Цюй Цзяньлэй долгое время пребывал в оцепенении, с трудом подавляя внутреннее потрясение. Наконец, он покачал головой.
— Кажется, я что-то такое припоминаю, но… это ведь не имеет отношения к совершенствованию?
— Кто знает, как совершенствовались в древности? — посмотрел на него темнокожий мужчина. — Ты сейчас придираешься, да?
Слова прозвучали грубо, но это был лишь тактический ход. Он надеялся, что такая формулировка заставит собеседника объясниться, и, возможно, удастся выудить полезную информацию. Однако Цюй Цзяньлэй не стал спорить, а лишь безразлично улыбнулся.
— Как скажешь.
Три иероглифа на обложке были ему до боли знакомы, и он не верил, что эта вещь может помочь в совершенствовании. Лицо темнокожего мужчины вытянулось.
— Значит, наших козырей недостаточно для сотрудничества с тобой?
— Я бы очень хотел сказать «нет», правда, — с серьёзным видом ответил Цюй Цзяньлэй. — Но если вы украли такую книгу, то сотрудничать действительно нет смысла.
— Ты что, изучил эту книгу? — внезапно вмешался Хилтон. — Если нет, то не стоит быть таким категоричным, а?
— Не до конца, — Цюй Цзяньлэй посмотрел на него и многозначительно улыбнулся. — К твоему разочарованию.
Его уклончивая позиция ясно давала понять: «Даже если я не изучил её до конца, я знаю о ней гораздо больше, чем вы!»
Попытка Хилтона выудить информацию провалилась, и он досадливо скривился. Тем временем темнокожий мужчина показал ещё одно изображение.
— Это начало книги. Ты уверен, что оно совпадает с тем, что ты знаешь?
Цюй Цзяньлэй мельком взглянул. Как и ожидалось, ещё шесть рукописных иероглифов Шэньчжоу. К этому моменту он уже лучше контролировал свои эмоции и спокойно кивнул.
— Совпадает.
— Ты уверен, что Божественные письмена, которые ты видел, точь-в-точь такие же? — пристально глядя на него, спросил темнокожий.
«Божественные письмена?» — Цюй Цзяньлэй моргнул, снова ощутив странное чувство. Но в итоге он лишь улыбнулся.
— Ну… в целом, да.
Чем более туманно он отвечал, тем больше это раздражало двух воинов А-класса. Ощущение, будто смотришь на цветы в тумане, сводило с ума. Подумав, темнокожий мужчина показал третье изображение.
— Эти шесть Божественных письмен — из какой строки?
Цюй Цзяньлэй взглянул на него, достал сигарету, закурил и лениво произнёс:
— Сам посчитай, в чём проблема?
— Я бы хотел убедиться… — серьёзно сказал темнокожий. — Что вы действительно знаете эту книгу.
Услышав это, Цюй Цзяньлэй рассмеялся.
— Ты мне не доверяешь, это твоё дело… но чтобы я ещё и доказывал тебе что-то, это уже слишком, не находишь?
— Это ведь несложно, правда? — не унимался темнокожий. — Если согласитесь, будет и награда.
— Информационные барьеры существуют… — Цюй Цзяньлэй вскинул бровь. — Сначала скажи, какая награда.
— У организации есть и другие подобные древние книги, — медленно произнёс темнокожий. — Возможно, мы сможем продолжить сотрудничество.
— Продолжить сотрудничество… и только «возможно»? — Глаза Цюй Цзяньлэя слегка блеснули. Затем он задумчиво кивнул. — Раз так… если мне не изменяет память, это девятнадцатая строка.
Шесть иероглифов гласили: «Жун в четыре года мог уступать груши» — это и была девятнадцатая строка «Троесловия». Да, они украли из Башни Редких Книг именно «Троесловие»! Книга была рукописной, и, скорее всего, это была копия. Но, так или иначе, это была книга с Земли, и Цюй Цзяньлэй сгорал от любопытства. Однако он не мог этого показать, чтобы не вызвать подозрений. Всё-таки перед ним сидели два воина А-класса, и пусть их боевые навыки были под вопросом, наблюдательности им было не занимать.
Он предположил, что это девятнадцатая строка, не для того, чтобы покрасоваться, а потому, что не знал, полный ли экземпляр им достался.
Два воина А-класса переглянулись и кивнули — этот парень действительно знал книгу. Помолчав, темнокожий мужчина снова спросил:
— Что означают эти шесть Божественных письмен?
— Не знаю, — отрезал Цюй Цзяньлэй и серьёзно добавил: — Твои вопросы… переходят все границы!
Он, конечно же, не собирался объяснять значение этих иероглифов. История о Кун Жуне, уступавшем груши, произошла во времена династии Хань, но исторический контекст не был главной проблемой. Он не хотел, чтобы они овладели языком Шэньчжоу. Цюй Цзяньлэй не знал, сколько книг с Земли попало в этот мир. Но одно слово «Божественные письмена» говорило о том, насколько важен был для Империи язык Шэньчжоу. А если вспомнить, что они даже нумерацию вели по принципу «Небо, Тайна, Земля, Жёлтые Реки, Вселенная, Пустошь», становилось ясно, какое огромное значение они этому придавали.
Однако язык Шэньчжоу, хоть и был иероглифическим, за тысячи лет эволюции стал настолько сложен, что просто так его не расшифруешь. Даже на Земле он считался одним из самых трудных для изучения. Цюй Цзяньлэй был абсолютно уверен, что как только он продемонстрирует свои познания в «Божественных письменах», о спокойной жизни можно будет забыть навсегда. Даже достигнув уровня Высшего, он не смог бы избежать алчных взглядов бесчисленных людей.
К тому же, почему он должен делиться тысячелетним наследием Шэньчжоу с Империей? А если подумать о последствиях, то, овладев языком Шэньчжоу, Империя могла бы вычислить местоположение Земли, и это стало бы катастрофой. И это не было паранойей. Вспомнив о планете-свалке, он понял, что Империя способна на хладнокровные эксперименты над целой планетой.
Руководствуясь как принципом информационных барьеров, так и заботой о своей родной планете, Цюй Цзяньлэй не собирался ничего объяснять. Не говоря уже о том, что это касалось его личного благополучия и даже жизни.
Увидев, что его лицо изменилось, темнокожий мужчина напомнил:
— Господин, у нас есть и другие книги с Божественными письменами.
Это был намёк: если не поделишься информацией, о сотрудничестве можно забыть.
Цюй Цзяньлэй мысленно усмехнулся. Они не знали, что другие книги на языке Шэньчжоу его не так уж и интересовали! Больше всего он хотел узнать, откуда они их взяли. А что касается того, какие ещё книги у них были, ему было, в общем-то, всё равно. Получит — хорошо, не получит — тоже не беда. Если уж сравнивать коллекции, то у Сяо Ху хранились почти все известные ему книги на языке Шэньчжоу. Сравнение было бессмысленным — общество, которое считало «Троесловие» сокровищем, вряд ли могло похвастаться богатой библиотекой.
То, что его «глаза блеснули», было лишь игрой. Он решил, что, услышав о книгах с Божественными письменами, он должен отреагировать именно так, чтобы не вызывать подозрений. Услышав их завуалированную угрозу, Цюй Цзяньлэй равнодушно ответил:
— Что ж, мне остаётся только… сожалеть?
— Тебя не волнуют книги с Божественными письменами? — задумчиво посмотрел на него темнокожий.
— Не то чтобы не волнуют, — покачал головой Цюй Цзяньлэй. — Просто ваши требования слишком высоки, мне приходится отказаться.
Видя, что он непробиваем, два воина А-класса потеряли дар речи. В гостиной воцарилась тишина.
— Эта древняя книга… она точно не о совершенствовании? — наконец спросил Хилтон.
— Сколько раз мне ещё повторять? — с досадой посмотрел на него Цюй Цзяньлэй. — Если не веришь, можешь не спрашивать!
— А сколько всего Божественных письмен в этой книге? — снова спросил Хилтон.
— Что? — на мгновение растерялся Цюй Цзяньлэй, а затем ответил: — Сам посчитай, в чём проблема?
Он считал этот вопрос слишком наивным.
— В коллекции Башни Редких Книг… был неполный экземпляр, — ответил Хилтон.
— Так и знал, что неполный, — Цюй Цзяньлэй задумался. Он и сам предполагал, что книга может быть неполной, но не ожидал, что угадает. Впрочем, то, что они так дорожили копией неполного «Троесловия», казалось ему абсурдным. Незнающий человек мог бы подумать, что это какая-то святыня.
— «Так и знал»? — Хилтон снова ухватился за его слова. — Ты догадался, что она неполная?
Цюй Цзяньлэй почувствовал усталость и не стал больше подыгрывать.
— Всё это время только вы меня спрашиваете. Это нормально?
Услышав это, Хилтон замолчал.
— Спрашивай, — кивнул темнокожий мужчина.
Цюй Цзяньлэй закурил и, прищурившись, спросил:
— Ту схему багуа… где вы её достали?
Лицо темнокожего мужчины приняло странное выражение.
— Ты говоришь, что мы переходим границы… а сам-то?
— Я перехожу границы? — вскинул бровь Цюй Цзяньлэй. — Похоже, вы её тоже где-то украли?
— Способ приобретения был законным, — серьёзно ответил темнокожий. — Просто источник мы раскрыть не можем.
— Ладно, — кивнул Цюй Цзяньлэй. — Кроме схемы багуа, вы нашли ещё что-нибудь, связанное с совершенствованием?
— Кое-что было, — на этот раз темнокожий ответил довольно откровенно. — Этой информацией мы тоже можем с тобой поделиться.
Цюй Цзяньлэй молчал, глядя на него. «А теперь, пожалуйста, ваше "но"».
— Но в таком случае мы будем в убытке, это не соответствует принципам сотрудничества. Ты должен что-то дать взамен.
— Я предпочитаю говорить по существу, — кашлянул Цюй Цзяньлэй. — А что касается вознаграждения, я его уже дал… То, что та древняя книга не имеет отношения к совершенствованию, сэкономит вам много времени. У тебя есть возражения?
Темнокожий мужчина, поколебавшись, кивнул.
— Ладно, ты… в общем-то, прав.
Помолчав, он добавил:
— Раз эта книга нам не нужна, то наше сотрудничество должно быть посвящено другим проектам… Но детали мне нужно будет обсудить с организацией, чтобы понять, на какие условия мы можем пойти.
— Хорошо, — кивнул Цюй Цзяньлэй. — Но в следующий раз я хочу видеть энергетический рис и кристаллы.
Сотрудничество не состоялось, договор не был заключён, но они обменялись некоторой информацией, что было лучше, чем ничего. Теперь ему нужно было выполнить оставшиеся договорённости — закупить энергетический рис и кристаллы.
Темнокожий мужчина и Хилтон уехали. На полпути первый спросил:
— Что ты думаешь об этом человеке?
— Он действительно загадочен, — покачал головой Хилтон и вздохнул. — Мы с самого начала неправильно с ним повели.
Он был тем, кто планировал их первую встречу, и теперь ему пришлось признать свою ошибку.
...
http://tl.rulate.ru/book/145071/10544645
Готово:
