Глава 47. Кровавая чистка Инквизиции
Далеко не каждый смертный способен выдержать величие истинного Дитя Императора. Лишь благодаря мощным транквилизаторам, подавляющим естественный трепет, посланник Марса мог сохранять подобие хладнокровия в присутствии Примарха.
Эти мелкие ухищрения Магоса Биологиса не укрылись от взгляда Горгота. В искусстве переговоров тот, кто первым выказывает слабость, уже обречён на поражение.
— Тридцать процентов, — костяшки пальцев Примарха, закованные в золотую сталь, мерно застучали по столешнице. — Это мой последний рубеж.
Ритмичный стук эхом разносился по сводам пустого Зала для аудиенций. В сочетании с едва заметной, многозначительной улыбкой Горгота это создавало атмосферу невидимого, но почти осязаемого давления.
После долгого, тяжёлого молчания Магос издал звук, похожий на механический вздох.
— Адептус Механикус подчиняются вашей воле, — посланник отвесил глубокий поклон. — Грубый, прямолинейный, но крайне эффективный метод ведения дел. В вас чувствуется талант великого политика.
— Благодарю за столь высокую оценку, — мягко ответил Примарх.
Победа в этом раунде осталась за ним. Дополнительные тридцать процентов вооружения станут тем стальным рычагом, который поможет Империуму вырвать победу в грядущих войнах ближайшего полутысячелетия.
Придёт день, и человечество вновь обретёт величие времён Великого крестового похода. А ксеносы, чьи сердца полны ненависти к людям, вспомнят тот первобытный ужас, что они испытывали перед лицом мощи Империума.
***
Проблема с Механикус была решена миром, но Инквизиция, также оказавшаяся втянутой в заговор, избрала иной путь — путь тотального самоочищения.
«Каждый Инквизитор начинает свой путь как пуританин, жаждущий справедливости и чистоты; но каждый Инквизитор заканчивает его как беспринципный еретик и безумец, погрязший в скверне».
Эта полная отчаяния заповедь была начертана на страницах каждого полевого устава, что носили с собой агенты Святых Ордосов.
Слова эти не лгали: большинство тех, кто достигал вершин власти в структуре Инквизиции, рано или поздно переступали грань. Человеческих сил всегда было слишком мало. Чтобы исполнить волю Императора в этой безумной галактике, Инквизиторы не гнушались союзами с ксеносами и даже использовали запретные, нечистые силы варпа.
Но даже когда их руки были по локоть в крови и скверне, верность Золотому Трону оставалась непоколебимой. Эти безумцы, внушавшие ужас простым подданным, жаждали возрождения Империума сильнее, чем кто-либо другой.
Десять тысяч лет они несли свою вахту в океане мрака и безумия, и возвращение Примарха стало для них маяком надежды. Для них Горгот был сияющим светом в беспросветной ночи.
Попытка фракции Пуритан убить сына Императора была воспринята остальной Инквизицией как святотатство, переходящее все границы.
Всего за полчаса семнадцать высокопоставленных Инквизиторов были объявлены еретиками. Без допросов, без трибуналов — на них сразу обрушился смертный приговор Экскоммуникации. Несомненно, среди них были те, кто не знал о заговоре.
Но само понятие «невиновность» давно стало самой горькой шуткой в этой холодной вселенной.
Что же касается Экклезиархии…
Эта организация, чьи сети окутывали всю галактику, оставалась самой опасной проблемой. Если даже Экклезиарх Деций, обитавший в самом сердце Мира-Трона, пал жертвой порчи Хаоса, оставалось только догадываться, сколько сторонников Губительных Сил скрывается среди бесчисленных клириков и священников.
***
После долгих раздумий Горгот решил переложить эту ношу на плечи Селестины, которая всё ещё не пришла в себя. Как Живая Святая, она была неразрывно связана с верой в Императора. Перед её ликом даже высшие иерархи церкви будут вынуждены склонить головы. Её авторитет позволит провести чистку в рядах Адептус Министорум с минимальным риском для стабильности государства.
***
Буря, вызванная покушением на Высшего Лорда, постепенно утихала, и в повестку дня вошёл вопрос о коронации Регента Империума. Торжество было назначено на Праздник Вознесения Императора.
Однако, не дожидаясь официальной церемонии, Капитан-генерал Траян Валорис уже начал передавать бразды правления Примарху. Титул Регента даровал безграничную власть, но одновременно возлагал на плечи одного человека ответственность за судьбу всей империи.
Никто не рождается государственным деятелем. Чтобы стать истинным правителем Империума, Горготу предстояло изучить горы информации, подобных которым не видел ни один архив.
Каждый день в его кабинет доставляли десятки тысяч донесений. Лишь те из них, что имели стратегическое значение для целых секторов и ключевых миров, ложились ему на стол. Перемещения полков Астра Милитарум, создание новых орденов Астартес, восстания в далёких системах, нашествия ксеносов и варп-заражения — всё это требовало его внимания.
Примарх был обязан вникать в каждое слово, чтобы своевременно направить помощь туда, где она была необходима.
Эта работа истощала душу. Пространства Империума были необъятны, и как бы Горгот ни старался, как бы ни изощрялся его гениальный разум, многие миры гибли, так и не дождавшись подкреплений.
Жизни миллиардов существ превращались в кабинете Регента в сухие колонки цифр. Нескончаемый поток сообщений о смерти и разрушении постепенно порождал в сердце Горгота горькое онемение.
Хотя его сверхчеловеческое тело не знало усталости, та глубокая, экзистенциальная скука и тяжесть, что копились в самой глубине души, были неизбежны.
***
Терра. Императорский Дворец. Личный кабинет Примарха.
Тысячи просмотренных и подписанных срочных документов были аккуратно сложены на краю стола. Это была последняя пачка на сегодня. Утомлённый Регент отложил перо и откинулся на спинку мягкого кресла, позволяя себе краткий миг тишины.
Всего за один терранский месяц он обработал больше информации, чем Совет Высших Лордов за полгода.
Десятки тысяч миров взывали к Терре о помощи. Но из-за логистических кошмаров, нехватки сил и огромных расстояний, реальную поддержку получала едва ли половина из них. Мольбы о спасении, передаваемые через астропатов, обжигали разум Примарха ощущением собственного бессилия.
Горгот невольно почувствовал искреннее уважение к своему предшественнику — Робауту Жиллиману. Когда тот принял на себя бремя Регента, Ересь Хоруса только что завершилась, оставив галактику в руинах. Всё богатство, накопленное в годы Великого похода, было обращено в прах, а большая часть обитаемых миров лежала в пепле. То, что Жиллиман сумел удержать это распадающееся здание в одиночку, теперь казалось истинным подвигом.
***
http://tl.rulate.ru/book/145763/10994746
Готово:
