Чэн Сигуан кивнул и поспешил в соседний сихэюань, чтобы найти учителя Вэна.
Вскоре Чэн Сигуан привел учителя Вэна.
Учитывая время, когда кто-то приглашал вас на обед, не было причин отказываться. На одного рта меньше дома означало, что все остальные могли съесть немного больше. Для такого человека, как учитель Ван, который не зарабатывал много и имел несколько ртов, которые нужно было кормить, это было очевидным решением.
«Учитель Ван, давно не виделись!»
Увидев перед собой худого старика в очках, Чжоу Имин быстро встал и принес ему стул.
В его памяти учитель Ван не был особенно отстраненным, но он также не был похож на того жадного учителя Яна из одного телесериала, который даже пробовал на вкус сточные воды. Учитель Ван принимал подарки от учеников, но не намекал на них и не требовал их от родителей.
Он был правильным, следующим правилам человеком.
Когда учитель Ван узнал Чжоу Имин, он был очень доволен.
В последнее время он часто хвастался, что Чжоу Имин был одним из его лучших учеников. Статья о Чжоу Имине в газете? Она распространилась не только в их переулке, но и в нескольких соседних. Как человек из того же района, а тем более как бывший учитель Чжоу Имина, учитель Ван имел все основания для гордости.
«Так это Имин! Превосходно. Я читал статью...»
Учитель Ван с энтузиазмом беседовал с Чжоу Имином.
«Э-э, учитель Ван, это мои крестники, Шэнли и Шэнъи. Шэнли, Шэнъи, поздоровайтесь с учителем Ваном», — Чэн Сигуан воспользовался моментом, когда учитель Ван сделал паузу, чтобы перевести дыхание.
Только тогда учитель Ван вспомнил, что его пригласили по определенной причине.
«Здравствуйте, учитель Ван!»
Учитель Ван улыбнулся и кивнул. «Хорошо! Так ты Шэнли? Я слышал от твоего крестного отца, что ты очень хорошо разбираешься в математике. Давай я тебя немного проверю».
На самом деле, учитель Ван считал, что Чэн Сигуан преувеличивает, пытаясь облегчить своему крестнику поступление в школу. Школы действительно относились с симпатией к одаренным ученикам и часто были готовы пойти на некоторые уступки.
Но из вежливости, особенно учитывая, что он оставался на ужин, учитель Ван не стал его упрекать. Он решил задать пару простых вопросов, чтобы не портить отношения.
В конце концов, он уже почувствовал запах жареной утки — и, возможно, баранины.
Тс-с-с!
Чэн Сигуан действительно сделал все возможное для своих крестников.
Утром Чэн Сигуан уже прислал ему несколько «местных деликатесов». Очевидно, он посчитал, что этого недостаточно, и теперь устраивал пир.
Был ли учитель Ван человеком, которого можно было убедить роскошным обедом? Поскольку он принял подарок, независимо от его величины, он сделал бы все возможное, чтобы помочь.
С обедом или без него, его усилия были бы одинаковыми.
Видя, что учитель Ван собирается проверить знания мальчика, Чэн Сигуан и Чжоу Имин оба поняли, что он, вероятно, задаст ему несколько простых вопросов.
Чэн Сигуан беспомощно усмехнулся. «Учитель Ван, давайте что-нибудь посложнее — хотя бы двузначное умножение или деление».
Что это за тест — однозначное сложение?
Учитель Ван помолчал, затем посмотрел на Чэн Сигуана, и его выражение лица говорило: «Вы серьезно? Не говорите, что я усложнил задачу, если он потом будет смущаться».
Чжоу Имин улыбнулся. «Учитель Ван, у этого мальчика действительно есть талант к математике. Я уже проверил его ранее. Можете задать ему более сложную задачу».
Хм?
Даже Чжоу Имин так сказал? Учитель Ван был наполовину убежден.
Он последовал совету Чэн Сигуана и задал задачу на умножение двузначных чисел.
Шэнли не подвел — он дал правильный ответ за две-три секунды.
Учитель Ван был ошеломлен.
«А как насчет 234 умножить на 481?»
Это трехзначное умножение — он сам мог бы решить его в уме, но не так быстро. Оно случайно было в недавнем тесте, и он запомнил ответ.
«112 554, верно?» — сказал Шэнли, не слишком уверенно.
Чжоу Имин заметил это.
Несмотря на то, что Шэнли всегда давал правильный ответ, он все равно добавлял в конце мысленный вопросительный знак.
Учитель Ван был ошеломлен.
Вдруг его горло пересохло.
Он повернулся к Чэн Сигуану и спросил: «Вы уверены, что он никогда не ходил в школу?»
Это просто не сходилось!
«Он учился чуть больше года, еще в деревне. Потом произошли некоторые события, и обучение прервалось», — поправил его Чэн Сигуан.
Учитель Ван остался скептичным и задал еще несколько вопросов. Чем больше он спрашивал, тем больше радовался.
«Хорошо, хорошо, хорошо! Завтра утром сходи со мной в школу. Он может сразу пойти в четвертый класс», — сказал учитель Ван, явно взволнованный.
Рекомендовать такого ученика давало ему огромное чувство гордости.
К тому же, он сам в настоящее время преподавал в четвертом классе. Естественно, у него были свои корыстные мотивы — он хотел быть учителем Шэнли, чтобы в будущем с гордостью сказать: «Он был одним из моих», как он сделал с Чжоу Имином.
Чэн Сигуан был доволен.
Это было именно то, чего он хотел. Он не хотел, чтобы Шэнли тратил время на то, чтобы начинать с первого класса.
Это было бы пустой тратой его таланта.
«Учитель Ван, я доставил вам неприятности».
Учитель Ван махнул рукой. «Не говорите так! С его математическим талантом он мог бы даже учиться в пятом классе. Но поскольку ему, возможно, придется наверстывать упущенное по другим предметам, я предлагаю начать с четвертого класса, чтобы все было сбалансировано».
«Понятно! Мы будем следовать вашему совету».
Они поболтали еще полчаса, и наконец подали еду.
Жареная утка, тушеная баранина, китайская капуста и кастрюля с белым рисом.
Даже во время Нового года учитель Ван не ел так. Это еще больше укрепило его удовлетворение тем, насколько серьезно Чэн Сигуан отнесся к этой просьбе. Даже если бы Шэнли был обычным ребенком, он все равно сделал бы все возможное, чтобы помочь.
Но с таким талантом любая школа с радостью приняла бы его.
«Посмотри, какой ты худой — Шэнли, ешь больше». Учитель Ван наложил еды Шэнли, проявляя не меньшую заботу, чем Чэн Сигуан, как будто мальчик был его собственным сыном.
Чэн Сигуан: «…»
Учитель Ван, вы переходите черту — вы отнимаете у меня роль.
Поэтому он обратился к Шэньи. «Шэньи, ты тоже ешь. Ешь больше».
Хуан Суцинь позвала Чжоу Имина: «Имин, не стесняйся. Чувствуй себя как дома».
Чжоу Имин рассмеялся. «Тетя Хуан, я даже не знаю, как пишется слово «стесняться»».
Учитель Ван вступил в разговор: «Это правда. Этот парень даже приходил ко мне домой, чтобы поесть».
Э-э... правда?
Это было неловко.
Еще и соседей обманывал? Оригинальный парень был совсем другой.
После еды и небольшого отдыха Чжоу Имин проводил учителя Вана.
Когда они подошли к его двери, Чжоу Имин остановился и сказал: «Учитель Ван, подождите, пожалуйста».
Он зашел в дом и принес бутылку арахисового масла весом около двух цзиней.
Не говоря уже о том, что учитель Ван учил прежнего Чжоу Имина, даже исходя из того, что тот однажды позволил ему пообедать бесплатно, Чжоу Имин считал, что было бы правильно отблагодарить его.
Он подумал и решил, что арахисовое масло — лучший вариант.
В то время масло было тем, что хотели все. Даже если семья учителя Вана не была богатой, они, вероятно, могли позволить себе грубые зерновые, поэтому масло было бы более полезным.
«Учитель Ван, пожалуйста, заберите это арахисовое масло домой».
«Если вы предлагаете, то я с удовольствием приму». Учитель Ван не стал скромничать.
Он не был новичок в получении подарков. Если кто-то дарил ему что-то, он принимал это. Если он не знал наверняка, что семья ученика испытывает трудности, он не отказывался. В противном случае даже директор школы не мог его остановить.
http://tl.rulate.ru/book/145299/8221609
Готово:
