— Сестра, попробуй моё блюдо, — сказала она, затем, помедлив, тихо спросила: — А можно мне попробовать твою курицу по-гунбао?
Е Дасао тут же протянула ей чистые палочки:
— Конечно, ешь! Можешь даже всю тарелку взять!
Остальные, увидев, что они начали угощать друг друга, а Цэнь Лао на сцене не возражает, тоже стали обмениваться блюдами.
Чжоу Сяониан попробовала курицу по-гунбао, и её глаза загорелись.
— Как вкусно! — прошептала она. — Сестра, ты просто волшебница! С таким мастерством ты точно победишь!
— Спасибо, сестричка, прими мою благодарность!
Они весело болтали, как вдруг раздался чей-то голос:
— Точно победит? Давайте-ка посмотрим, кто это так уверен.
Это был Яо Цзиньжун. Не дожидаясь разрешения, он взял палочки и схватил по кусочку из обеих тарелок.
Хоть он и был посредственным поваром, но отличить вкусное от невкусного мог.
— Да ничего особенного, — буркнул он, хотя внутренне был поражён. — Не обольщайтесь, здесь много кто лучше вас. Посмотрите на сцену — много ли там женщин? Скажу прямо: как бы вы ни старались, во второй тур вас не пропустят.
Е Дасао знала, что это неправда, но Чжоу Сяониан забеспокоилась.
— Не волнуйся, сестричка, скоро объявят результаты! — успокоила её Е Дасао.
Действительно, Цэнь Лао и другие судьи вскоре огласили список десяти победителей.
— Кажется, все уже попробовали блюда друг друга. У кого-нибудь есть возражения против этого списка?
Большинство молчало, но вдруг Чжан Чуаньлу поднял руку:
— Я против! Юйнянцзы не должна побеждать!
Эти слова привлекли всеобщее внимание.
Чжан Тянь не понимала, что происходит, но услышала, что кто-то выступает против Е Дасао, и чуть не расплакалась от волнения.
Сам Чжан Чуаньлу, выкрикнув это, тоже опешил. Сюй Лэй рядом с ним в ярости топнул ногой.
Первый тур — какой разница, кто победил?
Чжан Чуаньлу ведь тоже прошёл!
Зачем лезть напролом? Совсем с ума сошёл.
Теперь все смотрели на него, ожидая объяснений.
Даже Цэнь Лао спросил:
— Ну и в чём же её ошибка?
— Её... её курица по-гунбао должна быть из куриной грудки, а она использовала окорочка!
Воцарилась тишина. Судьи, участники, зрители — все замерли.
— Ты взрослый человек, орёшь на весь зал — и всё из-за этого?
Сюй Лэй закрыл лицо рукой, делая вид, что не знает этого человека.
Через мгновение толпа взорвалась возмущёнными возгласами.
— Какая разница, какое мясо? Она же не свинину использовала!
— В первом туре не было ограничений, каждый готовил что хотел. Если ей нравятся окорочка, какое тебе дело?
— Да кто сказал, что курица по-гунбао должна быть только из курицы? Да хоть из свинины, назови тогда свинину по-гунбао — и всё!
Чжан Тянь, слыша эти разговоры, тревожно спросила Е Лаода:
— Папа, с мамой всё будет хорошо?
— Не волнуйся, разве ты не слышишь, как все её поддерживают?
Услышав это, Чжан Тянь сладко улыбнулась и начала кланяться в сторону толпы.
Сидя на плечах отца, она и так выделялась среди всех.
А её красивое лицо и наряд, подаренный Цинь Хэсюанем, делали её ещё заметнее.
Зрители уже перешёптывались, обсуждая, какая прелестная девочка сидит напротив и чья это дочь.
Вот они всего лишь сказали несколько справедливых слов в защиту госпожи Юй, а эта девочка уже улыбается и кланяется в их сторону, просто прелесть.
— Похоже, эта малышка — дочь госпожи Юй?
— Как же ей повезло: сама — искусная повариха, муж — высокий да крепкий, да ещё и дочь такая милая да умная.
— Вы только что не видели, как она покраснела и чуть не расплакалась, когда шеф-повар Чжан сказал, что блюдо госпожи Юй приготовлено неправильно.
— Да у Чжан Чуаньлу совсем крыша поехала — ищет пятно на солнце, даже ребёнка напугал.
Чжан Чуаньлу, уже высказавшись, теперь слушал пересуды вокруг и понимал, что погорячился. Но назад дороги не было, и он мог лишь надеяться на императорского повара на сцене. Ведь простолюдины разве в таких тонкостях разбираются?
Вань Цзыцю, видя, как Чжан Чуаньлу с надеждой уставился на него, вздохнул и сказал:
— Блюдо «курица по-гунбао» изначально действительно готовили из куриной грудки. Поэтому в рецептах, когда оно стало популярным, указана именно грудка.
Услышав это, семья Е снова занервничала. Зрители тоже засомневались: неужели Чжан Чуаньлу прав?
Однако Вань Цзыцю тут же добавил:
— Мы, повара, конечно, должны уважать традиции, но нельзя и застывать в догмах. Нужно стремиться к улучшению и новаторству.
Если в «курице по-гунбао» заменить грудку на окорочок, вкус станет ещё лучше.
Это улучшение ввёл учитель Цэнь много лет назад. Теперь даже в «императорской кухне» это блюдо готовят с окорочком, а не с грудкой.
Так что возражение этого повара несостоятельно. Есть ли у кого-то ещё вопросы?
Манера речи Вань Цзыцю полностью соответствовала его облику: сдержанная, но убедительная. Пара фраз — и сомнения Чжан Чуаньлу были развеяны.
Если даже «императорская кухня» так делает, значит, сам государь ест «курицу по-гунбао» из окорочков. Кто посмеет оспаривать?
Хочешь возражать — иди сам к императору!
Чжан Чуаньлу тут же притих.
Ни за что на свете он не осмелился бы критиковать вкус государя.
После первого тура госпожа Е, разумеется, прошла в следующий этап. Чжоу Сяониан тоже вошла в десятку лучших. Среди прошедших были также Чжан Чуаньлу из «Яньбинлоу», Цянь Юньфэй из «Фудиньсюань», Люй Цзиньюй из «Цзуйсяньлоу» и другие.
А вот Яо Цзиньжун, шурин Люй Цзиньюя, уверенно приготовил «девятикратные свиные кишки» и специально подождал до конца, надеясь на эффектное выступление.
Но едва его блюдо подали на судейский стол, как членам комиссии чуть не стало дурно от запаха.
Яо Цзиньжун возмутился:
— Что за вонь? Кишки тем и хороши!
Без запаха какой в них смысл? Лучше уж просто мясо есть!
Но судьи к тому моменту уже попробовали десятки блюд. Даже по одному кусочку от каждого — и то объелись. Этот «аромат» они вынести не смогли, не то что оценить, и Яо Цзиньжун моментально вылетел из конкурса.
Как только первый тур закончился, Яо Цзиньжун тут же юркнул в сторону, собираясь улизнуть в суматохе.
Но Е Лаосы уже караулил его и не собирался так просто отпускать.
Едва учитель Цэнь объявил об окончании первого тура, Яо Цзиньжун пригнулся, пролез под верёвку, огораживающую зрителей, и рванул в толпу.
http://tl.rulate.ru/book/145030/7837930
Готово:
