Чжоу Имин упаковал кукурузные лепешки и переложил тушеные картофель и гуся в таз, оставив только немного бульона с несколькими кусочками картофеля и мяса.
Мяса и картофеля осталось не так много.
Как обычно, Чжоу Чжимин и другие наполнили по миске риса, затем налили на нее ложку бульона, добавили несколько кусочков картофеля и два кусочка гусиного мяса.
Несмотря на это, у них были жирные губы и довольные улыбки, и они надеялись, что такие дни никогда не закончатся.
Не то чтобы они раньше не ели мяса, но ничто не могло сравниться с тем, что приготовил Чжоу Имин. Они не могли не подумать: а что же тогда с этими изысканными блюдами из ресторанов? Наверное, они примерно такие же.
«Дядя Шестнадцатый мог бы хорошо зарабатывать на жизнь поваром, даже если бы не был закупщиком».
«Да! Это вкуснее, чем в ресторанах».
«Ты говоришь так, как будто действительно ел в ресторанах».
…
В доме брат и сестра Лайцай и Лайфан были так увлечены едой, что даже не разговаривали.
Третий дядя Чжоу Сюцин был таким же — он даже пережевал кости и не выплевывал их. Гусиные кости были тонкими, легкими и твердыми — скорее всего, даже деревенские собаки бы их не стали есть.
Он также выпил пару маленьких чашек сладкого картофельного ликера.
Этот ликёр когда-то был заветным запасом старика, но большая его часть оказалась в его чашке.
Теперь, когда у старика было лучшее вино — любезно предоставленное Чжоу Имином — он больше не интересовался сладким картофельным напитком. Он превратился из «Маленькой сладкой» в «Мадам Бык».
Чжоу Имин выбрал нежное гусиное мясо и отдал его своим дедушкам и бабушкам, призывая их есть больше.
Лайфу ел в школе, поэтому никто не звал его на эту трапезу.
Поскольку он учился в школе, они решили, что нет необходимости в особом отношении к нему. Конечно, они все же отложили для него немного еды, чтобы он мог покушать, когда вернется домой после уроков.
Каждый раз, когда у них было что-то столь вкусное, третья тетя следила за тем, чтобы не брать лишнего. Дети едят больше — люди не будут ничего говорить, но взрослые должны сохранять некоторое достоинство.
Честно говоря, ей было достаточно кукурузных лепешек, чтобы быть довольной — она жила гораздо лучше, чем большинство деревенских женщин.
Чжоу Имин несколько раз пытался ее переубедить, но теперь он оставил ее в покое.
Вскоре после того, как она начала есть, Цяньцянь начала капризничать. Третья тетя была вынуждена отложить миску и пойти сменить ей подгузник.
В его душе в личном магазине были подгузники, но Чжоу Имин не осмелился взять их — лучше оставить все как есть. Это было немного неудобно для третьей тети, но, судя по ее виду, она привыкла к постоянной суете.
После того, как все поели, осталось еще много еды.
Чжоу Имин и так не был особо голоден, а братья и сестры Лайфан и Лайцай были еще детьми. Что касается дедушки и бабушки, третьего дяди и третьей тети, то они все специально сдерживались.
Иначе как можно было не съесть десятикилограммового гуся?
Поэтому остатки были отложены на ужин.
По правде говоря, для пожилой пары такие дни уже казались раем. Они не ожидали, что будут есть мясо при каждом приеме пищи.
После уборки посуды вскоре в дом стали приходить пожилые жители деревни, чтобы послушать радио. Развлечений в деревне и без того было мало.
Теперь, когда появилось радио, их скучная повседневная жизнь стала немного богаче.
Чтобы не мешать дневному сну внука, старик и его жена вынесли радио на улицу и сели под деревом. Естественно, никто не возражал.
Чжоу Имин проснулся около трех часов. Он прогулялся по деревне и подслушал урок в школе.
В те времена ученики не смели отвлекаться на уроках — учителя били их по рукам.
Жаловаться родителям было бесполезно — дома их могли избить еще сильнее.
«Имин, если возможно, не мог бы ты привезти из города несколько подержанных учебников?» — спросил директор Чжоу Чжигао.
Количество детей, отправленных в школу, превысило его ожидания, и у них не хватало учебников. Некоторые дети делили один экземпляр. Вчера он поинтересовался в школе коммуны Хунсин, но у них тоже не было лишних учебников.
Поэтому ему пришлось обратиться за помощью к Чжоу Имину.
Чжоу Имин кивнул. «Конечно. Каких классов? Какого издания?»
Он мог просто вернуться в сихэюань и собрать стопку. Единственный вопрос был в том, будут ли издания соответствовать.
Хотя версии учебников не были так разнообразны, как в более поздних поколениях, когда даже школы в одном и том же городе могли использовать разные, все же была вероятность, что те, которые он принесет, будут устаревшими. Лучше спросить заранее.
Чжоу Чжигао передал ему свой экземпляр. «Посмотрите».
Чжоу Имин пролистал несколько страниц.
Он должен был признать, что учебники той эпохи были действительно превосходны, особенно иллюстрации. Они были красиво нарисованы и идеально соответствовали китайской эстетике.
С другой стороны, это было логично. То были деликатные времена. Никто не осмеливался подделывать учебники. Если бы кого-то поймали, последствия были бы не просто легким наказанием — можно было бы закончить жизнь, съев арахис (то есть пули).
Например, если в учебнике появлялся японский флаг — в будущем это не имело бы большого значения, но в наши дни?
Подумав немного, Чжоу Имин сказал: «Я просто соберу по несколько экземпляров для каждого класса. Тебе еще что-нибудь нужно?»
Он также планировал принести в школу солнечную печь и несколько термосов. Он только что заметил, что во всей школе был только один термос — и его принес из дома учитель Гао.
«Пока ничего».
После того, как он сделал запрос, Чжоу Чжигао поспешил обратно в класс. Обычно шумные дети в школе становились послушными маленькими ангелами. Никто не смел вести себя плохо.
Учителя дисциплинировали каждого нарушителя порядка.
Данг-данг-данг...
Урок закончился.
Дочь Чжигао ударила по импровизированному школьному звонку — на самом деле это была просто металлическая пластина, висящая на двери «кабинета».
«Дядя Шестнадцать, выпей горячей воды». Девочка, Сяолань, принесла чашку.
Она была очень благодарна Чжоу Имину.
Вчера вернулся ее бывший жених. Узнав, что Сяолань теперь учительница, он стал еще более рьяным и даже повысил выкуп за невесту. Но ее семья вежливо отказалась.
«Спасибо». Чжоу Имин без раздумий принял чашку. Не нужно было давать ей повод думать, что он придирчив.
«Дядя Шестнадцать, можно я попрошу вас об одном?»
Чжоу Имин замер. Так что горячая вода была не просто благодарностью.
«Давай», — сказал он. Он не возражал.
«Не могли бы вы привезти старую одежду? У некоторых учеников даже запасных штанов нет», — сказала Сяолань.
Если бы у них была старая одежда, она могла бы ее залатать и сделать пригодной для носки. У одного маленького мальчика была только одна пара брюк, и сегодня, играя, он прорвал в них большую дыру и начал плакать.
Он плакал отчасти потому, что это была его единственная пара, а отчасти из-за страха быть избитым дома.
В конце концов, это она их зашила.
«Конечно. Послезавтра, хорошо? Завтра я, возможно, не вернусь».
Как Чжоу Имин мог отказать в такой просьбе?
Позже он увидел, как Чжоу Чжигао во время короткой переменки стриг некоторых мальчиков с длинными волосами. Чжоу Имин не мог не восхищаться им — быть сельским учителем было нелегкой задачей.
Один чинил одежду, другой стриг волосы. Они действительно были для этих детей как отец и мать.
К вечеру Чжоу Имин рано приготовил ужин для своих дедушки и бабушки. Затем он загрузил велосипед и отправился с бабушкой в коммуну Хунсин. Поскольку сзади ехала пожилая женщина, он педалировал медленно и попросил ее крепко держаться.
Он даже подложил подушку на заднее сиденье.
Бабушка была вне себя от радости.
http://tl.rulate.ru/book/145299/8227511
Готово:
