Он был удивлён, что ему придётся разбираться с делом о домогательствах, да ещё и со стороны его двоюродного брата к подчинённому мужчине. Если бы не просьба его тёти и не то, что его отец переложил это дело на него, он бы не стал вникать в это, пусть его брат сам разбирается. Если дело получит огласку, это может повлиять на акции компании.
Теперь всё зависело от того, сможет ли он договориться с адвокатом и Чо Минджуном. Если удастся уладить дело деньгами, он будет только рад. В конце концов, эти деньги не из их семейного бюджета, и ему всё равно.
— Чо Минджун — один из самых выдающихся сотрудников нашей компании за последние три года. Лично я очень надеюсь, что он останется в компании. Если он не хочет продолжать работать в отделе маркетинга, в моём секретариате есть вакансия. Может, обсудим? — Лим Ынжу проявил свою искренность, но он не знал, что Сон Чжонён уже отвезла Чо Минджуна в прокуратуру для подачи заявления. Это было не просто гражданское дело.
— Я всего лишь адвокат. Решение о том, продолжать ли работать в вашей компании, может принимать только Минджун. Кроме того, рабочая среда в вашей компании нуждается в улучшении. По крайней мере, с точки зрения безопасности на рабочем месте, если начальник отдела может угрожать и домогаться подчинённого, я не рекомендую Чо Минджуну продолжать работать здесь.
Сон Чжонён прямо заявила причину увольнения Чо Минджуна. За Лимом Ынжу следовали четыре сотрудника, а за Сон Чжонён — два охранника. С одной стороны был открытый офис, и большинство сотрудников слышали их разговор.
Лим Ынжу улыбнулся, вошёл в офис и попытался лично поговорить с Чо Минджуном, но тоже потерпел неудачу. Чо Минджун был непреклонен. После оформления увольнения он покинул компанию вместе с Сон Чжонён. Чо Минджун попрощался с Сон Чжонён и уехал домой на такси.
Сон Чжонён осмотрела парковку, нашла офис управления парковкой, открыла телефон, показала фотографии и видео с повреждёнными машинами, потребовала просмотреть записи с камер и использовала небольшую денежную мотивацию. Управляющий покинул комнату наблюдения на пять минут, оставив Сон Чжонён одну. Она быстро открыла записи и сняла на телефон видео с Чо Минджуном и Чхве Ёнъу.
Сон Чжонён не передавала данные на свои устройства. Такие доказательства должны быть получены прокурором. Прокурору не нужно её совета или указаний, особенно если это старший прокурор Кон Хёнчхоль.
На третий день после подачи заявления полицейский Квон уведомил Сон Чжонён, что они получили уведомление от старшего прокурора Сеульской районной прокуратуры Кон Хёнчхоля о передаче дела прокурору. Полиция больше не участвовала. Сон Чжонён потребовала письменное объяснение, и полицейский Квон выдал его в соответствии с процедурой.
После получения уведомления от полиции Сон Чжонён собиралась поехать в прокуратуру для обсуждения с прокурором Кон, но по дороге получила звонок от Чо Минджуна. У его дома собрались пять или шесть человек, похожих на хулиганов. Его мать, выходившая за покупками, была остановлена. В районе распространялись листовки, и через громкоговоритель повторялось: «Чо Минджун — гомосексуалист, бесстыдник», «Чо Минджун бесстыдно соблазнял начальника».
— Позвони в полицию. Дело о нападении, которое мы подали три дня назад, уже передано прокурору. Сейчас не выходи из дома, снова позвони в полицию. Если прокурор снова заберёт дело, он, вероятно, объединит его с другими. Если нет, полиция будет разбираться в соответствии с законом о поддержании общественного порядка, и мы включим это в гражданский иск.
Сон Чжонён развернула машину и направилась в район, где жил Чо Минджун.
— Я уже еду. Как чувствуют себя твои родители? Твоя сестра и брат, который учится в школе, не пострадали?
— Адвокат Сон, не беспокойтесь, я не выхожу. Я позвонил брату, с ним всё в порядке. У сестры тоже всё нормально, — голос Чо Минджуна был полон тревоги. Его сексуальная ориентация была раскрыта таким драматичным образом.
— Ты видишь, чтобы кто-то из них снимал? Вряд ли это просто хулиганство. Такие вещи могут стать горячей темой в СМИ, — сказала Сон Чжонён.
— Я не вижу. Среди зрителей кто-то держит телефон. Один человек мне не знаком, возможно, он из их группы. Можно ли остановить их связь с медиа? — голос Чо Минджуна был полон паники. Хотя его предупреждали, он всё же нервничал, когда это произошло.
— Не волнуйся, я здесь. Ты можешь бояться, но не сдавайся, Минджун. Прокурор уже взял дело, и процесс идёт. И не только они могут связаться с медиа, мы тоже можем. Ты готов смело дать интервью MC? Есть ли MC, которого ты любишь? Я попробую кого-нибудь найти.
Сон Чжонён сразу подумала о Ли Чжонджэ. С его связями в индустрии, можно было легко найти нужного человека.
— Я не сдамся, адвокат Сон. Я хочу выиграть у них. Можно ли связаться с Ю Джэсоком? Вся моя семья любит его, — Чо Минджун был человеком, который мог волноваться, бояться и сомневаться, но в его характере была явная стойкость. С поддержкой семьи и помощью адвоката Сон, Чо Минджун больше ничего не боялся.
— Ю Джэсок? Хорошо. Если они свяжутся с медиа, мы тоже свяжемся. Если нет, мы будем действовать по плану, — Сон Чжонён не хотела, чтобы Чо Минджун преждевременно столкнулся с общественным осуждением. Давление общественного мнения иногда может довести человека до смерти. Дело Ли Чжонджэ было использовано вышестоящими лицами, чтобы заглушить новости. Общественное мнение контролировалось сверху, и интервью после завершения дела было бы наиболее выгодным.
Когда Сон Чжонён прибыла в район Чо Минджуна, хулиганы уже ушли. Она вместе с Чо Минджуном, который вёл отца на инвалидной коляске, посетила управляющую компанию и жителей района, снимавших видео. Большинство согласились предоставить свои записи, но некоторые закрыли двери, увидев Чо Минджун. Отец вздохнул, Чо Минджун опустил голову, а Сон Чжонён собирала доказательства, чтобы позже передать их прокурору Кон.
Дядя Чхве Ёнъу был президентом средней компании, а его мать также происходила из этой семьи. Его жена была дочерью директора кулинарной школы, и обе семьи были богатыми. Они не могли позволить себе такого позора и пытались связаться с прокурором Кон Хёнчхолем, но он их игнорировал. Однако знакомые им прокуроры сказали, что ключом к решению прокуратуры о возбуждении дела являются доказательства и их подлинность.
Две семьи через посредников связались с наставником Сон Чжонён, Кан Сонсаном, надеясь, что он уговорит свою ученицу расторгнуть договор о представительстве. Они были готовы компенсировать все убытки. Кан Сонсан категорически отказался. Его ученица не должна была работать, оглядываясь на богатые семьи.
Чхве Ёнъу также пытался через посредников связаться с Чо Минджуном, требуя, чтобы он признал, что лгал, и предлагая деньги. Чо Минджун ответил: «Пошёл вон».
Когда переговоры зашли в тупик, и прокурор получил несколько доказательств, включая видео, Чхве Ёнъу несколько раз вызывали для дачи показаний. По совету адвоката он сначала отрицал домогательства, но перед лицом множества доказательств признал, что совершал действия, выходящие за рамки нормального поведения, под влиянием Чо Минджуна. Однако Чхве Ёнъу не смог предоставить вещественных доказательств, только показал, что Чо Минджун получал в компании больше, чем его коллеги того же уровня. Они якобы имели нормальные деловые отношения.
http://tl.rulate.ru/book/145261/7956290
Готово:
