Только если ты сам или твоя группа добьётся успеха, можно будет взять инициативу в свои руки и пересмотреть контракт. Она всегда утешала себя этим, но это не включало продажу. Её образование не позволяло ей жертвовать так много. Она единственный ребёнок своих родителей, можно быть бедным, но нельзя терять человеческое достоинство.
— У меня уже есть примерный план. Я советую сначала попытаться договориться с вашей компанией о расторжении контракта. Если переговоры провалятся, тогда в суд. Этот судебный процесс может затянуться на несколько лет, будьте к этому готовы.
— Хорошо, завтра я с родителями поеду в общежитие, чтобы собрать вещи, послезавтра вернёмся в Кванджу. Когда я успокою и уговорю родителей, я быстро вернусь в Сеул, чтобы заняться судебным процессом. — Ким Чжонэ встала и поклонилась. — Пожалуйста, помогите мне, адвокат Сон.
— Я беру ваше дело. Сначала разберитесь с семейными делами, потом мы подпишем договор о представительстве. — Сон Чжонён закрыла ноутбук и взяла чашку кофе. — Давайте выпьем кофе вместо вина, пожелаем Ким Чжонэ успешного расторжения контракта.
Ким Чжонэ обеими руками взяла чашку кофе, чокнулась с чашкой Сон Чжонён, и на её лице появилась улыбка, характерная для двадцатилетней девушки.
[Чжонён, я только что закончил съёмки, возвращаюсь в отель, предоставленный съёмочной группой]
Ли Чжонджэ днём снимался, у него было мало свободного времени, не было лишних минут, чтобы связаться с Сон Чжонён. После того как он поручил Чжон Усону следить за ситуацией, он сосредоточился на съёмках. Покинув съёмочную площадку, он достал телефон, чтобы связаться с Сон Чжонён. Чжон Усон действительно кое-что выяснил.
— Сейчас почти 23:00, сегодня закончили немного поздно, это был ночной съёмочный день? — В те вечера, когда Сон Чжонён не задерживалась на работе, она обычно ложилась спать в 23:00. Если Ли Чжонджэ звонил после 23:00, Сон Чжонён всё равно отвечала, но Ли Чжонджэ, знавший её распорядок, не звонил ближе к 23:00, если только не было чего-то очень важного, что нельзя было отложить на завтра.
— Сегодня начали снимать ночные сцены, закончили относительно рано. Завтра съёмки, вероятно, закончатся около 3:00. Чжонён, ты, наверное, уже ложишься спать, завтра могу не успеть связаться с тобой. — Ли Чжонджэ сделал паузу, услышав в ответ "угу", и продолжил: — Днём мне звонил Джэсок. Участница женской группы компании Y, Чжонэ, обратилась к тебе. Из-за опасений по поводу фона их компании я немного волнуюсь, поэтому попросил Усона проверить ситуацию.
Усон выяснил кое-что. Менеджер женской группы SON1 задолжал крупную сумму из-за азартных игр. Президент компании Y связан с организациями, занимающимися порнографией, точнее, съёмками порнографических фильмов. Эти фильмы не выходят на большой экран, но у них много преданных зрителей, включая экспорт в такие страны, как Таиланд, Мьянма и другие страны Юго-Восточной Азии, а также в некоторые европейские страны, где порнография легальна. Ким Чжонэ, скорее всего, была новой кандидаткой для съёмок, но по случайности ей удалось сбежать, и ей повезло, что её спас Джэсок. Я не знаю, сколько знает эта айдол, но, Чжонён, браться за это дело рискованно. Женщины-актрисы снимаются в порнографии; за исключением очень немногих, кто добровольно идёт на это, ещё используют долги из-за азартных игр для контроля, и даже наркотики.
Ли Чжонджэ, пройдя через индустрию, не может сказать, что не сталкивался с этими тёмными сторонами, но он придерживался своих принципов и в итоге стал одним из крупных игроков. Эти незаконные вещи в индустрии обычно не касались его, но шоу-бизнес — это отрасль, которая легко загрязняется наркотиками, азартными играми и порнографией. Тёмные стороны этого круга — это то, что посторонние никогда не смогут представить.
— Эта компания, хоть и маленькая, но довольно многогранна в своих пороках, — дала оценку Сон Чжонён, услышав это. — Независимо от того, наркотики, азартные игры или использование порнографических фильмов для контроля, эти действия явно незаконны. Если вмешается прокурор, если только они не смогут предложить что-то, что заинтересует прокурора, они не смогут избежать наказания.
Чжонджэ-оппа, мне повезло: у меня много старших братьев-прокуроров, а также прокуроров, которых знают мои старшие братья. Моя опора довольно крепка, пока нет риска её обрушения.
Сон Чжонён имела в виду, что если произойдёт что-то непредвиденное или если президент этой компании будет угрожать, она обратится за помощью. Это нормально — просить помощи у семьи, если сам не справляешься.
— Кроме того, мои амбиции не так велики, я довольно дорожу своей жизнью. Пока этот президент не перейдёт черту, я ведь всего лишь адвокат. В мире много несправедливости, я могу помочь только тем клиентам, которые обращаются ко мне. Ким Чжонэ поручила мне вести дело о расторжении контракта, она также чётко сказала, что не осмеливается сообщить в полицию о том, что её продал менеджер, и я буду делать только то, что она мне поручила.
Сон Чжонён хорошо знала свои возможности. Она не могла взять на себя задачу бороться за права народа. Она выросла в детском доме, и единственное, в чём она превосходит других адвокатов после того, как стала адвокатом, это не её профессиональные навыки и способности, а её сеть связей с прокурорами по всей стране и их отношения.
— Похоже, эта айдол не совсем ничего не знает. Да, как только попадаешь в этот круг, даже самый чистый лист бумаги покрывается слоем пыли. Нельзя исключать, что с поддержкой семейного фона можно держаться подальше от этих беспорядков и шума, но Ким Чжонэ была просто деревенской девушкой из Кванджу, а компания, в которую она попала, была создана бывшим боссом банды, который решил завязать. Сейчас видно, что он не совсем завязал.
Чжонён, если столкнёшься с опасностью, помни, что нужно просить о помощи. Если не успеешь, не упрямься. Если президент компании Y ещё хочет оставаться в индустрии, у него не хватит смелости обидеть меня. Тем более, зная о твоих связях, он не причинит тебе вреда, если только не захочет покинуть Корею.
Ли Чжонджэ немного переживал из-за заботы, но поговорив с Сон Чжонён, он также осознал, что немного переволновался.
— Теперь я гораздо спокойнее. Ложись спать пораньше, и если, не дай бог, что-то случится, обязательно свяжись со мной сразу, хорошо?
— Я занималась тхэквондо, в случае опасности я спрячусь. Чжонджэ-оппа, ты тоже ложись спать пораньше. — Сон Чжонён нажала кнопку на электрических шторах, шторы медленно закрылись. Тёплый свет у изголовья кровати смягчал красивые черты лица Сон Чжонён. Внешне мягкая, внутренне сильная, Сон Чжонён никогда не боялась опасностей и вызовов.
— Угу, оппа скоро ляжет спать, ты ложись пораньше. — Ли Чжонджэ как раз вошёл в отель, попрощался с Сон Чжонён и поднялся на лифте в номер.
Приняв душ, он позвонил Чжон Усону.
— Как? Что сказал адвокат Сон? — Чжон Усон, когда не работал, тоже был совой, тем более сегодня у него были дела. Он не лёг спать, пока не получил сообщение от Ли Чжонджэ.
— Я не отговаривал её не брать дело Ким Чжонэ о расторжении контракта, просто рассказал Чжонён кое-что. Она не сказала, что не возьмёт, значит, уже решила взять это поручение. — Ли Чжонджэ одной рукой играл с пеной в ванне, другой рукой небрежно опирался на край ванны. Телефон лежал на передвижном столике, на столе также стоял бокал красного вина. — Как можно отговаривать? Нельзя. Я ведь ещё не парень Чжонён, а когда мы станем семьёй, я тоже не смогу вмешиваться в её работу. Это как если бы Чжонён сказала мне в будущем не сниматься в фильмах с постельными сценами и поцелуями, это просто нереально.
http://tl.rulate.ru/book/145261/7956306
Готово:
