— Что? — Наруто первым заметил внезапный всплеск Чакры из-под их ног — внезапно появившуюся и досаждающую Чакру, что высвободилась яростным фиолетовым залпом зловещих ветров. — Откуда эта сила?
Шикаку повернулся к стадиону, и его глаза расширились, когда он увидел, что происходит.
Время. Время для Нара, казалось, почти замедлилось. Он почти чувствовал, как всё просто сошлось воедино. Он мог мыслить так ясно, когда видел всплеск силы, скрытую печать, горевшую всё ярче и ярче. Он видел всё так отчётливо, но ничего не мог поделать.
«Это. Это полная катастрофа».
«Действующая доктрина Конохагакуре — сосредоточить все усилия на эвакуации гражданских лиц из опасных зон в убежища. Если гражданских перевозят заранее выделенные силы, все доступные шиноби в приоритетном порядке уничтожают любую угрозу вторжения. Четверо главных ворот деревни будут усилены всем доступным личным составом».
«Орочимару это знает. Мы десятилетиями не обновляли действующую доктрину на случай вторжения. Даже правок не вносили. Он точно знает, как мы сражаемся, и я это проигнорировал. Мы все это проигнорировали. Он знал, где будут сильнейшие бойцы деревни, если мы подумаем, что будет вторжение. Мы отдадим приоритет внешним оборонительным рубежам. Мы отдадим приоритет патрулям для обнаружения. Мы отдадим приоритет стенам. Мы встретили бы любую силу в лоб».
«И все наши сильнейшие были бы совершенно далеко от центра деревни».
Всплеск Чакры под ними, в центре стадиона, яростно разрядился.
Стадион разнесло на куски.
— Какого чёрта? — Саске обернулся, когда мир на кратчайший миг вспыхнул фиолетовым. Изначально он отбросил такое огромное скопление Чакры. Легат решил, что Цезарь усмирил непокорного зверя, который так трусливо бежал от него, и тот снова пытается сбежать. Похоже, он ошибался. Очень, очень ошибался.
Он заслонил глаза от света, когда стадион был уничтожен яростным взрывом. Он едва успел моргнуть, прежде чем увидел приближающееся облако пыли, которое пронеслось по деревне после того, как часть её была только что уничтожена.
— Щиты! — рявкнул он приказ, подняв свой щит одной рукой и упёршись в неё другой. Легионеры без вопросов последовали его указанию, подняли свои щиты и приготовились за ними.
Пыль накрыла их как раз в тот момент, когда легат закрыл глаза и отвернулся от неё.
Он на мгновение задержал дыхание, позволив ей накрыть себя, попытаться сорвать его с ног, пока он приковывал себя к земле Чакрой. Он вонзил щит в землю, используя его и как барьер, и как ещё один якорь, чтобы устоять на ногах.
Это сработало превосходно.
Преторианцы с ним последовали его примеру.
— Чёрт! — Наруто быстро оправился, ударившись о землю. Возможно, его доспехи поглотили жестокий удар, оставивший кратер, или же он был слишком взбешён, чтобы обращать внимание на свои, без сомнения, многочисленные травмы. А может, и то, и другое. — Теперь ты прибегаешь к трусливым уловкам!
Его кулак ударил по земле, и она раскололась под ним. Его разум больше не был ясен, он не чувствовал ничего, кроме ярости на обман, таившийся в руинах стадиона. Он видел в этом не что иное, как оскорбление, не что иное, как явную попытку унизить то, что было его долгожданным моментом триумфа. Кто бы ни был ответственен за это, он заплатит. О да, кто бы ни стоял за такой попыткой покончить с ним таким трусливым образом, он дорого заплатит за грех попытки испортить момент, которого он так долго ждал. Он расчленит их, будет срезать плоть с корчащегося на месте тела кусок за куском и сделает их страдания поистине легендарными.
Он не дарует им сладкое освобождение смерти, пока они не заплатят Цезарю огромный долг. Они разрушили его великую сцену, разрушили окончательный триумф его Легиона над всеми дураками, что осмелились назвать себя его врагами. Они разрушили момент, который он так долго планировал, великое проявление его силы всем, кто когда-то в нём сомневался.
Это должен был быть его звёздный час.
Так и было.
А теперь — нет.
Он извлёк клинок сбоку, и его красные глаза горели ненавистью, горели гневом и горели силой.
Он уже собирался броситься вперёд, ринуться в резню, которой станет битва, когда на его плечо легла рука.
— Успокойся, Наруто. — Голос Хирузена Сарутоби внезапно стал таким, каким он его никогда не слышал. Это было не мягкое слово, не предложение. Это был закон. Слово, произнесённое с абсолютной властью.
Цезарь замер.
Его ярость утихла.
Багровый покров, что пузырился на его коже, исчез. Сила, что делала его похожим на дикого зверя, исчезла гораздо быстрее, чем появилась.
— Пока что. — Он быстро пришёл в себя. Он не отпускал свой меч, даже когда остальные шиноби, стоявшие с ними на вершине стадиона, были освобождены из железных клеток, которые их окружали, уберегая от любого вреда, кроме шока от внезапного удара.
— Что это было? — Югао взяла по одному из детей Казекаге под каждую руку. По обе стороны от неё стояла пара агентов АНБУ с обнажённым оружием. Она понесёт заложников, а они обеспечат ей путь к любому выбранному месту назначения.
— Это, без сомнения, вклад Орочимару в эту атаку. — Хирузен позволил посоху, так внезапно появившемуся в его руке, опереться на землю. — Это была взрывная печать его собственного изготовления.
«Всё именно так, как я и боялся. Отогакуре — ещё один из его инструментов для экспериментов, ещё одно место, где он творит свои ужасы». — Хватка Хирузена на посохе усилилась. Он почувствовал, как растёт его ярость на своего глупого ученика, прежде чем сделать глубокий вдох.
Гнев лишь затуманит его разум.
— Казекаге всё ещё над нами. — Он обратил свой взор к небу. Высоко над ними показался Казекаге, когда его сфера из Золотой пыли распалась. Платформа быстро опускалась. — Пора покончить с этой глупостью, пока не погибло больше жизней.
— Он собирается атаковать. — Шикаку отступил назад, его тень образовала кольцо у его ног. Он не присел, но поднял руки в классическую печать техники Хиден клана Нара. Тёмные нити распространились к теням вокруг него, увеличивая его радиус действия настолько, насколько это было возможно в данный момент.
Атака, начатая в полдень, ограничила его, но теперь в воздухе висела дымка. Пыль от взорвавшегося стадиона теперь лишь помогала ему.
Теперь он мог работать в тени.
— Лорд Хокаге! — Гай приземлился зелёным размытым пятном, его красная кожа указывала на использование Врат Жизни.
— Гай, рад видеть тебя живым и здоровым. Особенно в такое время. — Хирузен не отводил глаз от песчаной платформы. Когти теперь начали расходиться, распространяясь по пространству между двумя группами. Глаза Казекаге горели гневом, абсолютной яростью.
Он, казалось, не собирался сдаваться.
— Мои противники не смогли меня остановить. — Глаза Гая быстро сосредоточились на могущественном Четвёртом Казекаге после взгляда на своих товарищей-шиноби, даже когда Золотая пыль перед ними начала расти, нити становились всё толще и толще с течением времени. Это было почти так, будто кровь хлынула в конечность и наполняла её всё большей и большей силой. — Он не остановит вторжение.
http://tl.rulate.ru/book/146261/7967448
Готово:
