Помимо проблем с шахтой, господин Ван также повёл Цзян Нинъюэ и Тянь Цзюня в северную часть деревни.
Деревня Сяохэвань, как следует из названия, располагалась у речной излучины. Эта река была притоком реки Байхэ.
Сейчас река была заполнена мусором, вода стала грязной и зловонной, с чёрно-зелёным оттенком. Хотя стояла не летняя жара, в воздухе витал резкий неприятный запах.
Цзян Нинъюэ невольно зажала нос. Господин Ван с грустью заметил:
— В детстве я помню, как эта река была кристально чистой. Мы с друзьями ловили здесь рыбу, а взрослые стирали бельё. А теперь посмотрите, во что она превратилась.
— Почему так произошло? — поинтересовалась Цзян Нинъюэ.
— Сброс отходов с фабрик, — объяснил господин Ван. — Они переехали сюда пару лет назад, и вода быстро почернела. Чем грязнее становилась, тем хуже было. Сюда сваливают всё подряд. Я искренне надеюсь, что власти займутся этим вопросом.
Господин Ван добавил несколько фраз, которые нельзя было публиковать, но суть сводилась к коррупционным схемам между чиновниками и бизнесом. Особо он отметил нынешнего члена Постоянного комитета провинции Хайчжоу, заместителя губернатора Оуян Цзянь.
Ведь именно он курировал программу промышленной реформы в провинции Хайчжоу.
После этого господин Ван привёл Цзян Нинъюэ к члену местного комитета деревни Сяохэвань, господину Чжану.
Цзян Нинъюэ спросила:
— Нынешнее состояние реки — это результат деятельности близлежащих шахт и фабрик?
— Да, — кивнул господин Чжан. — Когда руководство уезда выделило им землю под строительство заводов, предприятия построили, но не предусмотрели систему очистных сооружений. В нашей деревне никогда не было специальных стоков или канализационных труб. Фабрики торопились начать работу, поэтому просто сбрасывали отходы в реку.
Так продолжается уже четыре-пять лет, и качество воды ухудшается с каждым годом. И дело не только в реке — я боюсь, что загрязнение затронуло и грунтовые воды. У нас до сих пор есть колодцы, и многие жители жалуются, что вода в них стала непригодной для питья.
Проблема экологии — избитая тема.
Но её упорно игнорируют, и причина проста: забота об окружающей среде потребует переноса промышленных предприятий. Многие города и уезды зависят от этих заводов, которые обеспечивают налоги и экономические показатели. Что важнее — деньги и достижения или экология?
Кажется, это даже не выбор.
Покинув деревню Сяохэвань, Цзян Нинъюэ и её группа отправились вверх по течению реки. По пути они обнаружили несколько канализационных стоков, из которых в реку непрерывно поступали сточные воды.
Прохожий, заметив Цзян Нинъюэ, не удержался от комментария:
— Репортёр Цзян, наконец-то вы к нам приехали! Раньше в нашем уезде были зелёные горы и чистая вода, в пригороде можно было устраивать пикники и рыбачить. Но теперь, после загрязнения от этих заводов, не то что рыбу ловить — мёртвую рыбу не увидишь.
Цзян Нинъюэ кивнула:
— Как вы считаете, жизнь за последние годы улучшилась?
Прохожий задумался на несколько минут, затем медленно ответил:
— Доходы выросли, рабочих мест стало больше. Раньше зарабатывали тридцать-пятьдесят тысяч в год, а теперь семьдесят-восемьдесят. Но это не оправдывает загрязнения реки и окружающей среды. Всё упирается в систему очистных сооружений — если бы власти решили этот вопрос, заводы бы не сбрасывали отходы в реку!
— В этом есть логика, — улыбнулась Цзян Нинъюэ.
Затем Цзян Нинъюэ и Тянь Цзюнь отправились в Управление экологии города Байхэ. Охранник остановил их, спросив о цели визита. Услышав, что это журналисты провинциального телеканала, он сразу же доложил начальству.
— Ага, корреспонденты программы «30 минут народной жизни». Как вас зовут?
— Цзян Нинъюэ, — спокойно ответила она.
— А, Цзян Нинъюэ...
Едва он произнёс это имя, как тут же положил трубку. Через две минуты из здания выбежала группа людей, запыхавшихся от спешки.
Исход заместителя начальника управления Сисуя был ещё свеж в памяти. Услышав имя Цзян Нинъюэ, руководство экологического управления Байхэ побледнело от страха и бросилось встречать гостей.
— Репортёр Цзян, здравствуйте! Проходите, пожалуйста, в конференц-зал.
В окружении чиновников Цзян Нинъюэ и Тянь Цзюнь вошли в зал заседаний. Цзян Нинъюэ спокойно посмотрела на заместителя начальника управления, господина Чжао:
— Господин Чжао, я приехала, чтобы обсудить экологические проблемы уезда Байхэ. Изначально это казалось локальной проблемой деревни Сяохэвань, но на месте выяснилось, что это системная беда для нескольких районов Байхэ.
— Верно, — смущённо признал Чжао. — Экологические проблемы в некоторых районах Байхэ действительно серьёзны. С 2013 года мы планировали строительство современных промышленных зон с полной инфраструктурой, но работа ещё продолжается.
— Река возле деревни Сяохэвань превратилась в зловонную сточную канаву. Вода не только отвратительно пахнет, но и почернела. По пути мы видели, как многие заводы напрямую сбрасывают отходы в реку. Экологическое управление в курсе?
— В курсе, — кивнул Чжао. — Мы уже оштрафовали виновные предприятия на 100 000 юаней и потребовали исправления нарушений.
— Но ничего не изменилось, — удивилась Цзян Нинъюэ. — Я только что была там — сброс продолжается.
— В этом месяце штраф уже выписан, — объяснил Чжао. — В первый рабочий день следующего месяца мы снова посетим предприятия, оштрафуем их и потребуем исправлений.
Цзян Нинъюэ усмехнулась:
— Похоже на сбор дани, не так ли? Можно ли понять это так, что предприятия платят по 100 000 в месяц за право продолжать загрязнять реку?
— Ну, это не совсем так, — замялся Чжао. — Крупные предприятия штрафуем на 200, 300, даже на миллион — по максимуму.
— Но суть та же?
Цзян Нинъюэ вздохнула:
— А нельзя ли просто остановить работу этих предприятий? Пусть возобновят деятельность, только когда построят очистные сооружения.
— Э-э… — Чжао неловко улыбнулся, взглянул на молчавшего Тянь Цзюня и сказал: — Репортёр Цзян, вы профессионал, поэтому я не буду лукавить. Но вы должны пообещать не публиковать мои слова.
Цзян Нинъюэ оценила его честность — ведь она даже не использовала свои методы, чтобы добиться правды. Она кивнула:
— Обещаю. Говорите.
— Эти предприятия — крупные игроки не только городского, но и провинциального уровня. Они дают огромные налоги и имеют прочные связи с руководством города и провинции. Мы, экологическое управление, хоть и отвечаем за окружающую среду, но можем действовать только в рамках правил. Честно говоря, если я закрою эти предприятия утром, к вечеру меня снимут с должности и заменят на того, кто сможет выдержать давление.
Слова Чжао заставили Цзян Нинъюэ надолго замолчать. Фактически он был прав — у него просто не было реальных рычагов влияния.
Конечно, как ответственный руководитель, он, вероятно, получил свою долю выгоды. Но это не меняло того, что он не мог кардинально решить проблему.
После паузы Цзян Нинъюэ спросила:
— А во время первой проверки Центральной экологической инспекции эту проблему в Байхэ не выявили?
Чжао снова неловко улыбнулся:
— Тогда ситуация была не так критична. Та река, о которой вы говорите, тогда ещё соответствовала третьему классу чистоты. А теперь это уже пятый, наихудший класс.
http://tl.rulate.ru/book/145035/7727818
Готово:
