Глава 13
«Он разговаривает?» — Сильвестр был потрясен: кот заговорил теплым голосом молодого самца. В то же время он почувствовал покалывающий сладкий аромат кипящей карамели.
— Маленький человеческий котенок, не бойся меня. Я буду кормить тебя и заботиться о тебе, как о своем собственном, — Кот продолжил обнимать его еще одним теплым пушистым объятием. Его маленькое сопение щекотало Сильвестру шею.
— ...
— Как ты умеешь говорить? — Сильвестр спросил об этом прямо, поскольку никого больше не было рядом.
Кот отступил и сел.
— Я? А ты? Как ты можешь говорить, малыш? Я помню, как семь веков назад видел человеческого котенка. Он укусил меня за хвост и был таким глупым.
«Хотя это дружелюбный кот, я не знаю, принадлежит ли он кому-то. Что, если он расскажет своему хозяину? Подождите...»
— Семьсот лет назад? Сколько тебе лет?
Кот быстро замяукал:
— Я очень старый. Ммм... Одна тысяча? Сколько же это? Нет, больше! Уф... Я не помню.
— Где ты живешь и кто тебя кормит? — он косвенно хотел узнать о хозяине, не принимая всерьез разговоры о его возрасте.
Пушистый кот встал на задние лапы и стукнул лапой по груди.
— Я сам ловлю еду. А сплю я вот здесь, у входа. Моя смотрительница сказала, чтобы я ждал, когда она пойдет к лекарю. Она кормит меня вкусной рыбой. Она самая лучшая!
«Ох, он расскажет своей хозяйке». — Сильвестр был встревожен. Он огляделся вокруг, прикидывая варианты. — «Может, убить его?»
Он взглянул на мордочку кота. Казалось, он улыбается, а в его глазах читалось волнение. В голове Сильвестра мелькнуло чувство вины, но он знал, что должен сделать.
— Так когда же вернется твоя смотрительница?
Кот вдруг мурлыкнул и печально опустил взгляд.
— Она еще не вернулась, но я жду ее здесь каждый день. Я знаю, что в конце концов она вернется.
— Дни? Как долго ее не было?
— Пятьсот лет, — уверенно ответил белый кот, словно гордясь тем, что может вести счет столь долгому времени.
— ...
Сильвестр не знал, говорит ли этот кот серьезно или просто неправильно определяет время. Но эта история напомнила ему о собаке из его прошлого мира.
— Тебя зовут Хатико?
Кот смущенно наклонил голову.
— Нет, она зовет меня Чонки.
Сильвестр протяжно вздохнул и расслабился. Поскольку он не доверял словам кота и боялся, что он раскроет его секрет, он мог придумать только один способ. Он подполз к коту и обнял его за спину.
— Чонки, пойдем со мной. Я принесу тебе вкусную рыбу.
Он решил держать кота рядом с собой. Раз уж он с ним подружился, то шансы сделать кота верному ему были велики. Он подумал:
«Я уже делал это с людьми. Насколько сложно будет манипулировать котом?»
— Правда? — Чонки обрадовался и снова обнял его. Он, конечно, был странным привязчивым котом.
— Да, просто следуй за мной. Но помни, что ты не можешь говорить или ожидать, что я буду говорить, когда рядом есть кто-то еще. Хорошо?
— Мяу! — Чонки старательно кивнул. Впервые он говорил как обычный кот.
Спустя столько времени Сильвестр разразился искренним смехом. Кот, который усыновлял его, в итоге был усыновлен им самим.
— Ты слишком доверчив, Чонки. Но напомни мне позже дать тебе новое имя.
— Чонки не подходит?
— Ну, оно милое, но ты вовсе не толстый. Чонки — значит пухлый и круглый.
Чонки перестал двигаться вместе с ним и встал на задние лапы, чтобы посмотреть на свой живот. Он был плоским, как всегда. Даже мордочка была в хорошем тонусе. Затем он сел и посмотрел на свою спину.
— Чонки только пушистый, а не толстый. Но мне нравится это имя.
Сильвестр подполз к нему и погладил Чонки по голове.
— Мы можем оставить это как кличку. Но твое настоящее имя должно казаться сильным и могучим.
Глаза Чонки заблестели, и он горячо кивнул.
— Да, да... Я могучий. Садись ко мне на спину. Я поведу тебя с собой куда угодно.
«Действительно, он слишком доверчив». — подумал Сильвестр и послушно забрался на спину Чонки.
Он и сам понимал, что в детстве был толстяком. Поэтому его удивило, что Чонки мог быстро передвигаться, несмотря на такой большой вес на спине.
Он считал, что это еще и психологическая победа, потому что, дав Чонки новое имя, он создаст в голове кота постоянную связь, а значит, уменьшит вероятность предательства.
Вдобавок ко всему.
«У меня хорошая мягкая поездка».
************
После обеда Ксавия торопливо вернулась домой, чтобы покормить Сильвестра. Это был ее собственный обеденный перерыв, но она решила не тратить время на то, чтобы сначала поесть.
— Аа! Макс! Что случилось? Ты ранен? — ее сердце взорвалось от паники, когда она увидела тело Сильвестра, лежащее на улице возле колыбели. Он спал на животе, поэтому трудно было понять, дышит ли он.
Она быстро подбежала и подняла его на руки.
— Макс!
— Хм? — Сильвестр медленно открыл глаза, потирая их. Он посмотрел налево и направо и вспомнил, что был мертв, а это была жизнь 2.0 для него.
— Эло, — он быстро вошел в свою профессиональную роль и постучал по носу Ксавии, показавшись милым.
Ксавия послала магию в его тело и проверила его. Почувствовав, что он в порядке, она посмотрела вниз и нашла подушку. Затем она заметила посуду и коробки с едой, разбросанные по полу кухни. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что, должно быть, произошло.
— Ах, ты, вечно пугаешь свою маму. Пойдем, ты, наверное, проголодался.
«Действительно, моя экскурсия стоила мне много энергии... Подождите!»
Он вспомнил о пушистом мальчике Чонки и посмотрел вниз. Кот все еще был там, спал, как бревно. Но почему-то он не заметил никакой реакции Ксавии. Ему нужно было знать, разрешит ли она ему остаться.
— Мама, вууу, — он указал на пол.
Ксавия посмотрела и опустилась на колени, чтобы что-то подобрать.
— Хочешь игрушку?
— ...
— Котенок! — он произнес одно слово. Чтобы сохранить облик ребенка, он ограничился пока пятью словами.
— О, у нас нет игрушки-кота, милый. Я сделаю тебе плюшевую позже, хорошо? — сказала она и сунула сосок ему в рот.
Он тоже был голоден и закрыл глаза. Но в мыслях он задавался вопросом.
«Почему она не заметила Чонки? Он же большой кот... Что происходит?»
Через полчаса Ксавия положила его обратно в колыбель и укутала под одеяло. Она поцеловала его в лоб и снова ушла на занятия. Она знала, что не сможет помешать ему выбраться, поэтому обложила колыбель разными подушками.
Но как только она ушла, Сильвестр бросил в белого кота свою маленькую плюшевую игрушку.
— Эй, проснись! Чонки!
— Р-рыба? Рыба? Рыба! — Кот проснулся от волнения.
— ...
— Нет, здесь нет рыбы. Подойди сюда, у меня есть к тебе несколько вопросов.
Чонки быстро запрыгнул в колыбель и уселся, как джентльмен. Он также обнюхал Сильвестра.
— Молоко?
— Да, моя мама была здесь. Скажи, почему она тебя не видела? Ты был совсем рядом.
Кот начал вылизывать себя и ответил:
— Никто не может видеть Чонки.
— Что значит "никто тебя не видит"? Расскажи подробнее.
— Я не знаю, почему ты меня видишь. Ты первый после моей последней смотрительницы, поэтому я принял тебя. Но я буду вести себя хорошо и подожду ее у входа.
— А люди не могут тебя нащупать? — спросил он.
Чонки быстро ответил:
— Могут. Однажды эта плохая женщина наступила мне на хвост и сделала больно. Я разозлился и поцарапал ей спину. Она закричала "призрак" и убежала. Но я не призрак, я — Чонки. Глупая женщина.
Тогда Сильвестра осенило, что все, что Чонки говорил ему раньше, может быть правдой. Последняя смотрительница покинул его пятьсот лет назад, а ему было уже больше тысячи лет. Его невинность выдавала его возраст, но это было вполне объяснимо, если он прожил большую часть своей жизни, ни с кем не общаясь.
Ему было жаль кота, ведь он мог 500 лет прождать в изоляции своего опекуна, который, возможно, где-то умер и ничего не знает.
Но тут возник новый вопрос. Чонки точно не был котом, тогда кем же, черт возьми, он был? Магическим существом?
— Кто ты? — спросил Сильвестр.
Чонки перестал вылизываться и надул грудь.
— Я могучий кот, Чонки. О-о-о... Смотри, я тоже могу это делать!
Пушистик широко раскрыл пасть и втянул воздух. Темная и бесконечная глубина, казалось, появилась в его пасти, усиливая всасывание.
Подушки Сильвестра втянулись и без труда исчезли в маленьком рту Чонки.
— Видишь! Хе-хе, я могу съесть все... Однажды я съел лошадиную повозку, — гордо заявил он.
— ...
Для Сильвестра это был день безумных открытий. Начиная с невидимого говорящего кота и заканчивая этим, прошло слишком мало времени, чтобы его человеческий мозг мог это выдержать. Ему казалось, что он видит сон, находясь под действием каких-то веществ.
Его челюсть отвисла от шока, когда он быстро подполз к Чонки и руками разжал челюсти.
— Куда это делось? Как ты это сделал?
Чонки похлопал его по рукам и немного отодвинулся.
— Все просто. Мне просто нужно вырвать это.
— Увааа!..
— Уууугааа!..
«Он что, серьезно собирается блевать?»
— Уваааа!.. — наконец подушки вернулись в колыбель. Они выглядели немного помятыми, но были в идеальном состоянии. Однако Чонки не остановился и продолжил рвать какой-то липкой жидкостью.
Закончив, он вылизал свои усы и гордо сел.
— Видишь, как все просто.
— А там можно что-нибудь хранить? Скажем, меч или зелья? — спросил Сильвестр, осознав, что перед ним живой подарок. Ходячий, невидимый шкаф. Это могло бы стать таким благом в этом мире, подумал он.
Чонки кивнул.
— Да, я могу хранить все. Моя смотрительница тоже постоянно пользовалась мной. Так что ты тоже можешь использовать меня... — он облизнул губы и посмотрел в сторону кухни. — За рыбу.
Сильвестр мысленно ликовал.
«Это очень дешево. Всего лишь рыба? Даже гора рыбы — ничто по сравнению с этим. Это потрясающе... Какому бы Богу я ни молился за эту жизнь, я благодарю тебя за этот подарок. Чонки может стать тем, кто поможет мне в этой беде и поможет во всех моих предстоящих боях».
Увидев в Чонки золотую жилу, Сильвестр притянул его поближе и заставил кота спать рядом с собой. Он не мог поверить, что совсем недавно думал о том, чтобы убить его. Кроме того, по какой-то причине Чонки теперь казался ему милее, чем раньше.
— Иди сюда, побудь моей подушкой, — пригласил он. — И вот еще что. Я придумал тебе имя.
— Правда?! — глаза Чонки заблестели, когда он улегся рядом с Сильвестром.
Имя пришло Сильвестру в голову, когда он наблюдал за тем, как тот творит магию переносного шкафа. Ему показалось, что это имя подходит пушистому мальчику.
— Ты не обычный кот, Чонки. Ты кажешься милым и безобидным, но для других это совсем не так. Ты можешь совершать подвиги, превосходящие законы природы. Ты подобен иллюзии... поэтому я называю тебя в честь этого слова. Чонки, отныне тебя будут звать "Мираж".
Чонки на несколько секунд прекратил все движения, словно обдумывая сказанное. А вскоре он начал мурлыкать и несколько раз мяукнул.
— Мираж? Хм... Мираж — МНЕ ЭТО НРАВИТСЯ!
Глава 14
Прошли месяцы, и жизнь с разумным котом стала намного проще.
Мираж оказался удивительно доверчивым, и ему было так легко угодить. За несколько месяцев он превратился из незнакомца в первого культиста Сильвестра. Но это могла быть и изоляция Миража. Возможно, он хотел быть рядом с Сильвестром, ведь только тот мог видеть и общаться с ним.
Тем временем Сильвестр каждый месяц увеличивал количество произносимых им слов. Однако, он не стремился к совершенству, скорее, время от времени пытался подправить грамматику, чтобы по-прежнему звучать как ребенок. И все же его рост не мог быть похожим на детский, в то время как ноги превратились из "лапши" в "картофель фри". Они все еще были слабыми, но теперь он мог ходить.
— Давай позанимаемся сегодня, Чонки, — Сильвестр открыл случайную книгу и попытался ее прочитать. Она называлась "История с Папой".
Хотя он часто ходил с Ксавией на ее занятия, ему казалось, что они не дают ему ничего существенного. В первые несколько дней они говорили о географии. Но во все остальные дни это были только религиозные разговоры и обязанности Матерей Света.
Он хотел бы узнать о магии, но этого даже не было в учебном плане этих Матерей. К счастью, Ксавия владела магией исцеления, поэтому раз в неделю для нее проводились занятия, на которые он продолжал ходить. Но и тогда занятия ограничивались только магией исцеления, что было для него бесполезно, ведь он даже не знал, как начать.
— Вау... Рыба! — Мираж указал лапой на изображение в книге.
Оба лежали на животе бок о бок и читали книгу.
— Нет, Чонки. Это лицо Десятого Папы, Варуса Да Силантия, проклятого. За свою жизнь он пережил 200 покушений, связанных с ядом. Вот почему его лицо деформировалось и... Да, он действительно похож на рыбу.
— Покажи мне больше. Покажи мне рыбку, — Мираж вилял хвостом и возбужденно постукивал лапой. Жизнь в скуке в течение 500 лет превращала каждое мгновение в катание на американских горках для пушистого мальчика.
Сильвестр с усмешкой перевернул страницу.
«Ха, иногда я забываю, что он кот».
— Хм... Это лицо со шрамом — Папа Атрокс, Безумец. Он очистил Церковь от многовековой междоусобицы и борьбы за власть. Но он сделал Церковь менее терпимой и более милитаристской, ввергнув мир в темный, больной фетиш публичных сожжений.
— Публичные сожжения? Как моя смотрительца заставила меня ловить рыбу?
— ...
Сильвестр закрыл книгу.
— Что у тебя за фетиш с рыбой? Ты повторил это слово уже дюжину раз за несколько минут.
Мираж опустил голову и показал милые грустные глаза:
— Я скучаю по ней. Ты сказал, что будешь кормить меня рыбой.
— Да. И ты сказал, что усыновишь меня, а сам вот так от меня отмахиваешься. Но не волнуйся, я достану тебе рыбу, когда вырасту. А теперь давай пойдем и встретимся с Папой. Он должен быть в это время на обходе.
Да, Папа. Последние несколько месяцев Сильвестр все время обдумывал свою дальнейшую стратегию выживания. Он стремился к мирной жизни, но для этого ему нужна была сила. Однако теперь он был Божьим Избранником, а это было сродни шоколаду, такому сладкому, что некоторые люди предпочли бы уничтожить его, если бы не могли получить.
Он уже чувствовал странные эмоции Королевы Грасии. Можно было не сомневаться, что на свете есть люди и похуже. Чтобы не оказаться на дне еще до того, как у него появится возможность дать отпор, ему нужно быть на правильной стороне влиятельных людей. Поскольку он был в Церкви, почему бы не нацелиться на самого Папу?
Так что, прихватив с собой болтливого кота, он выполз из комнаты. Его ноги еще не окрепли, поэтому ползти было гораздо удобнее. К сожалению, оседлать Миража он тоже не мог, поскольку тот был невидим для окружающих. Он уже показал достаточно чудес, и меньше всего ему хотелось переусердствовать.
Он знал, что Папа инспектирует Академию Матерей Света каждый месяц в последний день третьей недели.
С милым и глупым видом он выполз из здания и заполз в Академию Матерей Света. Он отправил Миража разведать обстановку с Папой, чтобы стратегически грамотно предстать перед последним.
«Так, теперь я сяду посреди коридора и буду ждать».
Прошло несколько минут, прежде чем Мираж вернулся, бегая и крича, что Папа здесь. Они делали это много раз, и теперь Мираж становился профессиональным разведчиком. Оба терпеливо ждали, пока Папа не окажется в прямой видимости, и тогда Мираж мягкими лапами оттолкнул Сильвестра, чтобы тот мило упал.
— Айя! — воскликнул Сильвестр тихим голосом, от которого таяло сердце.
— О, это наш маленький бард. Ты опять сбежал из своей комнаты? — Папа быстрой походкой подхватил Сильвестра на руки и похлопал его по плечу. За его спиной стояла дюжина высокопоставленных служителей в обычных церковных одеяниях.
Сильвестр достал из кармана своей рубашки маленькую конфету и поднес ее ко рту Папы.
— Конфета!
Папа принял ее со смехом.
— Ты припас еще одну для меня? Молодец, уже проявляешь благотворительные наклонности. Я возлагаю на тебя большие надежды, малыш. Но мы не можем допустить, чтобы ты все время бегал вокруг.
Он оглядел своих помощников и спросил:
— Разве к Божьему Избраннику не был приставлен помощник?
Тот, что шел впереди, быстро ответил:
— Лорд-Инквизитор назначил сэра Адрика Долорема, ваше святейшество.
— Почему он не присматривает за ребенком?
Мужчина не нашел, что ответить, и посмотрел на остальных, которые засуетились, готовя ответ и обсуждая его друг с другом. Вскоре у них появилась причина.
— Кажется, его перевели в южный регион, чтобы... Чтобы он проверил процессию Короля Риверии во время их отъезда отсюда. Мы рассмотрим...
Они закрыли своирты, когда Папа сделал жест рукой. Он повернулся к своим людям и посмотрел им в глаза. Сильвестр заметил выражение лица Папы с близкого расстояния. Он не был похож на того человека, который минуту назад был с ним ласков. Нет, это было истинное лицо Папы. И, как и у всех других членов Церкви, у него тоже была тайная жестокая сторона.
Несмотря на жгучий, едкий привкус во рту Сильвестра, который отвлек его, Папа приказал.
— Посмотрите мне в глаза. Может ли кто-нибудь из вас сказать мне, с каких пор король Риверии стал Папой? С каких пор Инквизиторов стали переводить на другую должность? Одобрил ли перевод Верховный Лорд-Инквизитор?
— Н-нет... Ваше святейшество, — заикаясь, ответили они в унисон.
— Коррупция в Великом Святилище? Кто осмеливается быть коррумпированным, тот не заслуживает спасения. Один, дюжина, тысяча или миллион — я не потерплю никого. Их ждет только смерть! Мир, который мы имеем, не вечен. Однажды те, кто пришел из-за Кровавого Моря, нанесут новый удар. Когда это случится, Церковь будет могущественна, как драконы. Мы двинемся, как я задумал на этот раз, и захватим языческие земли.
— Пусть святой свет просветит нас! — скандировали служители, их тела были мокрыми от пота.
Однако, в этот момент настроение Папы изменилось, и он начал корчить Сильвестру смешные рожицы.
— Ха-ха, наш маленький бард вырастет и станет могущественным Генералом. Он будет убивать тех, в ком течет запятнанная кровь. Разве я не прав... Бу-бу-бу...
— Аха-ха-ха... Га-га, — Сильвестр рассмеялся, когда Папа начал его щекотать.
Однако, жажда крови и фанатизм не удивили его. Но мысленно он задавался вопросом.
«Сначала тот Инквизитор, а теперь этот Папа. Почему в этой Церкви все такие двуличные?»
— Пойдем. Я передам тебя твоей матери.
*************
На следующий день.
«Да, детка! Это то, о чем я говорил! Это то, чего я хотел! Наконец-то!» — восторгу Сильвестра не было предела, когда он увидел, как знакомый рыцарь в доспехах вошел в жилой комплекс Матери Света и встал на страже перед комнатой Сильвестра.
Он запомнил этого человека по нескольким причинам: Во-первых, сочетание черной кожи и поразительных голубых глаз было редкостью в его прошлом. Во-вторых, существование этого человека свидетельствовало о том, что Церковь не заботилась о цвете кожи. В-третьих, сама Церковь в данный момент вызывала у Сильвестра недоумение: иногда она казалась самой мерзкой организацией, а периодически — справедливой и равноправной.
Несмотря на все это, Сильвестр хотел остаться здесь, ибо она была властительницой общества. И все это время он мечтал научиться магии и стать сильнее, но не мог, потому что Ксавия знала только целительство. Он вспомнил, как смог так быстро убить тварь той ночью, но тогда в нем сработал инстинкт самосохранения, и теперь он хотел научиться делать то, что сделал той ночью.
Хотя он понятия не имел, насколько высок ранг Адепта, он знал, что сэр Адрик Долорем был Рыцарем Серебряного ранга и волшебником ранга Адепта. Поэтому то, что взрослый мужчина был его стражником и имел тот же ранг, могло означать только то, что его собственный магический талант был высок.
Наконец-то ему было чем заняться, кроме как слушать, как Мираж рассказывает о том, как можно разными способами полакомиться сочной рыбой.
Вот и сегодня, после ухода Ксавии, сэр Долорем вошел в дом, чтобы посидеть с ним. Оттуда Сильвестр начал свою стратегию ментального манипулирования.
*Бам!*
И снова он выпрыгнул из колыбели. Сэр Долорем поймал его до того, как он успел долететь до пола. Это был его 69-й самоубийственный прыжок за сегодня, и он основательно досадил своему смотрителю.
— Мастер Максимилиан, пожалуйста, не причиняй себе вреда.
— М-Магия! — Сильвестр посмотрел на него щенячьим взглядом и защебетал. Он надеялся сломить стоический характер этого человека и заставить его эмоционально привязаться к себе, поработив его в ловушку.
— Справедливо, если тебе это нравится, — уступил он и поднял ладонь в надежде, что Сильвестр скоро уснет.
Как же он ошибался.
— Ааааа... — увидев, как сэр Долорем создает на своей ладони небольшой огненный шар, Сильвестр ахнул. Он внимательно следил за тем, как Долорем это делает. Не было ни песнопений, ни движений рукой. Он просто появился на его ладони из ниоткуда.
«Как он это сделал?» — недоумевал Сильвестр.
— Магия! — снова защебетал он.
Затем сэр Долорем поднял ладонь к лицу Сильвестра и предупредил.
— Пожалуйста, не бойся.
*Фух*
Внезапно мягкий холодный ветерок ударил Сильвестру в лицо и отбросил назад его короткие золотисто-светлые волосы. Он инстинктивно закрыл глаза, наслаждаясь легким ветерком.
— Ва-ва-ва-ва-а-а... — Мираж попытался съесть ветерок рядом с собой.
Через минуту это прекратилось. Но желание Сильвестра научиться магии возросло стократно. Он уже начал строить в уме гипотезы о природе магии, и для их объяснения было достаточно два слова.
"Манипуляция Стихиями".
«Что еще он может? Скорее всего, это не предел его возможностей. Хм... Как заставить его учить меня? А что, если...»
Он снова сделал милые щенячьи глазки и защебетал:
— Учи! Учи!
— Учи? — растерянно пробормотал сэр Долорем. Повторив это несколько раз в голове, он понял, что он имел ввиду. — Учитель? Мастер Максимилиан, я слишком ничтожен, чтобы быть твоим учителем.
«Отлично, ты хочешь сделать это сложным путем?» — Сильвестр с усилием поднялся на ноги. Мираж молча помог ему. Затем он шагнул вперед и обнял сэра Долорема, прижавшись лицом к его нагрудной пластине.
— Учи! Магия!
— ...
Сильвестр поднял голову и взглянул в глаза мужчины. По ним часто можно было уловить мысли человека и составить представление о его характере. Он увидел неподдельную теплоту и восторг: зрачки мужчины слегка расширились, а сердце учащенно забилось. Сэр Долорем не был похож ни на Верховного Лорда-Инквизитора, ни на Папу.
Опять же, он считал, что сэр Долорем был настолько низкого ранга, что у него не было причин быть злым. Как и в большинстве религиозных мест, большинство низов верят в идею своей религии.
— Ты хочешь научиться магии? — медленно произнес он, думая, что Сильвестр его не понимает.
Сильвестр повторил за ним:
— Магия.
Сейчас сэр Долорем был рядом только для того, чтобы защищать Сильвестра и присматривать за ним. Но он тоже подумывал о том, чтобы стать учителем Божьего Избранника. Насколько это было бы престижно! Он сам видел чудеса, творимые Сильвестром, и почти гарантировал, что в один прекрасный день тот станет высокопоставленным членом.
Быть учителем такого человека было для него большой честью. Он вздохнул и кивнул.
— Девять месяцев назад ты был так мал, но с легкостью убил Пустынного Каннибала. Поэтому я решил, Мастер Максимилиан, что буду учить тебя.
Сильвестр очень ценил то, что, несмотря на то что за ним никто не следил, сэр Долорем оставался почтительным. Это был признак хорошего солдата и человека.
— Я покажу тебе основные вещи, которые мы изучаем в академии. Пожалуйста, подними руку, — Сэр Долорем считал, что Сильвестр его не понимает, но все равно по привычке давал устные указания. Затем он заставил Сильвестра пошевелиться.
— Отлично, я использую магию ветра под твоей рукой, чтобы ты мог почувствовать частицы Солярия.
Сэр Долорем направил ветерок под ладонь Сильвестра. В ответ Сильвестр закрыл глаза и попытался почувствовать воздух. Он попытался вспомнить ощущения того времени, когда из его ладони вырвался яркий магический луч. Оно завораживало и успокаивало его разум.
Он чувствовал себя так, словно часть его тела освободилась. Это было похоже на кровь или воздух, который он выдыхал. Он успокоил его разум и вспомнил, как обучался боевым искусствам в прошлой жизни. Бой заключался в правильном движении и дыхании.
Ты выдыхаешь силу и вдыхаешь, накапливая ее. Он не знал, похожа ли на это магия, но старался дышать именно так.
«Один вдох... Один выдох».
С точки зрения сэра Долорема, то, что делал Сильвестр, казалось похожим на тренировки Рыцаря. Но это не слишком отличалось от тренировок волшебника. Единственное отличие заключалось в том, что нужно было пытаться дышать через ладони. Конечно, не воздухом, а Солярием.
Его поражало, как такой маленький ребенок мог спокойно сидеть так долго. Но он также понимал, что ожидать результатов с первой попытки было бы несбыточной мечтой. Поэтому действия Сильвестра не слишком преувеличивали ожидания сэра Долорема.
— Мне потребовался год, чтобы почувствовать частицы, и еще два, чтобы научиться управлять ими. Ты тоже будешь...
— ...
Он потерял дар речи, когда на пухлой ладони Сильвестра замерцала крошечная искорка яркого золотистого света. Казалось, будто частичка пытается превратиться в свечу. Каждая искра была ярче и длиннее, чем раньше.
— Н-невероятно! Так быстро... Подожди!
Сэр Долорем вытащил руку из-под Сильвестра, но искры продолжали появляться. Он опасался, что для ребенка это будет слишком, ведь истощение магии может по-настоящему убить волшебника.
— Мастер Максимилиан, пожалуйста, очнись.
Сильвестр был слишком очарован успокаивающим чувством. Он не знал, работает ли его магия, но надеялся, что да. Но он продолжал идти, желая запечатлеть это ощущение в своей памяти.
— Мастер! НЕТ!.. ОЧНИСЬ! — зрачки сэра Долорема в панике сузились, когда мерцающие искры превратились в постоянную сферу теплого золотистого света, которая все расширялась. Это выходило за рамки того, чему обычный волшебник учится в первый месяц обучения. И сфера больше напоминала разрушительный луч, чем просто свет.
— Прости меня, но у меня нет другого выхода! — И сэр Долорем решил ущипнуть Сильвестра, чтобы стимулировать остальные чувства последнего.
Но он опоздал...
*Фух!*
Глава 15
*Фух*
Шар расширился со скоростью света и пропитал все в комнате ослепительной вспышкой. Он был теплым и омолаживающим, словно сама благодать Солиса омыла эти земли.
Сэр Долорем ничего не мог разглядеть в этом свете. Но, беспокоясь за безопасность Сильвестра, он протиснулся вперед. И вдруг с удивлением почувствовал, как свет отталкивает его. Он был не слишком сильным, но достаточным, чтобы заставить его напрячься.
Тем временем Мираж просто катался по полу и кричал:
— Мои глаза! Мои глаза!
Кошачьи вопли были очень резкими для слуха, поэтому Сильвестр открыл глаза и посмотрел. Но из его ладони не исходило ничего, кроме ослепительного света.
«Ох! Это интересно».
Свет ничуть не повлиял на него, и он попытался проанализировать происходящее. Сначала он попытался почувствовать, что именно заставляет свет исходить из его ладони.
«Моя кожа как будто дышит. Подобно тому, как я чувствую, что мое тело потеет, я чувствую это, хотя и гораздо комфортнее. Похоже, магия — это биологическая часть тела волшебника. Она так же естественна, как дыхание... Но как же мне разжечь огонь?»
— Мастер Максимилиан!
Из задумчивости его вывели две руки, появившиеся из ниоткуда, схватили его за талию и подняли в воздух. Он потряс головой и огляделся. Мираж кричал о глазах, а Сэр Долорем выглядел изможденным.
— Ах! — громко воскликнул он. Он понял, что магия причиняет им боль. Но возникла проблема.
«Как мне это остановить? Если это похоже на дыхание, я не знаю, как перестать дышать».
*ПА!*
Внезапно ему в лицо ударила пощечина, причинившая боль.
«Он ударил меня?»
Он понял, что произошло. Боль полностью отвлекла его мысли от магии. Но пощечина? Он посмотрел на лицо Сэра Долорема.
Рыцарь быстро опустил его на землю и сел на колени.
— Прости меня за то, что я ударил тебя, Божий Избранник. Я доложу о случившемся и получу соответствующее наказание.
«Кажется, я перестарался. Я не могу позволить этому выйти наружу; мне не нужны лишние глаза».
Он обдумывал, как остановить этого человека, не говоря ни слова. Затем взглянул на Миража: похоже, тот был без сознания.
«Если Сэр Долорем разболтает об этом инциденте своим старшим, они могут убить или отстранить его от службы мне. Кто знает, что за человек будет следующим? Будет ли он учить меня? Нет, я не могу делать ставку на неизвестность. Подождите... У меня есть способ донести эту мысль до людей!»
Сильвестр снова закрыл глаза и приготовился петь свои гимны. Он открыл разум, подыскивая нужные слова, и уже начал произносить первые слова, как за его головой появился яркий круглый ореол.
♫ О смертный, грейся в моем тепле.
Пришло время принести клятву.
Отныне я буду испытывать твою верность. ♫
Сильвестр краем глаза взглянул на мужчину. Он с удовлетворением увидел, что Сэр Долорем сидит, скрестив руки на груди. Мужчина верил во все происходящее.
♫Принеси клятву здесь; твоя вера никогда не поколеблется.
Я — это он, я — это ты, я повсюду.
Я — земля; я — небо, я — воздух.♫
♫Мой свет достигает всех, но остаются язычники,
Негодяи — грешники не меньшие, чем демоны.
Помоги обречь безбожников на темную бездну.
Это твой путь к вечному блаженству.
Запечатлей это в своем сознании, ибо я — Солис.♫
Громкий звук заставил Сильвестра открыть глаза. Сэр Долорем стоял перед ним, бормоча какие-то клятвы.
— Апостол Солиса, я, Адрик Долорем, клянусь служить тебе до тех пор, пока мое сердце позволит мне ощущать тепло твоей милости. Я клянусь защищать тебя своей жизнью, мечом и магией. Только... Пожалуйста, даруй милость моей жене и младенцу-сыну.
«У него есть семья?» — для Сильвестра это было впервые. Слова мужчины мгновенно вернули его в то время, когда он ждал ребенка от своей жены... До того, как все полетело к чертям.
— Айя! — он погладил Сэра Долорема по голове.
Тот поднялся на ноги. Его глаза казались слезящимися. Заметив их, Сильвестр напомнил себе, что он может смотреть на религию в этом мире как на чушь, но для людей здесь это был их образ жизни. Это был их побег от реальности.
Сэр Долорем протер глаза и двинулся, чтобы помочь Сильвестру подняться.
— Странно, ранее я слышал кота.
«Пора симулировать усталость». — Сильвестр откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, постоянно бормоча: "Магия!"
Рыцарь мог лишь наблюдать за происходящим — именно то, что ему было приказано. Однако, он надеялся, что ему больше никогда не придется учить Божьего Избранника, так как чувствовал, что если свет может нанести такой урон, то сколько же смогут нанести огонь, воздух и вода?
Эта мысль, несомненно, не давала ему покоя.
**************
Сэр Долорем был совершенно неправ. Сильвестр не только не остановился, но, наоборот, стал еще назойливее. Он кричал "магия", если сэр Долорем не соглашался его учить. Мало того, он использовал Миража, чтобы ходить вокруг и швырять вещи, чтобы казалось, что все это происходит из-за его злости.
В конце концов малыш одержал победу над рыцарем. Тогда Сэр Долорем взял его на руки и отправился на террасу, чтобы обучать.
Вскоре ученик и учитель оказались лицом к лицу. Сильвестр стоял на ногах, пока Сэр Дорорем пытался передать свои наставления с помощью действий и слов.
— Мастер Максимилиан, я владею только магией ветра и огня. Начнем с ветра. Это заняло у меня много времени... Перейдем сразу к делу.
Сэр Долорем показал свою ладонь, положил на нее немного песка и продемонстрировал, как из его руки рождается ветер. Затем он использовал песок, чтобы создать на ладони крошечное торнадо.
Сильвестр внимательно присмотрелся и заметил, что торнадо не было привязано к ладони. Наоборот, он начал формироваться лишь в нескольких дюймах над кожей.
«Значит, мне придется перемещать частицы Солярия круговыми движениями? Хм, это потребует большего умственного сосредоточения».
Постепенно к нему приходило понимание того, что магия здесь — такой же ментальный подвиг, как и физический. Просто владение магией и высоким талантом не поможет кому-то стать хорошим, если он не будет практиковаться.
«Ладно, попробуем сейчас». — попытался он подражать Сэру Долорему. Он поднял ладонь и попытался почувствовать, как от его кожи исходит та же энергия, что и раньше. Он снова ощутил прилив сил, когда крошечные невидимые частицы начали выходить из пор кожи.
Однако они снова стали принимать форму светового шара.
«Нет-нет, мне нужен ветер!»
Он попытался вращать световой шар, контролируя его интенсивность. Чем больше он возился с частицами, тем более искусным становился. Но проклятый шар не исчезал, и это его раздражало.
— Ты хорошо справляешься, Мастер Максимилиан. Похоже, у тебя высокое сродство со светом, и оно преобладает над другими элементами, — но к этому времени Сэр Долорем начал сомневаться в том, что Сильвестр его понимает.
Поскольку ребенок, казалось, больше следовал его словесным указаниям, чем движениям.
Поэтому он решил проверить гипотезу.
— То, что я тебе показал, называется "Вихревым Штормом". Это движение класса "А", если выполнять его с полной интенсивностью. Те, кто имеет ранг Лорда-Инквизитора, могут создавать тысячи таких торнадо и разрушать города за несколько мгновений. Ты тоже... Однажды сможешь это сделать.
— ...
Сильвестр замолчал, пытаясь заставить воздух на своей ладони вращаться. Наконец, он в отчаянии пробормотал какую-то тарабарщину.
— Ааааа...
Сильвестр не был дураком. Он мгновенно уловил изменение тона и манеры Сэра Долорема. Вместо того чтобы говорить и двигаться одновременно, рыцарь говорил так, словно обращался к равному.
«Этот парень умнее, чем я думал. Он проверяет меня. Жаль, я мастер в том искусстве, которым он пытается меня испытать».
Сильвестр решил пойти дальше с детской театральностью и доказать, что он действительно ребенок. Он сосредоточился на том, чтобы слишком сильно повернуть шар света навстречу ветру, и целенаправленно ударил светом себе в лицо.
*Бам!*
Сильвестр упал на ягодицы, затем лег на спину и начал бить руками и ногами. Он кричал:
— Магия! Магия! Плохая магия!
Он на секунду остановился, заметив, что рядом с ним сидит Мираж и спокойно вылизывает лапы, как будто это обычная театральная постановка. Почему-то Сильвестр почувствовал себя немного оскорбленным этим. Но затем он продолжил брыкаться.
Сэр Долорем устало поднял его на руки и направился обратно в комнату.
— Зря я сомневался. Ну и дела.
«Чертовски верно!» — продолжал вопить Сильвестр.
**************
Так дуэт учителя и ученика ежедневно выходил на террасу. Сильвестр тренировался, Сэр Долорем жаловался, а Мираж развлекался.
Недели ушли на то, чтобы Сильвестр понял, как манипулировать частицами Солярия настолько, чтобы создать на своей ладони небольшое торнадо.
Однако, это был лишь первый шаг. Сэр Долорем быстро решил сделать следующий шаг, поскольку Сильвестр теперь контролировал ситуацию.
— Мастер Максимилиан, на следующем этапе в вихревой ветер добавляется элемент... вот так, — он поднял ладонь и продемонстрировал крошечное торнадо. Но тут же, из ниоткуда, он загорелся.
Сильвестр был искренне поражен прекрасным огненным торнадо. Он представил себе, какой ущерб он мог бы причинить, если бы достиг своего реального размера.
— Маги...
Сэр Долорем прервал его.
— Да, действительно, магия. Это движение класса "S". Даже я не могу поддерживать его полный размер, и никогда не смогу. Для этого нужно выпустить из рук огромное количество Солярия. Ничего страшного, если ты не сможешь этого сделать. Не у всех есть склонность к магии огня.
— ...
— Ахаха... Магия! Магия! — не успел бедный рыцарь договорить, как ладонь Сильвестра поднялась к небу, и на ней закружился неуправляемый огненный смерч высотой в 10 футов, бросая вызов небесам.
*Кланк!*
Сэр Долорем упал в полном недоумении. Его металлические доспехи зашумели, коснувшись бетонного пола.
— Как? Мне понадобилось семь лет, чтобы научиться...
Сильвестр был в ударе и праздновал победу. Но этого было недостаточно. Он поднял другую руку и попытался создать торнадо.
Второй огненный смерч покинул его ладонь и соединился с предыдущим, приняв форму еще большего огненного торнадо. Огненный свет от него засиял вокруг, как маяк на массивной террасе.
— Ахаха... Большая магия!
Если бы не его детский голос, можно было бы принять его за какого-нибудь злодея. Но Сильвестр только радовался, в основном потому, что у него наконец-то появился способ защиты, который он мог использовать в случае опасности.
«Наконец-то! Средство защиты!»
— Ура! Ура!.. — Мираж внезапно проснулся и начал прыгать и кланяться по кругу вокруг Сильвестра, словно совершая какой-то ритуал. Даже Сильвестр не знал, что творится в голове у этого кота-фетишиста.
Тем временем Сэр Долорем оцепенел. Он представил себе, что, возможно, в будущем люди будут вспоминать его как учителя Избранного. Ребенок превзошел все его ожидания, даже если он ставил их очень высоко.
Он также попытался образумить аномалию.
— Конечно, с твоим чудовищным сродством к свету огонь не мог остаться далеко позади. Похоже, нам нужно расширить рамки твоего обучения. Но откуда этот кошачий плач?
— ...
Сильвестр взглянул на танцующего кота. Мираж сошел с ума, забыв, что не должен говорить, когда рядом люди.
«Ты оставляешь мне только один выход, Чонки».
*Бам!*
Он перестал колдовать и схватил кота своими круглыми толстыми ягодицами. Он сделал вид, будто отдыхает, но на самом деле засунул руку в рот Миражу и заткнул его, усевшись на него.
Чуть наклонившись, он прошептал в пушистые уши Миража:
— Чонки, рыба под запретом.
— Няааа!..
Глава 16
В ближайшие недели и месяцы Сильвестру ничего не оставалось делать, кроме как тренироваться и проводить время с котом. Он также время от времени ходил с Ксавией на ее занятия, чтобы узнать, не преподают ли там что-нибудь новое. Но кроме занятий по целительной магии, все остальное было бесполезно.
Даже с Сэром Долоремом Сильвестр не мог научиться ничему, кроме магии огня и ветра. Рыцарь посоветовал ему сосредоточиться на магии света, так как в ней у него был чудовищный талант.
Сильвестр так и поступил, тренируясь каждый день. Он знал, что для того, чтобы стать могущественным, нужно иметь прочный фундамент. Поэтому большую часть времени он проводил, пытаясь контролировать поток Солярия в своем теле.
Самым простым способом было использовать магию света, сконцентрировать ее в маленький шарик и держать в таком состоянии. Однако, он не знал, насколько разрушительна магия света, и полагал, что ее можно использовать только против темных существ.
Кроме магии, он читал книги по географии и истории. Но почему-то карта мира была неполной и показывала только один континент. Он слышал, как Папа говорил о мирном договоре с Востоком, поэтому знал, что это еще не все.
Говоря о Папе, Сильвестр продолжал свои махинации и встречался с ним каждый месяц. Его целью было создать для себя место в сознании этого человека, поэтому он каждый раз угощал его конфетами.
Медленно, но верно он становился частью жизни Папы, так как чувствовал, что старик заботится о нем.
Время шло, и Ксавия была близка к завершению своего пятилетнего обучения, чтобы стать Матерью Света. Но прежде чем она смогла его завершить, всем Матерям Света было дано задание. Они варьировались от простой проповеди до обучения. Ксавия была магом-целительницей, поэтому ей поручили отправиться в далекий город и исцелять больных.
Матери Света должны были стать глашатаями Церкви, ведь люди обычно прислушивались к добрым женщинам и уважали их. Кроме того, Церковь очень оберегала каждую Мать Света: если кто-то причинит вред Матери Света в каком-либо городе или деревне, Церковь пошлет армию и уничтожит это место. Если же речь идет о городе, то все семьи обвиняемых будут вычищены, от младшего до старшего поколения.
Что касается Миража, то его прежний смотритель так и не вернулся. Этого было достаточно, чтобы Сильвестр поверил, что кот был магическим существом, которое сотни лет жило в изоляции, ожидая человека, способного заметить его присутствие.
************
— Вот так, — Ксавия заставила Сильвестра надеть новую одежду. Пару хлопчатобумажных черных шорт и белую рубашку.
Он вырос в красивого юношу, которому было чуть меньше пяти лет. Однако, Ксавия баловала его так, словно он родился вчера. Поначалу ему это не нравилось, но постепенно он привык.
Прежде всего он уважал эту женщину за то, что она все для него делала. В ответ он старался сделать ее как можно более счастливой. И если для этого ему приходилось вести себя с ней немного по-детски, он так и делал.
— Куда мы едем, мама? — спросил он, поправляя свои шелковистые волосы.
Она собирала свой багаж.
— Мне нужно работать, чтобы доказать, что мое обучение завершено. Люди в городе Питфолл на севере страдают от какой-то болезни. Я должна отправиться туда и помочь им с помощью своей целительной магии.
— Я поеду с тобой?
— Конечно. Иначе тебе здесь будет скучно, и я вечно буду беспокоиться, ешь ты или нет. Кроме того, тебе скоро исполнится пять лет, и у нас есть еще несколько лет до начала твоего формального образования. Когда это случится, у нас не останется времени друг на друга, — в ее голосе прозвучало разочарование.
Ксавия знала, что жизнь ее сына в качестве Божьего Избранника будет суровой, даже более трудной, чем у всех остальных детей. Ожидания, возлагаемые на него, будут постоянным грузом, тянущим его вниз, а обязанности никогда не позволят ему найти время для себя. Единственное, чего она желала, — чтобы Сильвестр никогда не терял своей невинной улыбки, но, зная Церковь, это было лишь несбыточной мечтой.
— Не волнуйся, мама. Я никогда тебя не брошу, — невинно ответил он. Это было самое малое, что он мог сделать для ее счастья.
Как всегда, женщина была слишком эмоциональна. Она никогда не упускала возможности обнять его, не упустила она ее и в этот раз.
— О, мой Макс. Почему ты так быстро растешь? Неужели ты не можешь подождать... Может быть, лет до десяти?
— ...
Сильвестр решил, что в данный момент лучше всего промолчать. Но он не мог игнорировать кота, который тоже запрыгнул ему на спину, чтобы обнять.
После короткого сеанса психологической помощи они вышли из комплекса Матерей Света. У ворот их ждал дилижанс с Сэром Долоремом. Рядом с ним для безопасности Сильвестра их сопровождали еще два рыцаря.
Церковь не боялась отпускать Сильвестра в этот раз, потому что их путь лежал в Королевство Грасия — землю, находившуюся под жесткой опекой Церкви. Она была заполнена монастырями, административными учреждениями и заставами инквизиторов. Ни одно королевство на континенте не имело такой близости с Церковью.
Сэр Долорем представил двух новых лиц.
— Мать Ксавия, мастер Максимилиан. Это Черный Рыцарь, Сэр Чарльз Смит. Он будет кучером в этом путешествии. Другой человек — Бронзовый Рыцарь, Сэр Адам Сильвери. Он будет охранять меня.
— Давайте отправимся побыстрее, Сэр Долорем, — сказала Ксавия и вошла в дилижанс.
Но Сильвестр не вошел, а уставился на Сэра Долорема. С этим парнем он договорился еще в тот день.
— Матушка Ксавия, я полагаю, мастер Максимилиан хочет сидеть с кучером впереди.
Говорить сейчас было непродуктивно. Поэтому Сильвестр набросился на нее с самыми лучшими щенячьими глазами, на какие только был способен. Он даже отточил это искусство, взяв уроки у Миража.
Ксавия пыталась бороться с собой, изо всех сил стараясь не поддаваться его чарам. Но, увы, победить ей не удалось.
— Хорошо, но ты должен вернуться внутрь до захода Солнца.
— Да! — он быстро забрался на пассажирское сиденье и сел рядом с Сэром Чарльзом Смитом.
Мужчина быстро отдал честь, скрестив руки на груди; его голос дрожал при обращении.
— О, Милостивый Господь, я молю тебя о благословении.
— Да просветит нас святой свет, — ответил Сильвестр. Для него это было сродни чит-коду, идеальный убийца собеседников.
— ХА!
Вскоре двух лошадей хлестнули, и дилижанс быстро тронулся с места. Сэр Долорем и Сэр Сильвери ехали на своих вооруженных лошадях по бокам. Ближе всех к Сильвестру находился его верный рыцарь.
За последние несколько лет они с Сэром Долоремом стали закадычными друзьями. Хотя Сэр Долорем, возможно, воспринимал Сильвестра не как друга, а скорее как святого апостола, которому он предан до конца. Но Сильвестр никогда не относился к нему как к рабу и всегда оказывал ему уважение.
Это был простой урок, который должны знать все военные в его прошлом мире. Относись к своим подчиненным с уважением, и они будут сражаться за тебя до скончания веков.
Поскольку Сильвестр теперь мог нормально говорить, он поручил Сэру Долорему сообщать ему о различных вещах и достопримечательностях на их пути.
— Мы проедем через Грин-Сити, столицу королевства Грасия, мастер Максимилиан. Дорога, по которой мы едем, называется Грин Роуд.
Сильвестр посмотрел налево и заметил реку, примыкающую к дороге.
— Как называется эта река?
— Голд Ривер, когда-то она привела к золотой лихорадке, которая сделала семью Грасиа настолько богатой, что они превратились в империю. Однако, золота в реке больше нет. Золотая лихорадка случилась две тысячи лет назад.
«Ах, какое прекрасное время для жизни. Это как родиться в XXI веке на Земле. Слишком рано, чтобы исследовать космос, слишком поздно, чтобы ощутить доинтернетную эпоху». — вздыхал он о своей судьбе. Даже Ксавия была нищей, так что ему пришлось строить свое богатство с нуля.
Путешествие предстояло долгое — целая неделя в один конец. Поэтому у него были разные возможности увидеть несколько деревень в этом королевстве. Большинство из них, как оказалось, находились под полным Церковным влиянием. Повсюду, от дверей до окон, были Церковные символы.
Однако, в технологическом плане мир, казалось, застрял в темных веках. Каждый раз, когда дилижанс съезжал с дороги в какую-нибудь деревню, чтобы переночевать, они видели настоящее Королевство Грасия. Мокрые грязные дороги, открытые испражнения животных и людей, люди в грязной одежде и с кривыми зубами.
Дома в основном были построены из дерева и глинобитных кирпичей. Только церковь в этих деревнях выглядела прилично, с ее гладкими каменными, кирпичными и цементными постройками. Ему стало ясно, что Церковь и королевская семья, возможно, поглотили большую часть ресурсов и богатств королевства.
Еще он заметил, что чем дальше они удалялись от Святой Земли, тем ниже становился уровень жизни жителей. А когда они миновали Грин-Сити, ситуация стала настолько плохой, что лучше было бы назвать эти деревни племенами. Но, как всегда, во всех них присутствовало прекрасное здание Церкви.
«Почему люди вообще молятся в этот момент?» — задавался вопросом Сильвестр.
— Питфолл находится за этим последним участком, мастер Максимилиан. Это самый большой город после графства Сандволл. Он граничит с Империей Масан. А горные племена на севере и пустынные варвары на юге постоянно вторгаются в эти земли.
«Должно быть, нелегко присматривать за этим местом». — подумал он.
Из ниоткуда раздался громкий звук боя на мечах. Это насторожило Сэра Долорема и Сэра Сильвери. Они обнажили мечи и посмотрели налево и направо.
Дилижанс только что въехал на большую и пустую площадь маленького городка. Двое мужчин выкрикивали друг другу ругательства.
— Как ты смеешь лапать ягодицы моей жены! — гневно размахивал мечом один из мужчин.
— Я не знал, что у нее кто-то есть... Или что она замужем. К тому же я был в состоянии алкогольного опьянения, так что прости меня, друг.
— Нет! Я вызываю на дуэль света. Под теплом Солиса я одолею тебя и верну свою честь. Согласен ли ты? — первый мужчина закричал.
Сильвестр взглянул на Сэра Долорема в поисках объяснений.
— Что происходит?
— Кажется... У них официальная дуэль. Пока дуэль света вызывается при дневном свете, они должны сражаться до тех пор, пока одна из сторон не будет убита или не признает свое поражение. Дуэль света очень священна, а эти неверные выставляют Солис на посмешище. Это не то место, где вам следует быть, мастер Максимилиан. Наша обитель запланирована в Монастыре.
— Я хочу это увидеть! — щебетал Сильвестр. Это была лучшая возможность увидеть, насколько сильны обычные люди. — Будут ли они плачущими собаками, или это просто царапины?
— Я согласен! — наконец, второй мужчина согласился.
«Ладно, посмотрим». — Сильвестр сидел, полностью сосредоточившись. Он представлял, что победит тот, у кого лучше развита мускулатура.
Они набросились друг на друга и блокировали атаки своими мечами. Вокруг рассыпались искры, и в тело Сильвестра хлынул адреналин. Он чувствовал, что эти люди действительно пытаются убить друг друга.
— Аргх!
Следующим ударом обвиняемый пронзил правую руку мужа, повалив его на землю. Женоубийца ухмыльнулся, глядя на другого мужчину. Он направил свой меч на шею.
— Не волнуйся. Я позабочусь о ней.
— Я признаю свое поражение... Я...
Но мужчина не остановился и попытался нанести удар мечом. Ему бы это удалось, если бы не внезапный громкий звук рога и крики.
*ПА!*
— Дорогу! Сюда направляется орден святой инквизиции! Дорогу! Здесь...
Из ниоткуда в город на своих конях въехала процессия рыцарей в окровавленных инквизиторских мантиях и доспехах. Их было с десяток, а в конце процессии была повозка с клеткой. Внутри клетки была закованная в цепи женщина. Она выглядела израненной, ее зеленая одежда была изорвана, а длинные пепельные волосы растрепаны.
Но при беглом взгляде Сильвестр заметил в ней что-то странное.
«Длинные заостренные уши? Она?..»
http://tl.rulate.ru/book/145545/7821670
Готово:
