Листья кукурузы царапались, на них были ворсинки, и вскоре лицо Су Цзылинь покраснело, на шее появились прыщики, которые невыносимо чесались.
Су Му первой заметила её состояние:
— Цин, что случилось?
Су Цзылинь почесала шею:
— Ничего, мама.
Она почесалась и продолжила собирать кукурузу. Су Му нахмурилась:
— Что значит ничего? Дай посмотреть.
Она подошла и сразу увидела прыщики на её шее:
— Ой! Что это у тебя на шее?
Как только она заговорила, все остановились. Су Лао Е нахмурился:
— Наверное, это от ворсинок кукурузы. Ты больше не собирай, пойди умойся, иди переворачивай батат.
Су Цзылинь действительно невыносимо чесалась. Она хотела потерпеть, но чем дольше она терпела, тем сильнее чесалось.
В конце концов, они разделили обязанности. Су Лао Е и Су Цзычжун собирали кукурузу, Су Фу и Су Чуаньбай относили собранные початки к дороге. Бай Вэй и Су Му рубили стебли, а Су Цзылинь переворачивала батат.
Когда собрали восемь корзин, Су Лао Е и остальные отнесли кукурузу домой, а Су Му и Бай Вэй продолжали собирать на поле. Когда Су Лао Е и остальные вернулись, Су Му и Бай Вэй уже собрали ещё восемь корзин, и Су Фу с Су Чуаньбаем наполнили корзины и понесли их домой.
К полудню, около трёх часов дня, Су Лао Е сел на краю поля и выпил воды:
— Цин, иди домой готовить обед. Мы ещё один раз соберём и придём есть.
Су Цзылинь закончила переворачивать ряд, выпрямилась и посмотрела на солнце:
— Хорошо, поняла.
Она взяла две корзины кукурузы и медленно пошла домой.
Сейчас была пора сбора урожая, работа тяжёлая, поэтому нужно было есть три раза в день, да ещё с мясом, иначе сил не хватит. Солнце палило, работа была тяжёлой, да ещё и спешили. Если просто перекусить, то сил действительно не будет. Поэтому каждый год во время посевной и сбора урожая, даже в бедных семьях, если не было мяса, доставали хотя бы два яйца, чтобы подкрепиться. Если здоровье подведёт, то всё пропадёт.
Она шла вверх, шла долго, но казалось, что стоит на месте. Она делала три шага вперёд и один назад. Су Му, которая собирала кукурузу, подняла голову и увидела, что Су Цзылинь ещё не вышла с поля. Она рассмеялась:
— Цин, ты что, глупая? Не иди прямо, иди зигзагами. Если будешь карабкаться прямо, когда ты доберёшься до верха?
Су Цзылинь промолчала. Она об этом не подумала. Она последовала совету Су Му: два шага влево, два шага вправо, и действительно забралась наверх.
Проходя мимо поля Су Юнаня, она не забыла напомнить ему:
— Дядя Юнань, приходи к нам на обед!
— Хорошо, понял!
Ответил Су Юнань. На его поле кукуруза уже была собрана, сейчас они переворачивали батат, и уже перевернули больше половины.
Когда Су Цзылинь ушла, Су Вэньфу посмотрел на сына:
— Зачем тебе идти к них есть? Я только сейчас вспомнил спросить, о чём вы сегодня говорили?
Су Юнань не стал вдаваться в подробности, только сказал:
— Меньше спрашивай, больше работай.
— Эй! Ты, паршивец, я же твой отец.
— Я знаю, я не отказываюсь от тебя.
— Негодяй, ты что, хочешь от меня отказаться?
— Мама, папа меня бьёт!
— Старый чёрт, говори нормально, зачем руки распускать? Сын же сказал, меньше спрашивай, меньше спрашивай. Ты что, сплетник что ли?
Су Вэньфу... Он пробормотал:
— Этот парень точно пришёл, чтобы мне долги отдавать.
Су Яншый, отрубав его, повернулась к Су Юнаню и тихо спросила:
— Сынок, вы сегодня говорили о заработке, да?
Су Юнань поднял бровь:
— Молодец, мама, это ты угадала.
Су Яншый засмеялась:
— Эта девчонка — настоящий бог богатства. О чём ещё ты мог с ней говорить, как не о заработке? Если она тебе что-то поручит, ты хорошо выполняй. У этой девчонки много идей.
Су Яншый тоже помогала несколько дней и заработала двести-триста вэней. Она с радостью помогала семье Су, надеясь, что когда-нибудь ей дадут работу. Заработать немного — это уже хорошо.
— Но ты умный, многое делаешь без нашего участия. Как у тебя дела в лавке?
— Так себе.
Равнодушно ответил Су Юнань.
— Подожди немного, если здесь будет работа, может, вернёшься домой. Ты один в городе, мы за тебя переживаем. В лавке ходят богатые люди, вдруг что-то им не понравится, и они начнут придираться. Каждый день улыбаться, как дурак, и бояться. Если здесь будет работа, даже за меньшие деньги, ничего страшного.
Су Юнань не стал спорить. Если бы была возможность, кто бы хотел уезжать? Те, кто приходил в лавку поесть, были не теми, кого можно обидеть. Каждый день нужно было улыбаться, вести себя, как слуга.
— Поговорим об этом позже.
Су Яншый снова спросила:
— Ты слышал, как она сказала тебе прийти поесть?
— Угу.
Ответил Су Юнань.
— Нам нужно кое-что обсудить.
— Хорошо, тогда не работай. Это поле мы с отцом быстро перевернём. Иди посмотри, как у твоего дяди дела, помоги собрать.
— Ладно, тогда я пошёл.
Су Юнань выпрямился, отряхнул руки от грязи и пошёл вниз. Уходя, он слышал, как его отец и мать разговаривали.
— Эй, старуха, ты же мне не давала спрашивать, почему сама спрашиваешь?
— Ты что, не понимаешь? У тебя язык без костей, всё, что знаешь, сразу вываливаешь. Мы разве одинаковые?
— У меня язык без костей?
Су Вэньфу смотрел с недоверием. Что за ерунда? Кто тут без костей?
— А кто ещё? Не я же! Обычно молчишь, как рыба, а как выйдешь из дома, всё, что съел, сразу рассказываешь!
Слушая их перепалку, он усмехнулся, сорвал травинку и засунул её в рот. Он шёл легко и быстро, направляясь вниз.
Су Цзылинь несла две корзины кукурузы, но шла быстро. Наверное, это было связано с тем, что она раньше носила тофу. Когда она только начала продавать тофу, каждый день носила его в горы. После нескольких таких походов, ноги и плечи окрепли.
Когда она вернулась домой, во дворе половина кукурузы была очищена, а половина лежала в шелухе. Корова была привязана у входа в загон, а телёнок спал на кукурузной шелухе, время от времени жуя жвачку.
Дверь была открыта, и, как только она вошла, телёнок испугался, вскочил и убежал. Кукурузная шелуха разлетелась во все стороны. Услышав шум, Су Атай и остальные обернулись.
— Старшая сестра, ты вернулась!
А Сю первой встала, подбежала и немного раздвинула кукурузную шелуху и кукурузу, очистив дорожку. Она высыпала кукурузу в доме и, глядя на золотистые початки, сразу же улыбнулась.
http://tl.rulate.ru/book/145267/7942459
Готово:
