Глава 29: Сила отшельников Драконьей Пещеры
– Ха-ха-ха! – Сенджу Фэнши расхохотался. – Мидзуно! Это ты не понял, что к чему!
– Думаешь, раз я не могу поймать твоё «Летящее Громовое Богоразделение», то бессилен? Запомни: сейчас инициатива у меня!
Он, заливаясь чакрой, рванул прямо к Рюкогу Дзюси.
Мидзуно мгновенно всё сообразил и сорвался вдогонку. Фэнши был прав: не обязательно ловить метки «Летящего Грома». Стоит ударить по Рюкогу – и Мидзуно в любом случае бросится его прикрывать.
Но Мидзуно опоздал на долю мгновения: на самом Рюкогу не было ни одной метки, а Фэнши начал первым и, хоть и медленнее Мидзуно, успел добраться до цели раньше.
[Глухой удар.]
Сокрушительный кулак врезался в каменную стену у плеча Рюкогу – тот в последней миг увернулся, сложенные в печать ладони он не разомкнул, но телом среагировал быстро.
– Осторожно, у него яд! – крикнул Учиха Кагами.
Рюкогу только и успел понять, что поздно: перед глазами всё поплыло, тело подломилось. Фэнши уже занёс руку для второго удара, но Мидзуно вклинился между ними.
Он не думал о том, что яд уже в воздухе. В груди кипели злость и страх за товарища.
– Вон отсюда!
Ребро ладони рассекло воздух. Фэнши дёрнулся, уходя от смертельного удара, но всё равно попал под срез.
[Всплеск.]
Кровь брызнула дугой, отлетела отрубленная рука. Фэнши шмякнулся о камни, отлетев, а Мидзуно на миг остался стоять, тяжело дыша.
Близкий контакт обошёлся дорого: яд Фэнши добрался и до него. Голова мгновенно потяжелела, силы будто вытекали из рук и ног.
«Чёртово зелье…»
Он глянул на Рюкогу – тому было ещё хуже: лицо и без того бледное, теперь стало совсем пепельным.
– Рюкогу Дзюси, держитесь… потерпите! – Мидзуно подхватил его.
Рюкогу нащупал плечо Мидзуно и слабо сжал:
– Мидзуно… не… не до меня… Быстро… внутрь…
Мидзуно обернулся: за спиной вспыхивали руны, раскрывая проём. Врата Драконьей Пещеры уже стояли перед ними.
– Рюкогу! – он крепче подхватил наставника. В горле встал ком.
Госпожа Белая Змея, оттолкнув Узумаки Рюсэн одним стремительным движением, подскочила к ним и поддержала Рюкогу.
– Рюкогу… Рюкогу!
Учиха Кагами, шатаясь, сунулся к поясным сумкам, лихорадочно вынимая флаконы:
– Примите хоть что-нибудь. Это ваши же смеси – должны на время придавить яд…
Рюкогу покачал головой:
– Всё, что оживляет тело… я отдал тебе ещё в начале пути. Моё состояние… я знаю…
Он всё сильнее синел. Дрожащим пальцем указал в сторону распахнутых врат:
– Мидзуно… ты продержишься ненамного дольше меня. За дверью… есть противоядие… Третий Хокаге… будущее Конохи… на тебе… и на Орочимару…
Голос таял – яд наступал без жалости.
– Пойдём вместе! Втроём зайдём и найдём! – Мидзуно потянул Рюкогу к воротам.
Госпожа Белая Змея опустила голову. По щеке ещё тянулась дорожка слёз, но голос звучал ровно:
– Бесполезно, Мидзуно. Рюкогу давно изнурён болезнью. Этот яд – только спусковой крючок.
Она знала этот организм лучше любого: годы странствий изнутри выжигали Рюкогу медленно и верно.
– Врата открыты ненадолго. Твой яд тоже скоро разойдётся по всему телу. Иди. Не трать время. Обычный человек за этими дверями погибнет, – она встретилась с Мидзуно взглядом. – Быстро.
Мидзуно глянул на лицо Рюкогу – и на миг всё внутри оборвалось.
– Иди же! – крикнула Госпожа Белая Змея.
Мидзуно развернулся и прыгнул в сияние.
[Белая вспышка.]
Тело стало словно невесомым. Но вместе с лёгкостью он почувствовал, как яд всё ещё расползается по жилам. Зрение мутнело. В тумане сознания мелькнула женская фигура, прозвучал мягкий, ленивый голос:
– О? Столько лет прошло – и всё-таки нашёлся ниндзя, кто сумел добраться до сюда.
Мидзуно провалился в темноту.
…
Он очнулся на краю обрыва. Внизу зевала чёрная пасть, из которой тянуло сырым холодом; снизу доносился нескончаемый шорох.
– Соответствует месту, – машинально подумал Мидзуно.
Он заметил, что тяжесть ушла, дыхание стало лёгким, ясным, будто груди прибавили воздуха.
– Яд… сняли?
Мидзуно поднялся и увидел в воздухе напротив обрыва женщину в белом. Она не стояла – парила, полулёжа, словно на невидимой кушетке: расслабленная, величественная. На ветру колыхались тонкие завязки её одежды, обнажённые голени мерцали в синеве пещерного света.
– Когда тело глубоко пробуждают, твой яд сам собой разрушается, – сказала она, глядя прямо в Мидзуно. – С этой минуты тебе не страшны никакие яды.
Мидзуно наклонил голову:
– Благодарю от всей души. У меня двое друзей тоже отравлены. Можно ли… достать для них противоядие?
Женщина прикрыла улыбку ладонью:
– Ты даже не спросил, кто я, а уже просишь лекарство.
– Прошу прощения, – Мидзуно поклонился. – Всё очень срочно. Мои друзья на волоске. Как мне к вам обращаться?
– Зови меня Итикисима-химэ, – мягко ответила она. – Твоего товарища я видела. Это тот, кто распахивал тебе двери, верно?
– Верно. Прошу, спасите его.
Итикисима-химэ качнула головой:
– Он не пойдёт дальше. Он изначально был на исходе. И раньше мы уже пробовали: ни ему, ни его супруге не подходит путь Драконьей Пещеры.
Она высунула длинный язык и лизнула губы:
– Честно говоря, я еле удержалась, чтобы их не съесть.
Мидзуно вздрогнул от её холодной, змеиный грации. Но времени спорить не было:
– Тогда я вернусь и попробую помочь сам. Благодарю за спасение. Прощайте.
– У тебя редкий дар, – сказала Итикисима-химэ. – За многие годы ты – самый подходящий для нашего учения. Не хочешь попробовать?
Мидзуно не успел ответить. [Белое свечение] сомкнулось вокруг, обволакивая его с головы до ног.
– Что… это?!
Тело стало меняться. Под кожей выступили едва заметные чешуйки, чувства обострились до предела. Он одновременно «увидел» траву, корни, камни, тёмных змей, мелькание насекомых – не глазами, а будто каждый предмет сам вписался в его сознание.
Это была… чувствительность отшельника. Настоящая сенсорика Драконьей Пещеры.
Итикисима-химэ улыбнулась чуть шире:
– Линька… всего лишь начало.
http://tl.rulate.ru/book/146164/7878491
Готово:
