Готовый перевод After Escaping Famine, the Three-Year-Old Fubao Became Everyone’s Treasure / После бегства от голода трёхлетнюю Фубао все начали обожать: К. Часть 180

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

К счастью, в этот момент вошли помощники, нанятые Е Хуа, неся первые блюда.

Ослятина в пяти специях.

Холодный лапи.

Блюдо ослятины в пяти специях добавили по совету Е Цзюаньэр.

Тогда Е Дасао сказала, что если семья Е Хуа сможет купить ослятину, то можно приготовить ослятину в пяти специях. А если не найдётся ослятины, то можно взять говяжью голяшку и сделать говядину в пяти специях.

Но Е Цзюаньэр, вспомнив, как однажды пробовала это блюдо, едва не пустила слюни.

Она быстро сглотнула слюну и горячо посоветовала:

— Послушай меня, обязательно купи ослятину, возьми молодую, а не старую. Не обманываю, будет так вкусно, что проглотишь и язык!

К счастью, после сбора урожая на рынке появилось больше продавцов, и в конце концов Е Хуа удалось купить большой кусок ослятины.

Поэтому, когда Е Дасао вынимала из бульона готовое мясо, нарезала его и раскладывала по тарелкам, Е Хуа не удержалась и схватила кусочек с краю, сунув его в рот.

От вкуса мяса у неё перехватило дыхание. За всю жизнь она не ела ничего вкуснее. Теперь она понимала, почему Е Цзюаньэр тогда едва не пустила слюни при упоминании ослятины в пяти специях. Раньше она думала, что Е Цзюаньэр, взрослая женщина, ведёт себя как обжора. Но оказалось, что дело не в её жадности, а в том, что Е Хуа просто никогда не пробовала такого вкусного мяса!

Пока Е Дасао раскладывала мясо по тарелкам, Е Хуа стояла рядом и ела обрезки, которые та откладывала. Она съела несколько кусочков, прежде чем смогла остановиться.

Теперь, за столом, как хозяйка, она не могла позволить себе выглядеть жадной до еды и внимательно наблюдала за реакцией гостей.

Хотя на стол подали два блюда сразу, все без исключения потянулись за ослятиной в пяти специях. Гости брали кусочек мяса, макали его в соус и отправляли в рот.

Во всех трёх главных комнатах и западной боковой палате воцарилась странная тишина, лишь из комнаты с детьми доносились шум и крики. Даже мужчины в главном зале и восточной боковой палате, которые до этого поднимали тосты, замолчали. Каждый, съев один кусочек, тут же тянулся за вторым, боясь, что ему достанется меньше, чем остальным.

В западной боковой палате девушки и женщины тоже были потрясены этим блюдом.

Вдруг Хуан Юэпин громко крикнула:

— Цинь Сяофан, у тебя совесть есть? Посмотри, сколько кусков мяса ты взяла за раз! Дома мяса не видела, вот и набрасываешься тут?

Цинь Сяофан думала, что все ещё под впечатлением от вкуса, и можно незаметно положить себе побольше мяса, но Хуан Юэпин её заметила.

— В тарелке и так мало мяса, а нас тут много. Ты только о себе думаешь, тебя дома не учили правилам? — слова Хуан Юэпин, как ножи, вонзались в сердце Цинь Сяофан.

— Я, я просто нечаянно взяла больше, если бы ты не кричала, я бы уже положила обратно! — забормотала Цинь Сяофан.

Гости быстро расправились с ослятиной, и вдруг из восточной боковой палаты раздался плач.

Е Хуа, услышав это, пошла узнать, в чём дело.

Цзянь да-сы уже была на грани срыва из-за детей. Только Е Сяньлэй и Чжан Тянь вели себя спокойно, остальные же не слушались.

— Почему плачут? — спросила Е Хуа, заходя в комнату.

Цзянь да-сы вздохнула:

— Всё из-за ослятины в пяти специях. Каждому дали по два кусочка, и то только потому, что Сяньлэй и Тяньцянь не стали есть, отдав свои. Самому крикливому толстяку даже достался третий кусочек. Но всем всё равно мало, вот и ревут, требуют ещё.

— Хватит плакать, дальше будут ещё вкуснее блюда! Кто будет плакать, того я заберу, и он ничего не попробует. Так, давайте посмотрим, кто ещё плачет? — сказала Е Хуа.

Услышав, что их могут увести и лишить угощения, дети тут же замолчали. Только толстяк, который уже съел три куска мяса, но орал громче всех, не сдержался и громко всхлипнул. Он тут же испуганно прикрыл рот ладонью, и в его глазах читался ужас. Если ослятина в пяти специях была такой вкусной, то что же будет дальше? Пропустить это — настоящая катастрофа.

Но Е Хуа не интересовало, о чём он думал. Она взяла его за руку и повела за собой. Толстяк заревел, как под ножом.

Цзянь да-сы выбежала вслед за ними:

— Мама, может, не стоит?

— Я знаю, что делаю, не вмешивайся, — ответила Е Хуа. — Иди обратно, теперь они точно будут вести себя хорошо. Позаботься о Сяньлэе и Тяньцянь, нельзя, чтобы гости у нас чувствовали себя некомфортно.

— Хорошо, мама, я поняла, — Цзянь да-сы вернулась в комнату, и дети действительно притихли. Услышав рёв толстяка, они испугались, что их тоже могут увести, и тогда они пропустят всё самое вкусное.

А самого толстяка, которого Е Хуа вывела, рыдающего так, что он едва мог дышать, она не оставила снаружи без угощения. Она привела его в западную боковую палату и передала его бабушке.

— Ван Лаотайтай, ваш внук не наелся ослятины в пяти специях и не может успокоиться. Мы с невесткой никак не могли его утешить, поэтому привели к вам. Успокойте ребёнка, ведь если он будет так сильно плакать во время еды, у него заболит живот.

Ван Лаотайтай покраснела от стыда, но подозвала к себе внука, с лица которого текли слёзы и сопли.

— Если будешь реветь, больше никуда с тобой не пойду! Только позоришь меня, — она тихо спросила у толстяка: — Скажи бабушке, тебя кто-то обидел? Сколько кусков мяса ты съел?

— Три! — Толстяк, боясь, что его не поймут, поднял три пальца.

Одна из гостьей заметила:

— Ой, да он съел больше всех! Нам только по два кусочка досталось. Видно, Цзянь да-сы особо позаботилась о вашем внуке!

Ван Лаотайтай думала, что внук плачет, потому что ему не хватило мяса, а оказалось, что он съел больше других. От стыда её лицо стало пунцовым.

Она усадила внука к себе на колени и сказала:

— Ладно, сиди тут спокойно и никуда не ходи.

После того как все попробовали ослятину в пяти специях, второе блюдо, холодный лапи, никого особо не заинтересовало. Многие даже не знали, что это такое, ведь внешне оно напоминало просто широкую лапшу.

Кто пойдет на банкет, чтобы наесться лапши?

Поэтому почти никто не спешил брать его палочками, ожидая более сытных мясных блюд.

К счастью, третье и четвертое блюда подали довольно быстро.

— Свиные ножки, тушёные с соей!

— Рыба "сухое жаркое"!

Эти два блюда были по-настоящему основательными.

Нарезанные небольшими кусочками свиные ножки приобрели насыщенный коричневато-красный оттенок, каждый кусочек блестел от соуса.

http://tl.rulate.ru/book/145030/7837587

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода