— Цезарь в очередной раз приносит свои извинения за то, что не смог прийти к тебе лично в прошлом месяце. — Саске стоял у кровати Тентен; девушка была в более ясном сознании, чем обычно, в основном потому, что он приказал уменьшить дозу её лекарств на сегодня. Он отказывался говорить с кем-то, кто даже не запомнит разговор. — Его присутствие сегодня утром потребовалось Хокаге, но он прибудет позже, чтобы поговорить с тобой.
— Так он послал тебя вместо себя? — Несмотря на боль, которую это, без сомнения, вызвало, Тентен фыркнула и закатила глаза. — Какая честь. А я-то на секунду подумала, что он пришлёт ещё больше своих преторианцев для компании.
— Мне говорили, что я так действую на людей. Что до твоей «компании», то они здесь прежде всего для твоей защиты. — Саске подошёл к стулу, стоявшему у её кровати, и сел. — Я уверен, ты знаешь, зачем я на самом деле здесь, так что не буду тратить твоё время на бессмысленные любезности.
— Я от тебя другого и не ожидала. — Тентен не стала утруждать себя попытками повернуть голову, чтобы лучше разглядеть размытое пятно, сидевшее в углу её поля зрения. Врач не зря велел ей сегодня свести движения к минимуму. Острые вспышки боли, пронзавшие её тело в тот момент, как она пыталась двигаться больше, чем требовалось в лежачем положении, были достаточны, чтобы она приняла его слова близко к сердцу. Медики-ниндзя должны были прийти позже, чтобы продолжить её лечение, насколько это было в их силах.
— Прежде чем начнётся финал, Цезарь хочет знать, желаешь ли ты, чтобы Гаара из Песков пострадал, прежде чем он его убьёт за то, что тот с тобой сделал. — Шаринган Саске наблюдал за Тентен без её ведома. Стул был поставлен там, где он был, не просто так. — Не секрет, что люди его Легиона обожают тебя. Смерть Гаары неизбежна, но он хочет знать, желаешь ли ты чего-то конкретного.
— Я хочу сделать это сама. — Саске был рад, что его по большей части не было видно. Он не хотел иметь дело с такой девушкой, как Тентен, чьи глаза от тренировок могли соперничать с его собственными, увидевшей его шок.
— Ты так уверена, что тебя исцелят? — Он быстро вернул лицу невозмутимое выражение.
— Наруто обещал меня исцелить, верно? — Она действительно улыбнулась. — Я могу ждать сколько угодно, лишь бы в итоге дать ему вкусить его же одержимость кровью, когда вобью её ему в глотку.
«Может, её всё-таки не стоило приводить в чувство».
— Цезарь — человек своего слова. — Саске поднялся со стула, когда заговорил. Внезапно стало неудобно. Он подошёл и встал перед кроватью Тентен. — Это то, чего ты действительно желаешь?
— Да. — Решимость в её глазах, твёрдость, сиявшая в них, заставили его понять, почему Легион так заботился о девушке, с которой он встретился лишь сейчас.
«Дело в её глазах». — Он смотрел в глаза, которые выглядели так же, как у Цезаря. Неудивительно, что Легион обожал её с такими глазами. «Это может быть опасно». — Впрочем, он всегда мог видеть дальше обожания.
Обожание позволило вырвать его сердце в ночь, которую он хотел бы забыть, но никогда не сможет. Обожание сделало его бессильным перед человеком, которого он с тех пор поклялся убить. Обожание больше никогда не ослепит его и не помешает увидеть подобные угрозы.
Теперь он был в этом уверен. Тентен Кен представляла угрозу для Империи Узумаки и Оранжевого Легиона. Его долг как легата — покончить с такими проблемами.
— Может, пойдём и попробуем снова его увидеть? — Два генина из Сунагакуре прекратили свою последнюю тренировку перед финалом, Ворон Канкуро был убран, а веер Темари сложен и воткнут в землю перед ней. Именно она задала вопрос, который занимал их обоих почти весь месяц.
— Не знаю, как ты, а я больше никогда не хочу туда идти. — Он содрогнулся. — Эти клоны… они всё время за нами наблюдали. Мне больше понравилось встречаться с тем Учихой. Мы по крайней мере знали, что он за нами всё время наблюдает.
— Нам нужен от него ответ до финала. Нам нужно вернуться. — Темари посмотрела на отполированную поверхность своего веера, пятна от её хватки были хорошо видны. — Ты видел, что он мог делать в Лесу Смерти, и видел, как он разделался с Заку, будто это было ничто. Он был не так силён, как мы, но после той операции он не был слабаком. Нам нужно знать, что он собирается делать.
— И что это изменит, когда у нас Оно на свободе посреди деревни? — Канкуро не стал бы признаваться в страхе, который пронзил его позвоночник в тот момент, как он упомянул это оружие. — Ну и что, что он может призвать армию? На нашей стороне монстр.
— Это неважно, идиот! — Темари вырвала веер из земли. — Разве ты не видишь, что он может сделать? Разве ты не слышал, что случилось с Гато? Как отец был зол, когда узнал об этом? Он может ввергнуть все наши планы в хаос.
— Гато не был шиноби. — Канкуро не звучал так уверенно, как, он знал, должен был. — Он нанял достаточно и платил щедро, но мы все знали, что он рано или поздно умрёт с таким поведением.
— А что насчёт того, что он там делает? У него там его армия, и все отчёты показывают, что она растёт с каждым днём! — Он хотел бы, чтобы она не упоминала об этом. Нужно было быть мертвецом, чтобы не знать, что происходит в Стране Волн.
— Просто забей уже, Темари. — Канкуро отвернулся от неё, Ворон двинулся, чтобы повесить своё тело ему на спину с движением его пальцев, когда он начал уходить. — Нам больше не нужно с ним говорить. Нам не о чем беспокоиться. У нас идеальный план, у нас идеальное время, и у нас есть идеальное оружие, чтобы всё начать. Нам не нужно думать о каком-то пацане с армией. У нас есть Оно.
— Канкуро. — Не его имя заставило его остановиться на полпути, а то, как его произнесла сестра. В её голосе не было ни гнева, который его окрашивал, ни беспокойства, которое было там всего мгновение назад, ни почти паники, которую она испытывала из-за растущей тревоги, которую, как они оба никогда не признаются, разделяли. В нём не было ничего, кроме одного, чего он никогда не думал услышать от своей старшей сестры.
Она боялась.
http://tl.rulate.ru/book/146261/7952635
Готово:
