— Хе-хе, спасибо за добрые слова, хозяйка. Сегодня после закрытия я напишу объявление о найме и постараюсь найти хорошего преемника для дедушки, — сказал Чо Рёуок.
Он действительно не планировал работать курьером в закусочной, но дедушка чётко сказал ему, что он должен работать здесь, пока не сможет или пока хозяйка не закроет закусочную, потому что человек должен быть благодарным.
Ли Юнджин поступит в Сеульский университет в марте 2011 года, а Чо Рёуок и его дедушка, отвечающие за повседневную работу закусочной, справятся и с наймом нового сотрудника. Накануне вечером Ли Юнджин получила электронное письмо с уведомлением о зачислении и сообщила об этом своей матери в Великобритании. Утром на её банковский счёт поступило 50 000 фунтов стерлингов. Получив поздравительные цветы от Вон Бина, Ли Юнджин попыталась позвонить ему, но он был занят, поэтому она отправила сообщение, чтобы сообщить, что получила уведомление о зачислении.
Около 15 часов дня, когда в закусочной не было клиентов, снаружи раздался шум. Ли Юнджин подняла голову, и занавеска внезапной распахнулась, когда две женщины ворвались внутрь. Одна из них прижала другую к полу, крича:
— Ты, любовница, соблазнила моего мужа и ещё заставила своего брата испортить моего сына! Я убью тебя, убью!
Женщина, которую прижали к полу, была меньше ростом.
— Ты ошибаешься, я не соблазняла твоего мужа! Клянусь небом! Иначе я умру!
Чо Дониль, услышав шум на кухне, поспешил в зал и встал у входа.
— Хозяйка, всё в порядке? Кто вы? Уходите, иначе я вызову полицию!
Ли Юнджин покачала головой. Она знала или догадывалась, кто одна из женщин. Та, что была активнее, оказалась сестрой Вон Бина, Ким Сокмин. Однажды она из любопытства спросила Вон Бина, все ли в его семье такие красивые. Вон Бин покачал головой и показал фотографию своей сестры. Каждая черта её лица была красивой, но вместе они выглядели обыкновенно. Она была красивее большинства корейских женщин, если не делала пластических операций.
— Дедушка, идите на кухню, я разберусь, — сказала Ли Юнджин, видя, что Чо Дониль не хочет уходить. — Всё в порядке, если что, я позову. Не нужно вызывать полицию.
Чо Дониль посмотрел на двух женщин, которые перестали драться, и, поскольку хозяйка настаивала, чтобы он ушёл, он вернулся на кухню, но остался за занавеской, чтобы в случае чего помочь.
— Может, сначала сядете? — предложила Ли Юнджин.
Ким Сокмин и Чхве Чжонъён сели. Ким Сокмин заняла место за столом, а Чхве Чжонъён села напротив.
— Ты, любовница, такая наглая! Здесь так много мест, а ты обязательно села за мой стол. Тебе нравится отбирать чужое, да? Твои родители родили тебя, чтобы ты позорила их?
Чхве Чжонъён молчала, опустив голову. Ким Сокмин продолжала ругаться.
— Не молчи! Ты звонила моему мужу ночью, твой брат занимался с моим сыном английским, и его оценки стали ещё хуже. Ты такая злая любовница? Ты разрушила мой брак, а теперь хочешь испортить будущее моего сына? Ты думаешь, если будешь молчать, всё пройдёт? Сегодня я нашла тебя здесь, а завтра не побоюсь прийти к тебе на работу!
Чхве Чжонъён подняла голову. На её лице не было ни паники, ни вины, только дерзость.
— Я сказала, ты ошибаешься. Я не любовница твоего мужа.
Ким Сокмин схватила со стола коробку с приправами и швырнула в Чхве Чжонъён.
— Как ты объяснишь эти ночные звонки и сообщения? Что ты написала в сообщении? Что если ты что-то сделала, то не отрицай. Я уже в таком положении, а ты всё ещё хочешь избежать ответственности. И ещё одна фраза, которая меня поразила: я уже стала твоей любовницей, почему ты не можешь развестись и жениться на мне?
— Ты хочешь, чтобы Мён Пхун развёлся и женился на тебе? Мечтай! В нашей стране ещё существует уголовное прелюбодеяние. Я подам в суд с этими доказательствами, и ты с изменником сядете в тюрьму.
Ким Сокмин бросила в лицо Чхве Чжонъён распечатанные листы бумаги.
— Я не знаю, есть ли у твоего мужа любовница, но я не она, — сказала Чхве Чжонъён, скомкав бумаги и бросив их в мусорное ведро рядом со столом.
Они полностью забыли, что рядом находится ещё один человек. Ли Юнджин, послушав их, достала телефон и позвонила Вон Бину. Она уже упоминала ему, что репетитор, которого нанял его зять, не очень хорош, но не ожидала, что всё зайдёт так далеко.
— Оппа, у меня в закусочной… — начала Ли Юнджин, но тут Вон Бин уже вошёл в зал.
— Юнджин, я получил твоё сообщение, — сказал он, поднимая телефон, но увидел свою сестру с растрёпанными волосами и немного помятой одеждой. Женщина напротив выглядела ещё хуже. — Сестра? Что случилось с твоими волосами?!
— Точон, как ты здесь оказался?! — спросила Ким Сокмин, глядя на брата без маски, а затем перевела взгляд на Ли Юнджин за кассой.
Ли Юнджин заметила её взгляд и вежливо кивнула.
Чхве Чжонъён, увидев вошедшего Вон Бина, поняла, что брат Ким Сокмин — знаменитость, но ни она, ни её брат никогда не упоминали, что дядя её ученика — знаменитый актёр Вон Бин.
Вон Бин подошёл к кассе и сел за ближайший свободный столик.
— Сестра, эта женщина тебя ударила? — спросил он с лёгким раздражением.
Он совсем не боялся быть узнанным. Корейские актёры, особенно из Чхунмуро, подвергались меньшим ограничениям, чем айдолы.
Ким Сокмин временно отвлеклась от выяснения отношений между братом и хозяйкой закусочной. Увидев внезапно появившегося брата, она почувствовала обиду, глаза её наполнились слезами.
— Точон, твой зять изменил мне, он предал меня.
Вон Бин, видя состояние сестры, не попросил Ли Юнджин уйти. Если бы он это сделал, это выглядело бы так, будто он считает её чужой. Если бы ситуация была обратной, он бы почувствовал себя неловко. Ты ухаживаешь за мной, твоя сестра попала в беду, и я узнала об этом раньше тебя. Даже если я только видела фотографию, я узнала твою сестру и позвонила тебе. Ты пришёл на место происшествия, а теперь просишь меня уйти из моей закусочной, чтобы освободить место для вас. Если сейчас ты считаешь меня чужой, то в будущем всё, что касается твоей семьи, тоже будет для меня чужим.
Ли Юнджин подошла к Ким Сокмин, дала ей салфетки и помогла сесть. Ким Сокмин закрыла лицо руками и начала плакать, всхлипывая. Ли Юнджин осторожно пригладила её растрёпанные волосы.
— Онни, теперь пусть Вон Бин оппа разберётся.
Вон Бин, видя, как Ли Юнджин заботится о его сестре, бросил на Чхве Чжонъён пронзительный взгляд.
— Ты любовница моего зятя Мён Пхуна? Его коллега?
— Я… я коллега Мён Пхуна, но не его любовница. Твоя сестра ошибается, — ответила Чхве Чжонъён с саркастической улыбкой. — Если я любовница Мён Пхуна, пусть меня сбивает машина.
— Ты знаешь, кто я, не нужно представляться ещё раз, — сказал Вон Бин, поднимая с пола разбросанные бумаги. — Эти переписки не доказывают твою невиновность. Я всего лишь актёр, но разобраться с парой, нарушившей закон о прелюбодеянии, для меня не так уж сложно. Ты говоришь, что не любовница Мён Пхуна, а доказательства где?
Вон Бин аккуратно положил бумаги на стол, его аура была настолько сильной, что Чхве Чжонъён стало трудно дышать.
— В любом случае, я не она.
Вон Бин не стал тратить время на разговоры и сразу позвонил Мён Пхуну. После пяти гудков тот ответил.
— Шурин, что случилось?
— Чхве Чжонъён твоя коллега? — спросил Вон Бин, постукивая пальцами по столу, ожидая ответа.
— А, да, а что? — голос Мён Пхуна уже выдавал неуверенность.
Как Чхве Чжонъён могла попасть в руки шурина?
— И она твоя любовница, с которой ты изменял жене? — этот вопрос напугал Мён Пхуна.
http://tl.rulate.ru/book/145261/7956215
Готово:
