Видимо, небесные молнии тоже запутались. Головы внизу вертятся, все на одно лицо. Как тут не ошибиться? Нет, так не пойдёт. Надо разделить их. Ударь!
*Громыхание* *раскаты* *громыхание* *раскаты* —
После ослепительной вспышки и оглушительного рёва ударная волна разметала шестерых в разные стороны. Они кубарем покатились по земле, ошеломлённые.
Зрители ахнули:
— О-о-о... Так вот что бывает, когда пытаешься обмануть небеса.
Наставники забеспокоились:
— Быстрее вставайте! Ставьте защиту!
*Раскаты* —
Едва разобравшись, кто есть кто, молнии, не дав им шанса снова объединиться, обрушились на каждого сразу.
Да, предыдущие удары не считаются. Начинаем заново.
*Раскаты* — град молний без передышки.
Зрители остолбенели. Это же убийство! Погодите, мы же здесь для постижения! Как мы что-то поймём, если вы бьёте так быстро?
Тучи рассеялись, подул ветер. Всё закончилось так быстро, будто шутка. Остались лишь шесть глубоких кратеров.
Наставники бросились выкапывать своих.
Пошёл дождь духовной энергии. Настоящие мастера скомандовали:
— Ученики базового уровня — немедленно начинайте постижение!
Ловите момент, хоть что-то усвойте.
Шестеро, едва откопанные, не могли отдыхать. Им нужно было восстановиться и повысить уровень. Формация сбора духовной энергии развернулась вокруг, притягивая ци, которая смешалась с дождём и лилась целый день. Большая часть энергии впиталась шестерыми, опустошив ци в радиусе ста ли. Их уровень взлетел до поздней стадии золотого ядра.
Вот это да. Видимо, сейчас действительно золотой век для прорывов.
Члены Чанцзи-мэнь горели энтузиазмом, каждый планировал своё закрытое обучение.
А сами виновники торжества остались довольны. Цзинь Синь подпрыгнул:
— Теперь мы снова первые — первые среди золотых ядер!
Точно, вернёмся и проверим, кто из старших братьев и сестёр на поздней стадии — пусть поторопятся с прорывом в юаньин.
Золотоядерные ученики Чжаохуа мысленно возмутились: [Серьёзно?!]
Патриарх Чанцзи-мэнь великодушно объявил:
— Отлично, все прорвались, молодцы. Значит — пируем!
— Ура-а-а! Патриарх лучший! Мы тебя обожаем! — детишки ростом по пояс облепили его, дёргая за одежду.
Патриарх сиял от счастья. Ах, как же хороши чужие ученики! Не то что наши — либо хмурые, либо сторонятся, будто я людоед. Эх, неудачники.
Невинно оклеветанные ученики Чанцзи-мэнь молчали.
Хуахуа вертел в руках Ху Цайцай, осматривая со всех сторон, и заключил:
— Нужно ещё несколько ударов. — Повернулся к сестре: — Когда вы планируете прорыв в юаньин?
Ху Нуань упёрлась в боки:
— Лучше сам поторопись!
Ху Чжучжу сказал:
— Не на них надейтесь. Давайте сами.
Ху Цайцай был духом зверя, и молнии для людей на него не действовали. Тут нужны были звериные удары. Кстати, Тан Юйцзы...
Он подозвал пятилетнего Тан Юйцзы, который наклонился к двухлетнему Ху Чжучжу.
— Хочешь очистить кровь? — спросил Хуахуа, имея в виду избавление от человеческой крови.
Тан Юйцзы замычал, колеблясь. Теперь ему казалось, что быть человеком или духом — не так уж важно. Друзья и наставник не отвергнут его.
— Спрошу у наставника, — ответил он.
Ху Чжучжу добавил:
— Только побыстрее. В молодом возрасте шансы выше.
Цяо Юй подошёл:
— Ху Нуань, сообщи матери радостную весть.
Девочка радостно связалась через чётки с Ху Цин — без ответа. Пробормотала:
— Как и ожидалось, — затем попыталась дозвониться до Шуй Синя — тоже молчание.
Ах, её дорогая мама и любимый дядя снова отправились гулять.
Цяо Юй, не сумев связаться, сам позвонил Юй Люйя.
Тот ответил:
— Некогда. Будьте осторожны. У нас многие готовятся к триблю.
Собирался отключиться.
— А Ху Цин... — начал Цяо Юй.
— Тоже, — отрезал Юй Люйя и отключился.
Цяо Юй удивился:
— Твоя мать тоже собирается прорываться.
Ху Нуань обрадовалась и побежала к патриарху Чанцзи-мэнь, ухватив его за руку:
— Дедушка патриарх, мы хотим мяса! Мя-а-а-са!
Патриарх одной рукой держал её, другой величественно взмахнул:
— Мяса! Эй, люди! Поймайте в задних горах тигра-разрушителя гор для детей!
Тигр-разрушитель гор — свирепый зверь, обычно использовавшийся для тренировок. И вот его просто отдают на съедение чужим детям?! Патриарх, очнитесь! — мысленно кричали члены секты.
Тем временем в Чжаохуа готовились к триблю не шестеро, а гораздо больше.
В тот же день Ху Цин последовала совету Юй Люйя и ушла в закрытое обучение на своей горе. Перед этим предупредила Шуй Синя и Ху Чжо.
Шуй Синь сказал, что чувствует приближение собственного прорыва. Как только рассеет холодную энергию, отправится на трибль за пределами Баопин-фан.
Ху Чжо пообещал присмотреть за домом и пожелал сестре удачи.
Ху Цин спокойно удалилась на обучение.
Юй Люйя оказался щедр — отдал ей все духовные кристаллы Чжэ Лю. Она не стала церемониться, ведь действительно бедствовала. Тут же использовала кристаллы для формации сбора духа:
— Почему я не могу напрямую поглощать энергию? Потому что я слишком прекрасна и уникальна, и весь мир меня отвергает?
Тонкая парча утешала:
— Смотри на вещи проще. Чем сильнее ты станешь, тем больше людей сможешь ограбить. Неужели тебе не хватает этих кристаллов?
— Откуда у тебя такие мысли? — возмутилась Ху Цин. — Я же хорошая.
Тонкая парча фыркнула.
«Хорошая» Ху Цин уселась на кристаллы и начала поглощать энергию.
Ещё в Мире Каньсин она впитала огромное количество ци, но из-за особенностей Места Крайнего Инь трибль не начался. После убийства Чжэ Лю она восстановила силы с помощью зелий. Теперь её тело было переполнено энергией, каналы и даньтянь распирало. Ху Цин направила ци в море сознания.
Но море сознания отказалось.
Оно больше не было тем жалким местам, что прежде. Теперь оно требовало изысканной пищи.
Какой именно? Не время привередничать!
Но её море сознания не слушалось, упрямо отказываясь пропускать энергию.
Ху Цин передумала и предложила ци пространству. Но и пространство отказалось!
Тонкая парча пояснила:
— Оно уже поглотило Туньцзин Шэньшоу и теперь презирает такие крохи.
Ху Цин попыталась связаться с Нитями Безразличия, Кроваво-зловещим Шаром и Жетоном Демонического Императора. Все трое притворились мёртвыми — никому не интересно.
— Бай Вэнь? Лэй Лун?
http://tl.rulate.ru/book/144894/7948344
Готово:
