— Гав! — Юань Ли внезапно подняла голову и посмотрела в ту сторону, откуда раздался голос Сиси, громко залаяла.
Этот лай прозвучал совершенно неожиданно.
Ду Цзинмо даже немного вздрогнула.
— Ууу, Момо, ты должна за меня заступиться! Юань Ли меня обругала, эта маленькая, она меня обругала! — Сиси тут же завелась, она хотела пожаловаться!
— Ну, расскажи, что она тебе сказала, — Ду Цзинмо не ожидала, что ей придётся выступать в роли судьи.
Проблема была в том, что она понимала только мысли Сиси.
От Юань Ли она улавливала лишь слабые эмоции.
— Юань Ли сказала мне не лезть не в своё дело, и была очень, очень, очень злой.
В мыслях Сиси сразу же прозвучала обида: она никогда не видела, чтобы Юань Ли была такой злой. Эта панда действительно ужасно злая.
Ду Цзинмо посмотрела на мягкую, как шоколадный кекс, Юань Ли, лежавшую у её ног, и никак не могла понять, где же та злость, о которой говорила Сиси.
— М-м-м, — Юань Ли протяжно мурлыкнула, протягивая лапу.
Она преувеличивает!
Сиси: [!!!]
[Вот вредина! Вредина!]
Она ведь только что была совсем другой, такой злой.
— Ничего, ничего, Сиси, великодушная панда, не станет обращать внимания на Юань Ли, — Ду Цзинмо, видя, что Сиси чуть ли не разваливается от обиды, мягко утешила её.
— Молоко в бутылочке готово, Момо. Ты сама покорми их, а я пойду проверю Мэй Лэ, мне кажется, что-то не так, — Мэй Чжэн принесла три бутылочки с молоком.
Обычно, если матери-панды сами заботятся о детёнышах, смотрители могли бы просто присматривать за малышами в детском саду. Но Мэй Чжэн, когда возвращалась, своими глазами видела, как Мэй Лэ втирала Синсин в снег.
Она была в ужасе: как можно быть такой жестокой? Мэй Лэ, Синсин ведь просто немного жёлтая, но ты же не оттрёшь её до белизны снегом.
— Хорошо, хорошо, здесь всего трое, я справлюсь, — Ду Цзинмо тут же кивнула.
С тремя малышами она могла справиться сама.
Это как жонглирование: три мяча, это цикл, четыре мяча, тоже возможно, шесть мячей, это уже слишком.
Конечно, есть суперталантливые артисты, которые могут жонглировать девятью мячами, но это не может продолжаться долго, обычно это разовые трюки.
Ду Цзинмо наклонилась и протянула Юань Ли одну из бутылочек с молоком.
Юань Ли сама взяла бутылочку и, лёжа на земле, начала пить.
Гобао и Сюэ Жун Ду Цзинмо подняла и посадила в большую чашу в виде гусеницы. Внутри ещё лежал снег, но она быстро смахнула его рукавом, посадила малышей и поднесла бутылочки к их ртам.
Вскоре они начали спокойно пить.
Чмоканье молока раздавалось со всех сторон.
— Момо, ты слышишь, как я сглатываю слюну? — Сиси, сидя на дереве, смотрела на них с тоской, даже её внутренний голос звучал жадно.
Она могла только смотреть, но не могла пить.
Очень, очень, очень хотелось попробовать.
Эти малыши такие счастливчики, их ещё и Момо кормит.
Особенно Юань Ли... какая она Юань Ли, это же настоящая тиранша!
Злая, да ещё и специально отнимает её Момо.
— Как же хочется перелезть туда, — на другом дереве Син Лэ забралась наверх и смотрела на смотрителя и малышей, которые собрались вокруг Сиси, с тоской.
Она тоже хотела присоединиться!
Раньше малыши играли в центре площадки, но теперь они всё ближе подбираются к Сиси.
О чём это они там все шепчутся?
Ей так хочется перелезть и присоединиться.
Она не хочет сидеть одна.
Даже если придётся драться с Сиси, она согласна.
Но она ведь только что дала обещание.
Если сейчас перелезет, то нарушит его.
Син Лэ, вися на дереве, нервно дёргала лапкой.
Ду Цзинмо подняла взгляд и встретилась глазами с Син Лэ, услышав её мысли: [Хочу перелезть, хочу перелезть, хочу перелезть, как скучно, как скучно].
Если бы Баофэн не выглядела такой застенчивой, она бы уже взяла её и отнесла в вольер к Син Лэ.
Так Син Лэ могла бы завести нового друга и не скучать, а Баофэн привыкла бы к шуму.
Ведь с Син Лэ тишины не дождёшься.
— Момо, база согласилась, но перед отъездом эксперты базы соберутся, чтобы обсудить с тобой и дать рекомендации, — внезапно подошла Дуань Цзысинь и, стоя за пределами детского сада, довольно громко сказала Ду Цзинмо.
Её настроение было сложным.
База согласилась слишком легко, без всяких препятствий, и теперь её Момо, да и она сама, оказались в непростой ситуации.
Хотя это был ожидаемый и желанный результат.
Но впереди столько неизвестного, она нервничала.
— Хорошо, сейчас? — Ду Цзинмо подошла к Дуань Цзысинь, её голос звучал спокойно и естественно.
— В полдень, — Дуань Цзысинь сказала, что у смотрителей утром нет времени, только в обед.
— Я зайду за тобой в полдень, и нужно будет взять с собой Баофэн. Эксперты хотят посмотреть, насколько вы с ней синхронизированы, — Дуань Цзысинь сказала и ушла.
Взять малыша на поиски матери, это одно, но если малыш не слушается, то всё бесполезно.
Поэтому, сможет ли Ду Цзинмо взять Баофэн с собой, зависит от того, слушается ли Баофэн её.
— Хорошо, — Ду Цзинмо кивнула.
Она вернулась на площадку и спокойно наблюдала за тремя малышами, которые с удовольствием пили молоко.
Она размышляла, понимая, что база хочет убедиться, будет ли Баофэн слушаться её в дикой природе.
Наверное, будет, но нужно, чтобы эксперты в это поверили.
На дереве Сиси внимательно смотрела на задумавшуюся Ду Цзинмо.
Что с ней вдруг случилось?
Кажется, она услышала что-то про Баофэн, что-то связанное с ней.
Она так переживает и заботится о той Баофэн!
В её сердце, наверное, Баофэн на первом месте, Юань Ли, на втором, а остальные малыши, где-то ниже.
Она даже не знает, на каком месте находится сама!!!
Как же обидно, как же обидно.
Не люблю её больше, не люблю.
— Момо, не хмурься, — однако, видя, как смотрительница не может разгладить морщинку на лбу, Сиси с тревогой подумала.
Что же с ней происходит?
http://tl.rulate.ru/book/144891/7705234
Готово:
