорить с этим шансом восстановить нашу собственную силу. Наши потери были гораздо меньше, чем у Пятой, но мы не вышли из вторжения невредимыми. Моя собственная Центурия работает так хорошо, как я и надеялся, мои Легионеры жаждут шанса проявить себя, но им не хватает возможности. Я бы предоставил им её, если бы мог, но они достаточно понимают, чтобы быть терпеливыми.
Центурион встретился с красно-чёрными глазами Легата.
— Мне перейти к слухам?
— Пока нет. — Учиха полностью отодвинул ящик, опустив его рядом с собой. — Мы обсудим их в другой раз. — Легат достал достаточно отчётов, чтобы знать, о чём Центурион ему не говорил. В конце концов, они были не в самом безопасном месте. Шатёр, может, и охранялся, но ткань не заглушала их слов.
Тем не менее, то, что он просмотрел, его обеспокоило.
— День за днём, объясни мне, что происходило в моё отсутствие.
Центурион приготовился к долгому разговору при этих словах.
К тому времени, как первый час их разговора подошёл к концу, Легат потребовал бутылку. Она им понадобится, пока Центурион вспоминал всё, что знал о том, что произошло, пока Легат был вдали от башни.
Чем больше он говорил, тем больше Легат находил утешение в своей чаше.
Потребовалось более трёх часов, чтобы Центурион передал всё, что знал. Даже «слухи». К концу его времени разговора с Центурионом, двое прикончили первую из двух бутылок и начали работать над второй.
По мере того как ночь шла, остальная часть Отряда сопровождения даймё присоединилась к Асуме и Куренай у костра. Все они окружили угасающее пламя, образовав что-то вроде квадрата. Хана растянулась напротив бородатого джонина со своим трио нинкэнов вокруг неё, Ко сидел на бревне рядом с сыном Хокаге, Мута Абураме тихо сидел рядом с Ко, Гай сидел прямо напротив Муты и Ко, и даже Какаши присоединился к ним. Он сидел на бревне рядом с Ханой, лениво почёсывая одного из двух других братьев Хаймару за ушами, держа книгу в другой руке.
Первоначальная бутылка Асумы была прикончена к тому времени, как Какаши присоединился к ним, но шиноби были находчивы и умели решать проблемы. Даймё не заметит пропажи нескольких бутылок из своего огромного запаса, а горстка самураев всегда была готова обменять лишнюю бутылку на что-нибудь ещё.
— Он долго не возвращается. — Хана откинулась на одного из братьев Хаймару, положив голову на его мягкую шерсть. Одна рука поднялась и почесала его за ухом. Её напиток балансировал на бедре и грозил опрокинуться каждый раз, когда она двигалась. — Думаешь, мне стоит пойти за ним?
— С пацаном всё в порядке. — Асума наполнил свою чашу и чашу Ко, пока говорил. — Даже если и нет, у него за спиной целая армия.
— И разве не в этом корень всех наших проблем? Я даже не могу назвать их бесполезными, учитывая, как сильно деревня на них полагается. — Куренай протянула руку, и Гай с радостью передал ей бутылку, которую балансировал на голове. Она не обращала внимания на то, что именно он и Какаши говорили, но оба решили принять вызов.
Бутылка вернулась на голову Гая, как только она закончила.
— Мой старик по крайней мере использует их для чего-то хорошего. Деревня ещё никогда не получала столько прибыли от миссий. Мы на пути к тому, чтобы побить рекорд или два. — Асума сделал глубокий глоток. — Уверен, пацан будет этим хвастаться, когда вернётся.
— Его, похоже, не волнуют такие достижения. — Какаши перевернул страницу в своей книге, очень внимательно следя за тем, чтобы глаза теперь были устремлены на него. В конце концов, он в основном молчал, если не разговаривал с Гаем. Он не поднял взгляда. — Не говорите мне, что я единственный, кто помнит, что в его руках вся империя нашего покойного Гато? Деньги для него ничего не значат.
— Конечно, не значат. — Куренай прислонилась к Асуме со вздохом. — Он не может сделать ничего простого. Мы даже не можем его подкупить.
— Это определённо не сработает. — Какаши перелистнул на следующую страницу. — Даже если мы разрушим империю Гато, ему не нужны деньги, чтобы мотивировать свою армию.
— Эти его клоны и вправду нечто особенное. — Хана допила свой напиток, прежде чем заговорить, подняв чашу в руке, чтобы Какаши наполнил её из бутылки, небрежно покоившейся у него на голове. Она также привлекла внимание к тому, где расслабленно лежала на земле. Инузука рассмеялась, опустив наполненную чашу и сделав глоток. — Не смотрите на меня так. Мама была права. Они уморительны. Мне почти жаль, что я могу видеть всё это бесплатно.
http://tl.rulate.ru/book/146261/7970176
Готово:
