Днём снова пошёл снег, но те, кто шли раньше, уже протоптали дорогу.
Е Лаосы и Е Циншань, будучи высокими, шли без труда.
Как и предсказывал Е Лаосы, как только они вошли в дом Е Цзюаньэр, Е Лаотайтай начала их ругать.
Но досталось только её сыну.
— Я просила тебя позвать Циншана на ужин, а ты копаешься, как будто ползёшь! Поручишь тебе что-то, а ты ни на что не годишься!
Закончив ругать Е Лаосы, Е Лаотайтай тут же повернулась к Е Циншаню с доброй улыбкой, будто сменила маску.
— Циншань, на улице холодно, обувь не промокла?
Скорее заходите в дом, погрейтесь. Солнце уже садится, ветер холодный и резкий, берегитесь, чтобы не простудиться.
Не беспокойтесь, тётя, у нас на границе куда холоднее. Когда снег идёт, он может меня с головой накрыть, мы уже привыкли.
Но всё равно простудиться нехорошо, — Е Лаотайтай потянула Е Циншаня в дом, усадила на кан и, почувствовав его мозолистые руки, с жалостью сказала: — Сколько же ты натерпелся за эти годы на чужбине.
Е Лаосы, последовавший за ними, услышав это, заметил:
У нас за проходом тоже снега хватает, когда по самую макушку — обычное дело!
Ты везде суёшь свой нос! — Е Лаотайтай нахмурилась и шлёпнула Е Лаосы по спине. — Разве тебя в такую погоду гоняли на улицу? Ты же всё время на кане валялся! А Циншань в армии не только каждый день тренировался, но и воевал, тебе с ним сравниться?
Не сравниться, не сравниться, — Е Лаосы поднял руки в знак сдачи.
Знаешь, что не сравнишься, так иди отсюда, не мешай.
Е Циншань хотел было заступиться за Е Лаосы, но он так давно не чувствовал себя любимым старшими, что невольно наслаждался этим моментом.
Е Лаотайтай, словно прочитав его мысли, сказала:
Циншань, не обращай на него внимания, садись на кан, погрейся.
Дом Е Цзюаньэр по планировке почти не отличался от родового дома семьи Е, только задний двор был поменьше, а расположение комнат было практически одинаковым.
Для сегодняшнего ужина в главном доме на канах в западной и восточной комнатах поставили большие низкие столы, вероятно, позаимствованные у кого-то из соседей.
Е Дасао хлопотала на кухне, а Е Цзюаньэр с Е Саньсао помогали ей.
Е Сяньсинь сновал между главным домом и кухней, таская миски, палочки и блюда...
Пройдя пару раз, он не выдержал:
Е Сяньлэй, ну почему ты не можешь помочь? Только и знаешь, что играть!
Е Сяньлэй в это время играл с Чжан Тянь и, услышав это, тут же развернулся, показывая девочку:
Старший брат, я же не просто играю, я за ребёнком присматриваю! Давай поменяемся: ты посидишь с ней, а я пойду блюда носить?
Е Сяньсинь взглянул на Чжан Тянь. Хотя она выглядела мило, дети такого возраста, если начнут капризничать, могут свести с ума.
В первый год его ученичества в уездном городе его основной обязанностью было помогать мастеру по хозяйству и присматривать за детьми.
Даже сейчас эти воспоминания казались ему кошмаром.
По сравнению с присмотром за ребёнком он предпочёл бы накрывать на стол.
Е Сяньлэй, видимо, знал это и, увидев, как старший брат брезгливо морщится, понял, что его уловка сработала.
Чжан Тянь в его руках была куда серьёзнее:
Дядя, если тебе нужно... ммм...
Она хотела сказать, что, если Е Сяньлэю нужно заняться делами, она может пойти играть с другими детьми. Она уже не малышка и не нуждается в постоянном присмотре.
Но не успела договорить, как Е Сяньлэй закрыл ей рот ладонью.
Е Сяньсинь подумал, что она собирается заплакать, и с сочувствием посмотрел на брата: разве можно заткнуть ребёнка рукой? Это только усугубит ситуацию.
Но самому ему не хотелось нянчиться, поэтому он поспешил на кухню, втайне надеясь увидеть, как брат будет беспомощно пытаться успокоить ребёнка.
Учитывая, как Е Лаода и Е Дасао любят Чжан Тянь, если Е Сяньлэй её расстроит, они точно разозлятся.
Однако, когда Е Сяньсинь вышел с двумя тарелками, криков так и не раздалось.
Во дворе Е Сяньлэй с веткой в руке что-то рисовал с Чжан Тянь на снегу в углу.
Неужели брат так хорошо умеет обращаться с детьми?
Е Сяньсинь вдруг вспомнил: ведь брат тоже ученик в столице, наверняка и ему приходится сидеть с хозяйскими детьми.
Судя по тому, как ловко он управляется с Чжан Тянь, опыт у него уже есть.
Эта мысль немного успокоила Е Сяньсиня.
Брат, о чём ты задумался посреди двора? — раздался голос Е Сяньлэя с характерным говором. — Если не зайдёшь в дом, еда остынет!
Е Сяньсинь нахмурился, услышав, как брат перенял акцент семьи Е, и уже хотел сделать замечание, но остановился.
Вдруг ему пришло в голову: если Е Сяньлэй продолжит в том же духе, его скоро выгонят из столичной лавки.
Хотя это были лишь фантазии, Е Сяньсинь невольно улыбнулся.
Родители всё хвастались, какой Е Сяньлэй способный. Интересно, куда они потом денутся?
Самым талантливым и достойным сыном, приносящим родителям славу, должен быть он, Е Сяньсинь!
После ужина у Е Цзюаньэр второго числа новости о возвращении Е Циншаня с границы быстро разнеслись по деревне Жунси.
Е Цзюаньэр, ходя в гости, всё рассказывала об этом.
Ах, небо сжалилось и вернуло Циншаня живым. Его родители умирали с незакрытыми глазами, но теперь могут успокоиться.
Верно, и жену взял, и двух сыновей растит! Весной поедет за ними!
А некоторые в деревне болтали, что у семьи Е на родовом кладбище что-то не так, мол, одного за другим забирает. Теперь, когда Циншань вернулся, этим сплетням конец!
Некоторые просто злые языки. С тех пор как семья Е вернулась, я с ними больше всех общаюсь. Если бы что-то было не так, разве не у меня бы первой случилась беда?
Но посмотрите, у нас всё хорошо. Да ещё и Сян Лэй в столицу устроился.
Е Цзюаньэр, прожившая в деревне десятки лет и со всеми знакомая, обошла дом за домом и быстро распространила весть: Е Циншань вернулся целым и невредимым, обзавёлся семьёй, и у Е Дунлиня всё-таки есть наследник.
Приход Е Циншаня заставил многих в деревне усомниться в словах Ван Эр-нянзи.
После пожара семья Ван временно поселилась в старом пустующем доме Лю Гуафу.
Даже дрова и зерно, которые они использовали, были временно взяты у деревенских взаймы.
Ван Эр-нянзи, то ли от злости, то ли притворяясь, лежала на кане, стеная, что ей плохо.
Услышав, что Е Циншань неожиданно вернулся, она почувствовала, как у неё сдавило грудь.
Едва она придумала способ насолить семье Е, как большинство деревенских уже поверило ей, и вот-вот началось бы их отчуждение. Но семья Е даже пальцем не пошевелила, и всё разрешилось само собой.
http://tl.rulate.ru/book/145030/7837982
Готово:
