Гу Бэйчэн заказал две бутылки национального вина и дюжину апельсиновой газировки, подумав про себя: похоже, место для встреч с сослуживцами придется сменить.
— Давайте начнем обед. В такую погоду нужно есть горячие блюда, иначе они остынут и станут не такими вкусными.
— Я сегодня не буду пить с вами. Моя жена не любит запах алкоголя.
Гу Бэйчэн открыл бутылку апельсиновой газировки, налил себе и Сун Жаньжань, а затем сказал:
— Ты совсем не уважаешь нас. Покажи свой прежний дух, не позволяй женщине так сильно тебя контролировать.
Чжао Юньфэн размял плечи. Гу Бэйчэн не знал, что он съел, но его сила была впечатляющей. Его плечо наверняка опухло.
— Ты не женат, поэтому не понимаешь. Мне нравится, когда жена меня контролирует. И даже еда не может заткнуть твой рот.
Гу Бэйчэн не смотрел на Чжао Юньфэна, встал и начал накладывать еду Сун Жаньжань, время от времени спрашивая, какое блюдо ей нравится.
— Сегодняшние креветки просто восхитительны, сладкие и сочные!
— Да, это блюдо из вареной говядины просто великолепно, острое и нежное!
— А я считаю, что красная тушёная свинина самая вкусная, сладко-соленая, тает во рту! Я давно не ел такого, это так вкусно!
Наблюдая за неловким выражением лица Чжао Юньфэна, все сделали вид, что не заметили, и продолжали есть и пить.
Очевидно, что среди этой компании Чжао Юньфэна никто не уважал.
— Вам не пить — лучше для меня, я буду пить один.
Чжао Юньфэн, будучи толстокожим, быстро оправился и перестал обращать внимание на происходящее. Все они дорожили своим лицом и точно не стали бы с ним ссориться.
Но на этот раз Чжао Юньфэн ошибся. Он уже был исключен из круга общения Гу Бэйчэна.
Его семейное положение было не самым лучшим, и без поддержки бывших сослуживцев его карьера застопорилась. Его эмоциональный интеллект оставлял желать лучшего, и на своем нынешнем уровне он останется навсегда.
За этим обедом все, кроме Чжао Юньфэна, хорошо поели и выпили.
Две другие пары, обладая тактом, встали и попрощались, как только насытились.
— Очень рад был познакомиться. Давайте поддерживать связь по переписке. У нас дома дети, и в праздники не стоит долго задерживаться, так что мы пойдем.
— И я тоже.
Шэнь Юэси никогда не верила слухам. В архиве она видела множество случаев, когда слухи использовались завистниками, чтобы очернить других.
— Я запомню. Давайте оставаться на связи!
Эти двое были хорошими людьми, и ей, которая часто скучала, было интересно послушать сплетни из Яньцзина.
Гу Бэйчэн, расплатившись, достал мешок, в котором лежали коньки, купленные по его просьбе у дяди.
Попрощавшись с остальными, он взял Сун Жаньжань за руку и вышел на улицу.
— Жена, время еще есть. Я отвезу тебя на Шичахай кататься на коньках.
Гу Бэйчэн заметил, что настроение Сун Жаньжань улучшилось, но он все же хотел, чтобы она была счастлива.
— Тогда чего мы ждем? Скорее вези меня!
Сун Жаньжань была в восторге, и все предыдущие неприятности исчезли.
Люди в мире бывают разные. Она не деньги, чтобы всем нравиться, и не станет наказывать себя за чужие ошибки.
Сун Жаньжань не каталась на коньках много лет, но ее навыки были неплохими. Ей нравилось чувство свободы и скорости.
— Жена, держись крепче, я ускоряюсь!
Гу Бэйчэн, увидев, что Сун Жаньжань плотно укутала лицо, увеличил скорость.
По пути раздавался ее радостный смех.
Зимний полдень. Солнечные лучи лениво падали на лед, словно теплое одеяло, покрывающее зеркальную поверхность.
— В сумке две пары коньков. Я попросил дядю заранее их купить.
Дом дяди находился недалеко от катка, и через полчаса Гу Бэйчэн уже доставил Сун Жаньжань на место.
Гу Бэйчэн, глядя на сияющие глаза Сун Жаньжань, припарковал велосипед, подвел ее к краю и, присев, помог ей надеть коньки.
Даже в холодную зиму Сун Жаньжань чувствовала сладкую прохладу.
На катке было много людей, в основном студенты и молодежь, пожилых почти не было.
Гу Бэйчэн был одет в черное пальто, внутри которого Сун Жаньжань сшила подкладку из меха, которая была теплее пуховика.
Его глаза, как зимние звезды, светились любовью к жизни и глубокой привязанностью к Сун Жаньжань.
— Жена, пойдем внутрь!
Гу Бэйчэн крепко сжал руку Сун Жаньжань, и тепло через перчатку передавалось ей.
— Пойдем!
Сун Жаньжань тоже была в черном пальто, и на фоне Гу Бэйчэна она казалась хрупкой и изящной.
Ее улыбка была яркой и очаровательной, а глаза полны доверия и зависимости от Гу Бэйчэна.
Они свободно скользили по льду, пока впереди их не преградила пара, и их руки разъединились.
На людном катке было трудно маневрировать, и Сун Жаньжань, отпустив руку, начала скользить по льду, как ласточка.
Ее движения были легкими и грациозными, каждое действие наполнено силой и уверенностью.
Ее коньки оставляли на льду красивые дуги.
Мастерство Сун Жаньжань было отработанным и впечатляющим. Она с легкостью меняла позиции, то прыгая, то вращаясь, принимая изящные позы.
Когда она скользила, ее длинные волосы развевались на ветру, как ветви ивы.
Ее мастерство и уверенность вызывали восхищение и зависть у окружающих, и постепенно вокруг нее образовалось свободное пространство.
Люди окружили ее, наблюдая за ее фигурным катанием.
Гу Бэйчэн остановился рядом, завороженно глядя на Сун Жаньжань.
Мужчины тоже сравнивают друг друга, но их сравнения скрыты. Только у соперников они становятся очевидными.
Как сейчас, когда восхищенные и завистливые взгляды окружающих наполнили Гу Бэйчэна гордостью. Сун Жаньжань была его женщиной.
Ее таланты не ограничивались катанием на коньках. Она также была прекрасной танцовщицей.
Она шила ему одежду и кошельки, и он любил их, ведь они были уникальными.
На людях она была красивой и элегантной женой.
Дома она была нежной и мягкой женщиной, чей взгляд мог лишить его рассудка.
Особенно в моменты близости, когда он был готов умереть ради нее.
— Как же здорово! Я получила удовольствие. Вечером младшая невестка и младший брат вернутся с детьми, и нам нельзя задерживаться. Давай поскорее домой!
Сун Жаньжань взглянула на часы. Было уже за четыре часа, и если они продолжат кататься, она вспотеет.
— Жена, тогда поедем домой. В следующий раз я отвезу тебя в безлюдное место, где мы сможем собрать лед. Там вода чистая, ее можно пить.
Сейчас вода была прозрачной, и он знал место, где в будущем продавали дорогую минеральную воду.
Через полчаса Гу Бэйчэн припарковал велосипед, и, только открыв дверь, они увидели, как Линь Мэнъюнь встала с дивана.
— Жаньжань, вы вернулись. Скорее идите в дом, согрейтесь.
— Бэйчэн, ну что же ты? Раньше, когда ты ненадолго приезжал домой, и я не говорила, что ты постоянно уходишь.
— Сейчас на улице так холодно, зачем ты взял Жаньжань с собой? Девочек нужно беречь. Если она простудится, ты пожалеешь.
Линь Мэнъюнь, увидев Гу Бэйчэна, полностью одетого, кивнула с одобрением. Раньше она просила его одеваться теплее, но он упрямо отказывался.
Теперь же Гу Бэйчэн не только носил толстое пальто, но и шарф с перчатками. Видимо, невестка смогла его приручить.
http://tl.rulate.ru/book/144708/7650552
Готово:
