Даже самый статный мужчина в строгом костюме выглядит в нем мешковато.
К тому же, Тан Му обернул цель с особой тщательностью.
Разрез по центру, сквозь который виднелся цвет костюма, казалось, был небрежным, но на деле он был рассчитан на то, чтобы убедить Джона, что цель находится у него.
Начальный короткий пробег тоже был частью плана — он должен был дать Джону время, чтобы тот догнал его.
Конечно, чтобы Джон в спешке не успел разглядеть лицо фальшивого Хасена, Тан Му попросил Марка передать ему сообщение: они уже разобрались с Дереком и направляются в поместье.
В такой ситуации Джон был вынужден нагнать и устранить Тан Му как можно быстрее. Иначе ему пришлось бы столкнуться с Марком и его командой.
Джон действовал полностью под контролем Тан Му!
«Сейчас Марк и остальные, вероятно, уводят цель в другом направлении», — подумал Тан Му. — «Даже если я отпущу его сейчас, он уже не успеет».
Весь план был отточен до мелочей, каждый шаг имел решающее значение. Включая то, как Парро и остальные отвлекали Джона, и как Тан Му проникал в поместье, чтобы устранить оставшийся персонал.
Тан Му даже просчитал наихудший сценарий: если Парро и остальные не смогли задержать Джона, им пришлось бы отступить. В таком случае он, оставаясь один, смог бы лишь взять цель в заложники и попытаться сбежать из поместья, действуя по ситуации.
К счастью, Парро и его команда справились, и Тан Му, наконец, смог расслабиться.
«Ха-ха-ха!»
Джон, узнав, что его обманули, не рассердился, а лишь рассмеялся.
«Совсем с ума сошел?» — подумал Тан Му.
«Ты хорош! Из всех крыс, что я видел, ты самая большая!»
«Оставшееся время я буду мучить тебя до самой смерти!»
Лицо Джона исказилось, радость сменилась яростью, в глазах сверкал ледяной блеск, от него исходила леденящая душу аура убийцы.
Тан Му, который уже перешел в невидимость, прижал руку к раненой груди, чтобы кровь не выдала его. Он намеревался оставаться невидимым, пока Марк и его команда не завершат задание.
Джон обвел взглядом окрестности и ледяным тоном произнес:
«Придавленные листья оставляют следы, так что ты можешь стоять только там, где их нет».
Казалось, он догадался о способностях Тан Му, и его подозрительный взгляд перемещался между несколькими местами.
Внезапно Джон взмахнул мечом и отрубил Хасену руку.
Хасен широко раскрыл глаза, не веря происходящему. Недавно он обещал сломать Джону руку. Он и не предполагал, что эта фраза так глубоко врезалась Джону в память, и теперь тот отрубил ему руку в ответ.
Джон, хладнокровный, как змея, без тени эмоций схватил отрубленную руку и метнул ее в те места, которые подозревал. Кровь брызнула из раны, разлетаясь во все стороны.
Капля крови, похоже, прилипла к чему-то и замерла в воздухе.
Глаза Джона вспыхнули серебром, и он бросился в ту сторону.
Тан Му и представить не мог, что Джон настолько жесток, что готов отрубить руку даже своему товарищу. Он был вынужден раскрыть себя и схватить спрятанный под листьями кинжал, чтобы вступить в бой.
«Дзынь!»
Сила удара Джона была значительно больше, чем раньше, и он надавил на клинок Тан Му.
«Вжжжух!»
Маленький метательный нож вылетел из руки Джона.
Уклоняясь, Тан Му откинулся назад и одновременно нанес удар плетью-кулаком в лицо Джона.
Джон не стал уворачиваться, а в ответ нанес быстрый, точный и сильный боковой удар ногой в левый бок Тан Му.
Оба противника отлетели на несколько шагов назад, но уже через секунду снова бросились друг на друга.
Тактика Джона заключалась в обмене ударами: он намеревался измотать Тан Му, используя преимущество в силе и выносливости, обусловленное его уровнем.
После нескольких раундов Тан Му понял его замысел и начал уклоняться.
Джон сделал круговой горизонтальный выпад, заставив Тан Му отступить.
В этот момент в воздухе над ними очертились световые линии. Три противоударных стекла длиной четыре метра обрушились, отрезая Тан Му пути к отступлению и отхода влево и вправо.
«Посмотрим, куда ты теперь сбежишь!»
Джон издал безумный смех, мгновенно собрав всю свою силу, и, подняв вихрь из листьев, бросился на Тан Му, словно пуля.
Тан Му невозмутимо метнул свой кинжал.
Кинжал пронесся мимо плеча Джона.
В момент, когда меч был готов поразить его, Тан Му резко опустился вниз, выставив правую ногу в полуприседе, а левую перпендикулярно ей. Верхняя часть тела повернулась вправо, руки были вытянуты в стороны.
Свет от клинка меча мелькнул перед его щекой, освещая спокойные глаза.
Тан Му уклонился от удара в странной, неестественной позе. Он надавил на левую ногу, и его фигура проскользнула мимо Джона, оказавшись у него за спиной. Он успел поймать брошенный кинжал.
Джон, бросившись вперед слишком стремительно, не оставил себе пространства для маневра. По инерции он не успевал развернуться для защиты. Он также не мог использовать свое оружие, чтобы поглотить кинжал и контратаковать. Ему оставалось только принять удар.
Тан Му взмахнул кинжалом.
«Шшш!»
Кинжал прочертил длинную кровавую полосу по спине Джона. Пистолет, закрепленный на его поясе, также был рассечен пополам.
Издав болезненный стон, Джон наконец развернулся. Он с силой раскрутил свой длинный меч и нанес обратный горизонтальный удар, заставив Тан Му отступить.
Тан Му ударился о созданное Джоном стеклянное ограждение.
«Хрусть!»
Раздался звук чего-то разбиваемого. Этот звук мгновенно задел тонкие струны души Джона, и его могучая аура рассеялась, будто он из злодея превратился обратно в ребенка. У него пропала всякая мотивация сражаться.
Джон, не обращая внимания на Тан Му, опустился на колени, бросил длинный меч, поднял обеими руками обломки пистолета и, опустив голову, задергался всем телом.
Видя, как Джон совершенно потерял бдительность, Тан Му нахмурился, не понимая, что происходит. Осторожно, он подождал несколько секунд. Увидев, что Джон все еще стоит на коленях и что-то бормочет, он решительно бросился вперед и нацелил кинжал в сердце Джона.
В этот самый момент Джон поднял голову. Его глаза были полны слез, он был поглощен безмерным горем. Он плакал, как ребенок, потерявший мать. В его глазах читались лишь печаль и сожаление; казалось, если бы ему дали еще один шанс, он бы бережно защищал этот пистолет.
«Не уходи, мне так больно!»
Сейчас Джон был хрупок и уязвим.
Увидев это, лицо Тан Му дрогнуло, взгляд затуманился. Глубоко спрятанные воспоминания пробудились. Вместе с обрывками картин, лицо, переживающее такую же потерю и рыдающее до полного отчаяния, слилось с лицом Джона.
В этот момент Тан Му неосознанно остановил нож в руке, погрузившись в водоворот воспоминаний, не в силах вырваться. Сознание Тан Му, казалось, перенеслось в другой мир, и он замер на месте.
В отчаянных глазах Джона отражалась фигура Тан Му.
«Давай сбежим из этого мира!» — пробормотал Джон. Его разум полностью помутился, он, видимо, принял Тан Му за кого-то другого.
Световые линии очертили две гранаты, причем без чек. Они находились на расстоянии менее полуметра друг от друга, и взрыв одной из них мог убить обоих.
В момент, когда гранаты начали падать, фигура, словно порыв черного ветра, стремительно ворвалась в лес с огромной высоты по идеальной параболе.
Черный вихрь пронесся сквозь ряд берез, оставляя на стволах черные полосы, и деревья тут же расщеплялись надвое под напором ветра. Черный вихрь окутал Джона и унес его ввысь.
Одновременно под ногами Тан Му произошло нечто странное. Земля под ним, казалось, потеряла свою плотность, и его тело провалилось в землю.
«Ба-бах!»
Волна от взрыва отбросила тяжело раненного Хасена. Его затылок ударился о камень, и он снова потерял сознание.
Черный вихрь обрел форму: перед ними предстал молодой мужчина с металлическими крыльями, каждое перо которых было чрезвычайно острым. Он держал хрупкого Джона и сурово произнес:
«Такое поведение очень разочарует господина Браунинга».
Упомянутый господин был дедушкой Джона.
Услышав имя своего деда, Джон мгновенно вернулся в реальность. Выражение полного отчаяния на его лице сменилось безразличным.
«Эй, эй, эй, это уже дело старика, ко мне не имеет отношения».
На земле Уилл появился недалеко от Тан Му.
«Тан Му», — Уилл слегка похлопал его по плечу сзади.
Тан Му бессознательно обернулся. Его глаза были полны слез, он выглядел как провинившийся ребенок, испытывая вину, смешанную с болью и отчаянием. В этот момент Тан Му обнажил самую уязвимую сторону своей натуры, что резко контрастировало с его обычной уверенностью и невозмутимостью.
Увидев это, зрачки Уилла расширились, а сердце пронзила острая боль.
http://tl.rulate.ru/book/145451/7757544
Готово:
