Хьюга Хината бесцельно бродила по улице, погружённая в свои мысли.
Когда Китадзава был рядом с ней, пропускать занятия было легко — она просто следовала его примеру. Но теперь, одна, она не совсем знала, что делать.
После нескольких минут нерешительных шагов в её голове вспыхнула идея, и она повернула обратно к небольшой роще, которую хорошо знала.
На этот раз страх не сковывал её сердце.
Хината глубоко вздохнула, её бледные глаза были спокойны, и она начала практиковать свою технику лазания по деревьям.
Возможно, это было её изменившееся мышление, но сегодня всё шло более гладко, чем когда-либо.
К полудню она впервые добралась до вершины дерева.
Хината сжала свои крошечные кулачки, победно помахала ими, и сияющая улыбка расцвела на её лице.
Она посмотрела на солнце, поняла, как поздно, и спрыгнула вниз, побежав обратно к Академии ниндзя.
— Китадзава-сэнсэй!
Хината ворвалась в кабинет, запыхавшаяся, но сияющая от волнения.
— Такая пунктуальная, да?
Китадзава отложил свой бэнто с усмешкой.
— Похоже, моё ниндзюцу обеденного времени достигло совершенства.
— Я… я…
Хината заикалась, её щёки покраснели. Она не хотела, чтобы он думал, что она примчалась обратно только ради обеда.
— Давай. Садись и ешь.
Китадзава ухмыльнулся её смущению, забавляясь тем, как легко она смущается.
Несмотря на её протесты с покрасневшими щеками, тело Хинаты подчинилось, прежде чем её мозг успел возразить. Она села напротив него, застенчиво опустив глаза.
— Куда ты сбегала сегодня утром?
Китадзава передал ей пару палочек для еды, его любопытство было искренним.
— Я закончила тренировку по лазанию по деревьям.
На его вопрос глаза Хинаты мгновенно поднялись, её голос дрожал от гордости.
Китадзава удивлённо моргнул, затем его лицо озарилось тёплой, одобряющей улыбкой.
— Отлично. Ты первая в классе, кто освоил лазание по деревьям. Даже Саске пока не может этим похвастаться.
Он встретился с ней взглядом, чувствуя водоворот эмоций за этими бледными глазами.
Губы Хинаты дёрнулись вверх, образуя яркую, застенчивую улыбку. Её маленькие ножки качались взад и вперёд под столом, когда она пыталась сдержать свою радость.
Её хвалили и раньше — но никогда кто-то, кем она так сильно восхищалась.
В сознании Хинаты Китадзава теперь был вторым после Хьюга Хиаши.
— Улучшение контроля чакры очень поможет в освоении Мягкого Кулака, — задумчиво добавил Китадзава. — Конечно, лазание по деревьям — это только начало.
— Я буду усердно работать!
Глаза Хинаты сияли от решимости.
Если она сможет быстро овладеть Мягким Кулаком, может быть… только может быть, Отец наконец-то будет ею гордиться.
Китадзава мог практически читать её мысли.
В некотором смысле, Хината ничем не отличалась от Учихи Саске — оба отчаянно искали отцовского одобрения.
Но их пути были усеяны одними и теми же препятствиями.
Есть старая поговорка: «Сравнение себя с другими приносит только страдания».
Учиха Саске постоянно сравнивал себя с Итачи, в то время как Хинату заставляли соревноваться с Хьюга Неджи.
А Неджи, несомненно, был вундеркиндом.
В оригинальной временной шкале Неджи удалось освоить такие техники, как «Восемь Триграмм Шестьдесят Четыре Ладони» и «Вращение» — искусства, которые, как предполагалось, были предназначены только для главной семьи Хьюга — исключительно путём самообучения.
— Ты уже пробудила свой Бьякуган? — спросил Китадзава, откусывая жареную креветку.
В отличие от Шарингана, который требовал определённых эмоциональных триггеров или врождённого таланта, активация Бьякугана в клане Хьюга была относительно простой — всего лишь вопрос тренировки.
В теории, каждый ниндзя Хьюга мог его пробудить.
Проблема была в том, что после того, как они его активировали, было мало способов продвинуть его дальше, в отличие от прогрессии клана Учиха через различные стадии томоэ к Мангекё Шарингану.
Это была одна из причин, по которой потенциал Хьюга Неджи, хотя и был блестящим, в конечном итоге стагнировал по сравнению с более поздним ростом Саске.
Не то чтобы у Неджи вообще было это «позже» в оригинальной временной шкале.
— Нет… ещё нет, — пробормотала Хината, качая головой.
Китадзава не удивился.
В оригинальной серии Хината публично не использовала свой Бьякуган до Экзаменов на чунина. Точный момент, когда она впервые его пробудила, оставался неизвестным — но это, конечно, было не в начале её тренировок.
Китадзава зачерпнул ещё одну порцию риса, задумчиво жуя.
Он почти ничего не знал о технических деталях Бьякугана или Мягкого Кулака. Обучать Хинату этим искусствам самому было просто невозможно.
К счастью, у него ещё был козырь в рукаве.
Пока он выполнит миссию Хинаты, система вознаградит его Бьякуганом.
— В апреле будет ежемесячный экзамен, — сказал Китадзава через мгновение. — Хочешь попробовать занять первое место?
— Я?
Хината моргнула, ошеломлённая. Замешательство затуманило её нежные черты лица.
— Я могу помочь тебе со специальной тренировкой.
Новая идея Китадзавы по развитию её смелости включала в себя публичное выступление.
Стоять перед всей школой и говорить требовало огромной храбрости — особенно для кого-то такого застенчивого, как Хината.
А после ежемесячных экзаменов всегда был сегмент, где лучшие ученики произносили речи.
— Спасибо, Китадзава-сэнсэй.
Хотя она была сбита с толку, Хината не могла заставить себя отказать ему. Она послушно кивнула.
— Не за что, — ответил Китадзава с ободряющей улыбкой. Он решил пока не упоминать о выступлении.
К тому времени, когда наступил полдень, пришло время для практического боевого класса.
Сегодняшняя тема была метание ниндзя-инструментов — но вместо кунаев они тренировались с сюрикенами.
Каждый тип ниндзя-инструмента имел свой собственный вес, баланс и технику, что означало, что даже талантливым ученикам приходилось переучиваться для каждого из них.
Тем не менее, для вундеркиндов из кланов ниндзя это не было чем-то сверхсложным.
На уединённом тренировочном поле за Академией ниндзя Китадзава стоял со своей небольшой группой.
Изначально это тренировочное поле было зарезервировано исключительно для частных уроков с Учихой Саске. Теперь, однако, оно разрослось, чтобы включать Хинату, Ино, Наруто и Якумо.
— Хорошо — Наруто, Якумо, идите на пробежку.
Голос Китадзавы был твёрд, когда он отдавал инструкции.
— Ино, Саске, практикуйтесь в лазании по деревьям.
— Да, Китадзава-сэнсэй!
Наруто, переполненный энергией, немедленно развернулся и убежал, его улыбка практически светилась на солнце.
Якумо с тоской посмотрела на него, зависть мелькнула в её глазах, прежде чем она начала бегать трусцой по тренировочному полю с осторожной скоростью, как её и учил Китадзава.
— Китадзава-сэнсэй, — заговорила Ино, любопытство было написано на всём её лице. — Разве Хината тоже не тренируется в лазании по деревьям?
— Она уже закончила эту тренировку, — ответил Китадзава с гордой улыбкой.
— Ни за что! — ахнула Ино.
Она сама прошла тренировку по лазанию по деревьям и знала, насколько это изнурительно. Мысль о том, что нежная, тихая Хината опередила её, была умопомрачительной.
Плечи Саске напряглись. Его пальцы бессознательно сжались в кулаки.
Хьюга Хината превзошла его?
Он, гений Учиха, который должен был быть впереди всех?
Вспышка решимости пересекла его глаза, и без единого слова он развернулся и бросился к ближайшему дереву.
— Саске-кун, подожди меня! — взвизгнула Ино, бросаясь за ним.
— Хината, давай поработаем над чем-то немного другим, — сказал Китадзава. — Та же тренировка по лазанию по деревьям, но на этот раз тебе придётся уворачиваться от ниндзя-инструментов во время лазания.
Он вытащил из своего мешочка два деревянных куная, нежно улыбаясь ей.
— Я поняла! — Хината энергично кивнула, бледные глаза сияли от решимости.
Лазать по дереву, уклоняясь от атак, будет вдвое сложнее, но нежная внешность Хинаты скрывала скрытую сталь. Она не отступит.
Направив чакру в свои ступни, Хината начала взбираться на дерево.
— Осторожнее, Хината.
Предупредил её Китадзава, когда бросил первый кунай, намеренно медленно. Сейчас он хотел дать ей шанс среагировать — но в конце концов, предупреждений не будет вовсе.
Хината изящно изогнула тело, уворачиваясь от снаряда, не теряя инерции.
Полчаса спустя Саске наконец-то достиг вершины своего дерева, пот блестел на его лбу.
Он сделал дрожащий выдох и позволил себе торжествующую ухмылку.
Но затем его осенила новая идея, и он спрыгнул вниз одним плавным движением.
— Стихия Огня: Техника Великого Огненного Шара!
Саске бросился на открытую поляну, складывая печати руками с молниеносной скоростью. Чакра хлынула через его систему, собирая жар и силу.
Крутящийся огненный шар вырвался из его губ.
Саске моргнул от шока.
В первый раз, когда он попытался выполнить эту технику, его огненный шар был едва больше его кулака. Теперь он был почти в два с половиной раза больше баскетбольного мяча.
Такой удар легко причинит серьёзные травмы в реальном бою.
Что ещё более важно — его огненный шар уже был на четверть размера того, который Итачи показал ему много лет назад.
Если всего одна неделя тренировок привела его так далеко…
Разве месяца не будет достаточно, чтобы Отец наконец посмотрел ему в глаза и сказал: «Как и ожидалось от моего сына»?
Одна только мысль о похвале Фугаку заставила Саске прижать пальцы ко лбу, дрожа от эмоций.
Мгновение спустя он не мог сдержаться.
Он разразился диким, торжествующим смехом, глаза его сияли.
Китадзава, наблюдая со стороны, вздохнул, его губы дёрнулись от раздражения. Он наклонил голову к небу, безмолвно сетуя на то, как ясен и солнечен был день — идеальный для драматических подростковых всплесков.
Затем, откуда ни возьмись, перед его глазами материализовались четыре светящиеся строки текста:
[Твой вечный соперник Учиха Саске самодоволен и бросил тебе вызов.]
[Текущая миссия: Как только Техника Великого Огненного Шара Учихи Саске превзойдёт технику Учихи Итачи, ты должен разработать свою собственную технику Стихии Огня, чтобы превзойти его.]
[Награда за миссию: Стихия Огня: Великое Огненное Истребление.]
[Вы принимаете?]
Китадзава чуть не подавился.
«Что, чёрт возьми, делает эта система?!»
Серьёзно… она пытается начать сюжетную арку соперничества из ничего?
Но с другой стороны… он не мог отрицать, что ему это нравилось.
Кроме того, ради такой награды он был бы сумасшедшим, если бы не попробовал.
«Стихия Огня: Великое Огненное Истребление» было не просто ниндзюцу — оно имело уровень сложности B и устрашающий боевой рекорд в оригинальной временной шкале.
Во время Четвёртой Мировой Войны ниндзя более двадцати пользователей Стихии Воды — большинство из них джонины — были вынуждены объединить свои техники только для того, чтобы заблокировать «Великое Огненное Истребление» Мадары Учихи.
Короче говоря, эту технику, возможно, не самая сложная для изучения, но она была ужасающей с точки зрения масштаба и силы, когда её осваивали.
Китадзава сжал кулак, глаза сузились от вновь обретённой решимости.
«Хорошо, Саске. Давай посмотрим, кто горит ярче».
http://tl.rulate.ru/book/144849/8037388
Готово:
