Ху Цин оглядывалась.
Ху Нуань:
— Мама, хватит. К тебе никто не идёт. Ты не выглядишь тем, кто принимает решения.
Ху Цин:
— Но решать, бить тебя или нет, могу я.
— Ты можешь издеваться только над нами. — Ху Нуань потягивала какой-то сок: — Вон там площадь. Говорят, будут играть в призрачный огонь. Пойдём.
Толпа сгущалась. Постепенно все рассеялись.
Днём местные выглядели как живые, но ночью проявлялась их суть: бледные лица, стеклянные глаза, неестественные движения.
Ху Цин чуяла лёгкий запах тления. То появляясь, то исчезая.
Нити Безразличия незаметно обвили троих детей.
Навстречу шли влюблённые, целуясь и не замечая никого. Они пытались пройти между Ху Цин и Ху Нуань.
Ху Цин без церемоний пнула их.
Призраки с криками отлетели, сбив нескольких прохожих. Все смотрели на неё со злостью.
Местные держались вместе.
В ночном мареве Ху Цин выглядела почти демонически:
— Хотите подставить — бейтесь открыто.
Ху Нуань и компания поняли — это была ловушка.
Ху Нуань чувствовала злые намерения, но сейчас это не работало — вокруг была сплошная враждебность.
Их словно тонули в море призраков.
Призраки злобно смотрели, но ушли.
Почему? Создают цивилизованный город? Давайте драться!
— Почему они хотят нас съесть, но сдерживаются? — Ху Цин устроила экзамен.
Первый ученик:
— Знают, что не победят.
Второй:
— Им запрещают устраивать беспорядки.
Третий:
— Откармливают перед забоем.
Трое уставились на Сюань Яо. Ху Цин спросила:
— Ты так делал?
Сюань Яо смутился:
— Мама, я же демон. Демоны питаются друг другом.
Он был демоническим духом. Они росли, пожирая друг друга, затем малых демонов, потом больших... К счастью, он встретил Ху Цин и выбрал путь благородного демона.
Ху Цин спросила:
— Что ты ел?
Сюань Яо покраснел:
— Чтобы выжить, ел всё. — Видя её реакцию, поспешил добавить: — Они первые нападали.
Ху Цин разрывалась между осуждением и пониманием. В этом мире такие правила. Как она может осуждать его природу?
Ху Нуань посмотрела на них:
— Мама, люди тоже поглощают чужие силы.
Тан Юйцзы:
— Я видел, как он ест. Это... не так ужасно.
Ху Цин вздохнула:
— Я не об этом. Я думаю о границах между расами. Должны ли они быть?
Парча прервала её:
— Сначала подумай, как сбежать.
Ху Цин покачала головой:
— Вечно я о пустом.
Сюань Яо выглядел подавленным. Мама его презирает?
Ху Нуань дёрнула Ху Цин, указывая вперёд.
Ху Цин смягчилась:
— Я не осуждаю тебя. В крайних обстоятельствах и я бы, наверное, ела людей.
Она ведь уже видела такое.
Обняв Сюань Яо, она сказала:
— Пойдём. Что хотите в подарок? У мамы есть деньги.
Трое начали заказывать, пока лицо Ху Цин не позеленело.
Ху Нуань пожалела её:
— Мама, ты всё ещё бедная?
С тех пор как у неё появился наставник, её личные сбережения всегда превосходили материнские. Покупать без раздумий — обычное удовольствие, недоступное её маме.
Ху Цин почувствовала, как сердце разрывается от боли, не слыша колких слов своей расточительной дочери, пока та не сунула ей в руки покрытый ржавчиной предмет длиной более двух чи, напоминающий человеческую фигуру.
— Мам, тебе понравится.
Предмет оказался тяжелым. Ху Цин замерла, машинально разглядывая его:
— Что это?
— Я купила его на блошином рынке. Продавец сказал, что это артефакт из древней гробницы, — пояснила Ху Нуань. — Я заплатила. Дарю тебе.
Какая щедрость.
— Сколько?
— Десять тысяч темных кристаллов.
Сердце Ху Цин сжалось не от умиления, а от ярости. Разве эта рухлядь стоит таких денег?
Ху Нуань наклонилась и шепнула:
— Мам, это ценная вещь. Нам повезло.
Глаза Ху Цин заблестели: что за сокровище?
Ху Нуань развела руками: понятия не имею. Она лишь почувствовала, что это что-то ценное, но что именно, неизвестно.
Ху Цин без лишних слов убрала предмет в хранилище и повела детей осматривать лавки старьёвщиков. Раз уж Ху Нуань обладает таким даром, грех не воспользоваться.
Они скупили множество бесполезных на вид вещей, и вскоре среди торговцев поползли слухи: появились четыре простака, готовые купить любой хлам. Не упустите шанс!
В результате Ху Цин и компания стали желанными гостями на рынке. Им даже попытались продать курятник, выдавая его за гнездо феникса.
Ху Цин мысленно усмехнулась: я что, похожа на дурочку?
Она решительно отодвинула «гнездо феникса»:
— Спасибо, не нужно.
Продавец настойчиво подтолкнул его обратно:
— Настоящее.
Ху Цин снова отстранилась:
— Не по карману.
Продавец не сдавался:
— Всего сто.
Он толкнул так сильно, что Ху Цин едва устояла на ногах. Эй, да вы силой берете? Она собралась с силами, но вдруг почувствовала резкую боль в кончиках пальцев.
Не подавая вида, она сказала:
— Один темный кристалл.
Продавец заколебался, но в конце концов согласился:
— По рукам.
Дети недоумевали: их бережливая мать потратила целый темный кристалл, то есть десять духовных кристаллов, на кучу старых веток?
Иньская энергия проникала в кровь и кости, но Ху Цин, заплатив, была в прекрасном настроении:
— Пойдемте, скоро начнется игра в призрачный огонь.
Под холодным светом луны ее улыбка казалась особенно мягкой. Трое сразу поняли: скоро кому-то не поздоровится.
В представлении Ху Цин «игра в призрачный огонь» должна была выглядеть как рассыпание фосфоресцирующего порошка. Но реальность оказалась куда более жуткой.
Огромная площадь была уставлена горами костей: целыми и разрозненными, чисто выбеленными, такими, что даже собака не позарилась бы.
А «призрачный огонь» исходил прямо из них.
«Игра» заключалась в буквальном избиении. Люди с кнутами взмывали кости в воздух, где те взрывались зелеными вспышками, образуя причудливые узоры.
Толпа местных жителей ликовала.
Приезжие не могли разделить их восторг: разве это не напоминает поругание мертвых?
— Брат, скажите, откуда столько костей? — спросил один из гостей, парень с честным лицом.
Местный, смеясь, ответил:
— Наши же.
Парень опешил:
— Но разве это не осквернение самих себя?
Тот покачал головой, словно сожалея о его недалекости:
— Молодой человек, когда умрете и проживете столько же, сколько я, поймете. Тело и кости — всего лишь оболочка. Для нас, жителей Призрачного царства, кости — просто сувениры. Кроме как для игры, они ни на что не годны. Ваш кругозор слишком узок.
http://tl.rulate.ru/book/144894/7948871
Готово:
