Хирузен Сарутоби не ждал с нетерпением своей следующей встречи, но она была необходимой. Он держал глав кланов в неведении дольше обычного с тех пор, как до его ушей дошли вести о вторжении, с тех пор, как эта катастрофа свалилась ему на плечи. Его действия, а точнее, бездействие по отношению к ним, вероятно, вызвало гнев большинства занимавших такие посты, пока он тушил другие пожары и был вынужден позволить одним гореть, чтобы усмирить другие.
Наруто и его армия. Вторжение, начатое Скрытым Песком и новым Скрытым Звуком. Присутствие Орочимару в деревне. Шпионская сеть, которую ему ещё предстояло ликвидировать. Планы сражений, которые ему всё ещё нужно было просмотреть и пересмотреть. Само существование деревни Скрытого Песка. Даймё, всё ещё потрясённый своим недолгим пленением Казекаге. Эти и другие проблемы отвлекли его внимание от них, от каких-либо дел с главами кланов в последние несколько дней.
Теперь ему предстояло разобраться со всеми ними разом.
«Чувствую, я становлюсь слишком стар для этой ерунды». — Он позволил себе мгновение вздохнуть перед дверями зала заседаний, поправить шляпу, провести последнюю проверку своих красно-белых одеяний. Он должен был убедиться, что они безупречны и на них нет ни разрывов, ни прорех. Это было одно из многих, но носить одеяние в состоянии менее чем безупречном было недостойно того, как народ видел Хокаге.
В такие времена ему нужно было соответствовать этому образу, чтобы создать в деревне видимость контроля. Если ничто другое не успокоит людей, знание того, что Хокаге остаётся спокоен, позволит им черпать в этом некоторую силу.
«Полагаю, нет времени лучше, чем сейчас». — Он позволил себе ещё мгновение, прежде чем столкнуться с тем, что, вероятно, станет очередной головной болью.
Он распахнул двери и прошёл к своему месту под взглядами всех присутствующих в комнате.
Из трёх оставшихся благородных кланов Хиаши представлял Хьюга, Шиби продолжал возглавлять Абураме, а Чоза — Акимичи. Среди остальных в комнате были Цуме из Инузука, нетерпеливо ожидавшая, Иноичи, нашедший время, чтобы представлять Яманака в своём, без сомнения, плотном графике, Шикаку уже сообщил ему, что будет присутствовать и за Нара, и в своей роли командующего джонинами, а его сын Асума представлял Сарутоби и, по крайней мере, номинально, интересы Даймё Страны Огня в силу своего статуса бывшего члена Двенадцати ниндзя-защитников.
Данзо Шимура, Ибики Морино, всегда скрытый маской командующий АНБУ, Хомура Митокадо и Кохару Утатане также будут присутствовать на этой встрече.
Данзо молча встретился с ним взглядом. Им двоим нужно будет поговорить позже, обсудить ситуацию с Сунагакуре, Наруто и многое другое более подробно. Планы всё ещё нужно было составить, идеи — рассмотреть, и действия — предпринять в отношении беспрецедентного задания, которое он дал Наруто.
Он бросил взгляд на Хомуру и Кохару. Он, по большей части, держал их обоих в неведении, отчасти намеренно, отчасти по чистой случайности. Согласие с Данзо об опасности нового мировоззрения Наруто Узумаки и так заняло у него слишком много времени, а заняло бы ещё больше, если бы ему пришлось слушать, как Кохару и Хомура говорят о мальчике не иначе как об инструменте, оружии.
Воспоминания о прошлом, которые и так достаточно долго заставляли его бездействовать, ослепили бы его, были бы использованы для опровержения их слов, позволили бы ему отрицать любую правду в их словах.
— Я рад видеть, что вы все смогли прийти. — Он занял своё место во главе стола, снял шляпу и положил её перед собой. — Итак, вы все были осведомлены о цели этой встречи. — Он откинулся на спинку стула, окинув взглядом глав кланов и своих советников. — Прежде чем мы начнём, есть ли у кого-нибудь ко мне срочные вопросы, не касающиеся отражённого вторжения?
Его не удивило, что никто ничего не сказал.
Также его не удивило, что большинство обменялись молчаливыми взглядами.
Данзо, по крайней мере, не участвовал, вероятно, не видел в этом причин. В этой проблеме он и Шимура представляли единый фронт, придерживались схожих, если не идентичных, идей о том, что делать.
— Тогда я начну. — Хирузен жестом указал на карту, растянутую на столе, на которой было показано текущее состояние Скрытого Листа после неудавшегося вторжения Песка и Звука. Наибольшее беспокойство вызывали повреждённые стены и ворота, ущерб дорогам и зданиям, которые всё ещё находились в стадии активной реконструкции, и отсутствие повреждений у более важных зданий, таких как больница, главные правительственные здания и большая часть территории, которую Наруто объявил своей. — Хотя ущерб в некоторых районах был значительным, ключевая инфраструктура, к счастью, осталась относительно невредимой. Стены и ворота получили обширные повреждения, но строительство идёт стабильно и, как ожидается, будет завершено в ближайшие несколько месяцев. До тех пор пограничная охрана была усилена, как и силы безопасности деревни. Число сенсоров, назначенных в Команду Барьера Конохи, также было увеличено.
— Второй раз за, сколько, два, три месяца? — Асума нарушил тишину группы за столом.
— Это неточно. Прошлая Команда Барьера была заменена, число сенсоров не увеличивалось, как сейчас. — Хирузен поправил сына, сделав ему замечание взглядом. Хотя часть его была довольно рада, что ему не придётся затягивать дальше. — Итак, с этим покончено, вы все можете высказать свои настоящие опасения.
— Все наши опасения касаются Наруто Узумаки. — Он взглянул на Хомуру, когда старик заговорил. — Ты предоставил Джинчурики слишком много свобод в прошлом, и это привело к тому беспорядку, в котором мы сейчас находимся. Если бы ты послушал меня или Кохару много лет назад, мы бы могли контролировать мальчика, могли бы на самом деле использовать эту армию клонов для усиления Скрытого Листа. — Ястребиную идеологию его бывшего товарища по команде он и в хороший день выносил с трудом.
Трудно было вспомнить, когда у него в последний раз был хороший день.
— Прекрасная фантазия. — Хирузен обычно не стал бы открыто насмехаться над двумя советниками, но его терпение давно иссякло. Встреча с Казекаге, по правде говоря, ничуть не улучшила его настроение, а вид реальных результатов такого мировоззрения лишь омрачил его ещё больше. — Уверен, технику, которую даже я не могу до конца понять, могла бы воспроизвести безэмоциональная, почти бездумная оболочка. — Говоря это, он окинул взглядом других глав кланов.
Цуме, казалось, была скорее позабавлена, чем что-либо ещё происходящим. Шикаку, Иноичи и Чоза представляли единый и непроницаемый фронт, Шиби был просто непроницаем, отчасти благодаря своему выбору одежды и своей в целом невозмутимой личности, а Хиаши, казалось, скрежетал зубами в молчании. Спокойный фасад или видимость безразличия, обычно проецируемые главой клана, были утеряны со времён стычки с Наруто во время Экзамена на Чунина.
«Я слишком долго игнорировал эту проблему, чтобы теперь её исправить». — Хирузен втайне проклинал себя за это. После катастрофы, унёсшей жизнь такого многообещающего шиноби, он совершил ошибку, дистанцировавшись от ситуации, делая то, что, по его мнению, было правильным для человека, охваченного горем. Он думал, что даёт клану время на скорбь, время на горе и воспоминания. Это было неверное решение. Очень неверное. «Мне остаётся лишь надеяться, что его дочери по характеру ближе к своей покойной матери, чем к отцу. Как бы маловероятно это ни было».
http://tl.rulate.ru/book/146261/7968754
Готово:
