Готовый перевод Heavenly Abyss / Бездна Небес: Глава 783. Вы уходите

Из-за тёплых чувств к секте своего покойного друга Чэнь Цинюань согласился задержаться на несколько дней.

Он решил, что это будет его способ увидеть родину за покойного друга.

Изначально Святой Владыка хотел поручить молодым ученицам секты прислуживать Чэнь Цинюаню: подавать чай, воду и выполнять любые его прихоти. Если бы произошло что-то большее, было бы ещё лучше.

Но Чэнь Цинюань прямо отказался.

Если уж кто и должен был его сопровождать, то это Сын Меча Отрешённости, Цзян Сюнь.

Услышав, что Чэнь Цинюань назвал конкретное имя, Святой Владыка не осмелился ослушаться и кивнул в знак согласия.

Недавно произошедший феномен в секте Отрешённого Меча был подавлен Святым Владыкой.

Внешне он заявил, что это был шум, вызванный прорывом в культивации одного из старейшин, который постиг что-то новое, и велел всем ученикам не паниковать и разойтись.

Раз Святой Владыка сказал, то вся секта, сверху донизу, естественно, поверила.

Истинная причина появления феномена была известна лишь избранным высшим чинам секты Меча. Многие старейшины внутреннего двора совершенно ничего не знали. Чтобы гарантировать, что информация не просочится, чем меньше людей знало, тем лучше.

Внутри секты Отрешённого Меча могли быть шпионы враждебных сил, поэтому необходимо было соблюдать осторожность.

В этот момент в закрытом дворце Святой Владыка передал голосовое сообщение Цзян Сюню, велев ему немедленно прекратить культивацию и прибыть как можно скорее.

Цзян Сюнь, который всё ещё постигал Путь наследия Повелителя Мечей Сянь Яо, думал, что в секте произошло что-то из ряда вон выходящее. Он поспешно поприветствовал: — Наставник, что случилось?

— Прибыл господин Чэнь. В течение следующих нескольких дней ты должен будешь сопровождать его, быть к его услугам и не отходить ни на шаг.

Святой Владыка произнёс это с серьёзным выражением лица.

— Почему? — спросил Цзян Сюнь, одетый в светло-голубой халат, с волосами, собранными в пучок, выглядевший необычайно героически.

Он уже слышал о визите Чэнь Цинюаня, но был крайне удивлён тем, что наставник так настойчиво велел ему прекратить культивацию, чтобы сопровождать гостя. Он был в замешательстве, и его лицо выражало полное недоумение.

— Кое-что трудно тебе объяснить подробно. Ты должен знать лишь одно: считай господина Чэня благородной личностью и почитай его больше, чем меня, своего наставника. Понял?

Святой Владыка наставлял его с горьким сердцем.

— А? — Цзян Сюнь оцепенел. — Наставник, вы ведь должны дать мне причину!

Со звуком «хлоп» Святой Владыка ударил Цзян Сюня ногой, его лицо было полно гнева и серьёзности: — Не задавай столько вопросов, просто делай, как велел твой наставник. Когда придёт время, я тебе всё подробно объясню.

— Да, ученик подчиняется.

Цзян Сюнь не посмел больше спрашивать, поклонился, сжал кулаки и принял приказ.

С глубоким недоумением Цзян Сюнь, нахмурившись, вышел из дворца и направился к гостевому залу, где проживал Чэнь Цинюань, готовясь принять важного гостя.

Хоть он и не знал причины, но Цзян Сюнь очень слушался Святого Владыку и не собирался совершать ошибок.

К тому времени, как Цзян Сюнь ушёл, во дворце появилось восемь человек.

Помимо тех пятерых главных старейшин на пике Великого Совершенства, это были трое предков. Двое из них находились на полшага до Божественного Моста, а один только что вступил в Божественный Мост.

Изначально трое предков находились в уединении, залечивая раны, но были разбужены шумом, который произвёл Меч Увядшего Гуся. Они выпустили своё божественное чувство, чтобы узнать, что происходит, и, увидев Чэнь Цинюаня, танцующего с мечом, были потрясены.

— Господин Чэнь, несомненно, является реинкарнацией некоего выдающегося Великого Старейшины, знакомого с нашим предком, Повелителем Мечей Сянь Яо, и их связывают тесные отношения. В противном случае, как бы Меч Увядшего Гуся мог позволить ему управлять собой?

Предки были в этом уверены.

Если бы они не боялись вызвать слишком большое волнение и привлечь внимание недоброжелателей, несколько предков обязательно лично поклонились бы Чэнь Цинюаню, чтобы выразить своё почтение.

— Твоя реакция была быстрой, ты сразу признал господина Чэня предком, создав тем самым связь.

Старый глава секты, вступивший в сферу Божественного Моста, одетый в серый халат, с иссохшей жизненной силой и лицом, выдающим близость смерти.

— Независимо от того, так это или нет, сначала поклонимся, а потом разберёмся, — Святой Владыка, придерживаясь своей бесстыдной натуры, чувствовал себя прекрасно: — Только за то, что господин Чэнь смог управлять Мечом Увядшего Гуся и продемонстрировать полное Искусство Меча Высшей Чистоты Юй Гань, он уже заслуживает такого отношения.

— С сегодняшнего дня секта Отрешённого Меча будет всеми силами защищать Путь Предка Чэня, не жалея никаких средств.

Старый глава секты поставил эту цель.

— Угу.

Никто из присутствующих высших чинов не возразил, все кивнули в знак согласия.

Секта Отрешённого Меча хотела пережить бедствие смутных времён, более того, идти против течения, и для этого ей нужно было крепко держаться за сильного покровителя. Очевидно, Чэнь Цинюань был лучшим выбором.

......

В изысканном и роскошном гостевом зале Чэнь Цинюань сидел один, с холодным выражением лица и пустым взглядом, неизвестно о чём размышляя.

— Тук-тук-тук.

Цзян Сюнь постучал в дверь и вошёл.

— Господин Чэнь, я пришёл по велению наставника, чтобы узнать, есть ли у вас какие-либо нужды.

Войдя, Цзян Сюнь увидел Чэнь Цинюаня, сидящего в гостиной и погружённого в свои мысли.

Один его взгляд заставил Цзян Сюня необъяснимо задрожать.

Он не виделся с Чэнь Цинюанем много лет, и тот стал совершенно другим, словно преобразился.

Его аура была глубока, глаза — как бездна, и в них таилось необъяснимое давление, исходящее из глубин души, которое заставило тело Цзян Сюня дрогнуть и проникнуться благоговением. Такого чувства он не испытывал даже перед лицом своего предка.

— Пройдись со мной, посмотрим окрестности секты Отрешённого Меча.

Чэнь Цинюань перестал размышлять, его аура резко спала, а голос стал пронзительно холодным.

— Хорошо, — сказал Цзян Сюнь, сложив кулаки.

И вот, они вдвоём, один за другим, шли по нефритовой дороге секты Меча.

Сады Ста Цветов, вершины Зелёных Гор, туманные моря в облаках, парящие в небесах павильоны и многое другое.

Пока Чэнь Цинюань не велел остановиться, Цзян Сюнь почтительно вёл его, рассказывая историю секты Меча и повествуя о происхождении каждого места.

За несколько дней они обошли множество мест.

— Что это за место?

В этот момент Чэнь Цинюань указал на гору, усеянную драгоценными мечами.

— Гора Мечей, — ответил Цзян Сюнь. — Одна из основ секты Меча. На горе не менее ста тысяч драгоценных мечей; чем ближе к вершине, тем выше их качество. По правилам секты Меча, действующим с момента её основания, каждый ученик может подняться на гору и взять себе драгоценный меч, чтобы он стал его личным мечом Пути.

Рассказывая о Горе Мечей, Цзян Сюнь почувствовал гордость, считая это своей честью.

— Можно было бы принести Увядшего Гуся сюда и дать ему силу мечей, это в какой-то мере восстановило бы его изначальную сущность.

Чэнь Цинюань дал совет.

— С чего это вы, господин Чэнь? — Цзян Сюнь не совсем понял, слегка нахмурился. Поразмыслив немного, он всё же объяснил: — Родовой меч необыкновенен, его трудно переместить.

Что касается Меча Увядшего Гуся, Цзян Сюнь всё ещё представлял его прежним, подобно гигантской горе, которую даже предкам было бы трудно сдвинуть.

Чэнь Цинюань не стал объяснять, раз уж дал направление.

— Мне пора уходить.

Внезапно Чэнь Цинюань выразил желание уйти.

— Господин, вы не останетесь ещё ненадолго?

Удерживал его Цзян Сюнь.

Чэнь Цинюань слегка покачал головой.

Затем он шагнул вперёд к главным вратам секты Меча.

Цзян Сюнь не посмел его задерживать и немедленно передал голосовое сообщение Святому Владыке.

Узнав об этом, Святой Владыка отложил все дела, взял с собой группу старейшин и лично явился проводить его: — Господин Чэнь, если в будущем вам понадобится помощь секты Отрешённого Меча, просто скажите. Где бы вы ни были, секта Меча немедленно придёт на помощь.

— Угу, — Чэнь Цинюань оглянулся на Святого Владыку и кивнул.

Увидев, что Чэнь Цинюань кивнул, Святой Владыка обрадовался в душе и провожал его до самых ворот.

— Примите наши проводы.

Если бы Святой Владыка не боялся доставить Чэнь Цинюаню неприятности, он бы обязательно поклонился несколько раз и назвал его предком.

http://tl.rulate.ru/book/145557/13096708