Глава 8. Нисхождение Второго Хокаге! Падение Акимичи Торифу
Это… что за техника? Учиха Кагами на миг потерял дар речи.
Сендзюцу?
Никогда прежде о таком не слышал.
Мидзуно нахмурился. Сенджу Фэнси — родной сын Хаширамы. Если он и правда унаследовал искусство отшельника, то тут уже не только Кагами — вся Коноха в сборе не устоит.
Сенджу Фэнси и Акасуна Лэй с двух сторон сжимали кольцо.
Кагами попытался подняться, крепче стиснул рукоять меча — сил почти не осталось.
Акимичи Торифу был полубессознателен, Хатакэ Сакумо — тоже вне боя.
Шимура Дандзо, ругаясь, рванул вперёд, хотя понимал: этим двоим он не соперник.
Безвыходность.
Кагами сжал зубы.
Неужели конец?
Сенджу Фэнси одним прыжком оказался рядом и ударом ладони швырнул Дандзо в стену.
– Ха-ха-ха! Кто бы подумал: за один день я расправлюсь сразу с тремя учениками Второго! Хей, Сенджу Тобирама, видишь?!
Он, как одержимый, подхватил Дандзо за ворот и принялся бить, раз за разом.
Мидзуно стоял позади и молча наблюдал.
Нет, что-то не сходится.
Настоящие техники Хаширамы всегда шли рука об руку с древесным стилем — воротами богов, тысячи рук будды… У Фэнси нет древесного стиля. Уже минус.
И ещё: после стольких ударов Дандзо жив. Значит, сендзюцу у Фэнси сырое, до уровня даже Джирайи не дотягивает. Больше бахвальства, чем сути.
Мидзуно прикрыл глаза.
Он не хотел вмешиваться. Но похоже, это придётся сделать ему.
В сознании снова возник образ Синигами.
– [Ке-ке-ке… Уже зовёшься к моей силе?]
– Болтаешь много, – бросил Мидзуно и перевёл взгляд на панель.
«Печать души», «Кровавый договор», «Усиление духа» — темно. Светится только «Долг силы».
– Второй Хокаге, ты брал силу смерти. Пора расплатиться.
Дух Тобирамы вспыхнул, и один из семи светляков над ним погас.
…
Снаружи Акасуна Лэй нахмурился. Он не разделял мстительного восторга Фэнси: хотел просто закончить дело.
– Эй, Сенджу, хватит. Добьём — и всё. Как договаривались: после этого вы отдаёте нам печати Удзумаки.
– Расслабься, получишь, – усмехнулся Фэнси, и в глазах его сверкнуло дурное.
Лэй отвернулся, наступил сапогом на грудь Торифу.
– Ничего личного, ниндзя из Конохи. Я исполняю приказ. Начну с тебя.
– У-у… – простонал Торифу: яд уже добрался до груди, боль резала изнутри.
– Торифу-сан! – Сакумо дёрнулся к нему, но Лэй перехватил его за горло. – Хочешь быть первым?
Он не успел договорить: резкая боль вспорола живот.
[Бум!]
Удар такой силы швырнул Лэя в темноту. Последняя мысль мелькнула: «Быстро… очень быстро… Предупредить Фэнси…» – и сознание оборвалось.
В круг света шагнул Мидзуно.
– Мидзуно?.. – Кагами моргнул. Остальные тоже застыли.
Они ведь шли вместе и отлично знали, насколько тот «слаб» — едва ноги волочит. Как такое возможно?
Мидзуно чувствовал, как тело налилось силой. Сознания второго Хокаге в нём не было, но мощь осталась. Этой мощи хватило, чтобы за долю секунды уложить Акасуна Лэя.
Сила Второго Хокаге.
– Забавно, – Фэнси выпустил из рук Дандзо. – Проверим, чего ты стоишь!
С усилением от сендзюцу он летел, как молния. Но, едва приблизившись, увидел пустоту: противник исчез.
– Ф-фу… – Дандзо, разбитый и опухший, уставился на мерцание в воздухе. – Это… это «Летающий Гром»?
Да. Пространственный прыжок. Мидзуно рванул туда, где заранее поставил метку.
Он сложил «крест» и породил теневого двойника.
– «Тени», «Летающий Гром»… Почему?! Почему ты владеешь техниками Второго Хокаге?!
Сенджу Фэнси сорвался.
Тень Тобирамы — его вечный кошмар.
– Сдохни! – он метался рывками, разя слева и справа. Скорость безумная.
Кагами онемел: при такой скорости уклониться невозможно.
Но противник Фэнси просто исчезал — снова и снова. Прыжок к метке, ложные цели, обмен местами: Фэнси не мог поймать Мидзуно.
– А-а-а! – Сенджу взревел, входя в ярость. И этим выдал себя: потолок его сендзюцу был достигнут.
Пара прыжков — и Мидзуно увидел брешь.
– «Летающий Гром» — рассечение!
[Вспышка.]
Белая линия рассекла воздух. Крик оборвался.
Клинок Мидзуно прошёл насквозь, прямо через грудь.
– А-а… – хрипнул Фэнси и обмяк.
Он проиграл.
Именно этим приёмом Тобирама когда-то пронзил Учиха Идзуну — удар через сердце.
Акасуна Лэй лежал без сознания, Удзумаки Люшань — едва живая.
– Н-не может быть… – сипло прошептал Фэнси. – Я… не мог проиграть… тебе…
Мидзуно спокойно подошёл.
– Н-не подходи! – Фэнси задрожал. – Акасуна Мико! Ну же! Выводи нас! Быстро!
Из тени выступила женщина, подхватила Лэя и Люшань.
Мидзуно поднял кунай.
– Прости, – её голос был ровным. – Я не боец. Я здесь за другим.
Она напоминала Мидзуно тот миг, когда Хаку уводила За́бузу: такая же тихая «страховка».
Акасуна Мико… вероятно, жена Лэя, будущая мать «Скорпиона из Красного Песка».
Она не собиралась драться. Троих раненых ей не унести – и всё же, сложив печать, ускользнула вместе с Лэем и Люшань.
– Н-нет… А я? – завопил брошенный Фэнси.
Мидзуно не стал преследовать. Раненых своих много, оставлять их нельзя. И кто знает, не притаилась ли ещё одна засада.
Он вернулся в дом, успокоил перепуганного даймё и велел самураям навести порядок.
Кагами и Дандзо отделались боевыми ранами — перевязали, отдохнули, полегчало. Сакумо надышался ядом, сознание мутнело. Самурай Ханпō принёс противоядие, сделал уколы.
– Разбираешься в токсинах? – спросил Мидзуно.
– Страна Железа часто бьётся со Страной Дождя. С Ханзо из Саламандры знакомы не понаслышке, – кивнул воин.
Противоядие было не идеальным, но Сакумо вдохнул немного, к тому же пилюля клана Акимичи приглушила отраву — скоро он пришёл в себя.
– Благодарю, – выдохнул Сакумо.
– Сработало, – сказал Мидзуно.
Ханпō кивнул:
– У него яд лёгкий. Другое дело — ваш товарищ.
Он смотрел на Акимичи Торифу.
У ложа стояли Дандзо, Кагами, подошёл и Мидзуно.
– Кх… кх… – говорить Торифу было тяжело.
Кисть и предплечье почти целиком пожрала «Пыль бога смерти» — мясо в клочья, местами белела кость; яд полз к нутру.
– У-учитель… – Торифу судорожно схватил ладонь Мидзуно.
– Торифу, ты ошибаешься. Я не Второй, – мягко сказал Мидзуно.
Торифу уже не слышал. Слишком похож на Тобираму был Мидзуно в последнем бою; в горячке сознание спуталось. Он шептал, будто в бреду:
– Вы всё-таки пришли, учитель… Говорили, будто вы умерли… А я знал… Мой учитель… не умрёт…
– Господин Второй… Я… бесполезен… Не смог помочь вам… Не смог помочь и Хирудзэну…
Слушать было больно. У Дандзо слёзы текли сами собой; Кагами держал Торифу за руку, повторяя бессвязные утешения:
– Нет… Нет, Торифу-доно… Это я… это я ничтожен…
Сакумо, только придя в себя, споткнулся к кровати.
На глазах у всех голос Торифу слабел, таял… и стих. Он сделал последний выдох.
Сакумо не поверил.
Если бы тогда он не вдохнул яд… если бы выбрался сам… если бы оставил пилюлю не себе, а Торифу…
– Чёрт… – прошептал он и ударил кулаком по полу. – Чёрт!
– Где Акасуна Лэй? – глаза Сакумо налились кровью.
– Его увела женщина, – ответил Мидзуно.
– Жена, – поднял голову Кагами. – Слышал: Акасуна Лэй действует с супругой.
– Ублюдки… – Сакумо посмотрел на тело Торифу и сквозь зубы произнёс: – Клянусь: где бы вы ни прятались, Акасуна… вы оба… Я найду вас. И своими руками…
– Я клянусь. Хоть на краю света – своими руками убью вас.
http://tl.rulate.ru/book/146164/7854547
Готово:
