— Большую часть вчерашнего дня он не знал, что это произойдёт. — Ирука указал на свитки на своём столе. — Моё лучшее предположение — ни один из них не существовал до того, как он ушёл с того ужина, который у вас был вчера. Если бы они были, он бы раздал их там и тогда.
— И почему ты в этом так уверен? — Асума не сомневался в Ируке, но хотел услышать, что именно привело его к такому выводу.
— Если в нём что-то и осталось прежним, так это одно: Наруто любит эффектность. — Несмотря на себя, на лице Ируки появилась улыбка при бесчисленных воспоминаниях о блондине.
— НАРУТО! Спускайся оттуда!
— Но я ещё не закончил!
— Ты не можешь рисовать своё лицо на Академии, сопляк!
В ответ на лице блондина, забрызганном краской, появилась широкая улыбка. — Но я ведь только что это сделал!
От покрытия входа в Академию своим преувеличенным автопортретом до неоднократного вандализма на Монументе Хокаге, Наруто никогда не стремился не привлекать к себе внимание своими выходками, вызывая гнев и восхищение жителей деревни в равной мере тем, насколько дерзким он мог быть в некоторые дни.
От его крупных розыгрышей до мелких, которые он устраивал между ними, он редко позволял им видеть, как сильно их пренебрежение, их отказ признать джинчурики Кьюби, давили на него.
Они вызвали много его собственных воспоминаний, грозили утащить его в прошлое, если он не встряхнётся, не сосредоточится на ответах для шиноби вокруг него.
— По той же причине, по которой он начал устраивать розыгрыши после того, как жители деревни годами его игнорировали, — он хочет, чтобы все взгляды были прикованы к нему. Это моё лучшее предположение, почему он продолжает произносить эти речи, почему он ждал до самого вторжения, чтобы призвать свою армию: ему нравится внимание. Просто теперь ему всё равно, смотрят ли на него с восхищением, ненавистью или даже страхом. Важно лишь то, что на него смотрят. Если бы у него была возможность, он бы использовал тот ужин, который у вас был, чтобы раздать это своим ученикам. Тот факт, что он этого не сделал, говорит мне, что у него их не было при себе, когда вы там были, что это не было чем-то, что он спланировал до самого конца.
— Это натянуто, но… сходится. — Асума не мог этого отрицать. — Так что же произошло между его уходом и тем, как наши команды получили их этим утром?
— В этом я не совсем уверен. Возможно, он подумал об этом прямо перед тем, как покинуть деревню, хотел посмотреть, что произойдёт, пока его не будет. — Ирука снова посмотрел на свитки, на имена на них. — Может, всё это просто розыгрыш, садистский, но всё же розыгрыш.
— Зачем? Что он может из всего этого извлечь? — Асума требовал больше ответов, чтобы хоть что-то из этого имело смысл.
— Как я уже сказал, это может быть просто садистский розыгрыш, который он спланировал, что-то вроде вспышки вдохновения прошлой ночью, заставившей его всё это сделать. В конце концов, розыгрыш — это то, над чем смеётся шутник. Пока он находит это смешным, он будет это делать. То же самое применимо и здесь. Наруто, по какой-то причине, может просто находить всё это смешным. Судя по тому, что вы мне рассказали о его наблюдении по всей деревне, он мог всё это записать, чтобы посмотреть, когда вернётся с миссии с Джирайей-самой.
Единственный видимый глаз Какаши сузился.
«Розыгрыш? Всё это лишь ради розыгрыша?» Он почти мгновенно отбросил эту мысль, зная, что в ней мало или совсем нет смысла. Он не стал озвучивать это вслух, потому что был здесь не для спора, не хотел тратить на него своё ограниченное время. Ему нужно было сменить своего Теневого Клона, охраняющего даймё, рано или поздно, нужны были ответы или хотя бы что-то, что направило бы его на путь к ним, пока он тратил время на это задание. «Если бы всё это было просто розыгрышем, Саске был бы менее напряжён, не воспринимал бы всё это так серьёзно. По сравнению с тем, как он вёл себя до вторжения, эти двое не контролируют то, что сейчас происходит. К тому же, даже если бы это была просто шутка, он бы не стал тратить на неё время. Здесь кроется более глубокая причина».
— И ты в этом уверен? — Асума озвучил мысли Какаши, казалось, придя к тому же выводу, судя по недоверию в его голосе. — Он делает всё это ради шутки?
— Как я уже сказал, я могу лишь высказать своё лучшее предположение. Мы с Наруто не разговаривали уже несколько месяцев. — Говоря это, Ирука почувствовал новую волну стыда. Даже если он был занят в Академии, работал на Стойке распределения миссий, был поглощён хаосом подготовки к Экзамену на Чунина, был застигнут почти врасплох, прежде чем помочь отразить вторжение, — у него не было оправдания тому, что он так долго не разговаривал с блондином.
Даже со всеми его изменениями, даже со всем, что сделал блондин и что о нём говорили другие, он не должен был позволить хаосу жизни шиноби поглотить и отвлечь его на так долго.
— Моя информация более устаревшая, чем у большинства из вас. Я учил его до… всего этого. До того, как он украл Свиток, до того, как он создал эту армию. — Он взмахнул рукой, пытаясь охватить последние месяцы, последние недели, всё, что произошло с той ночи, когда Наруто украл Свиток Печатей в рамках заговора Мизуки. — Я могу высказать свои лучшие предположения о том, почему Наруто делает то или это, но я не знаю его так хорошо, как раньше. Со всеми этими изменениями, через которые он прошёл, когда он начал называть себя Цезарем, начал говорить, что он глава Империи.
— Может, ты хотя бы это объяснишь? — Куренай переглянулась с Асумой; красноглазая джонин сменила тему, но продолжила настаивать. — Откуда у него вообще взялась идея создать империю? Почему часть его армии уже несколько месяцев находится в Узушиогакуре?
http://tl.rulate.ru/book/146261/7969401
Готово:
