Тиреллы выразили свою поддержку в письме и прибытии Гарлана Тирелла, второго сына лорда Мейса Тирелла. Он был послан, чтобы вести переговоры от имени своего отца, который собирал армии Реки для похода на Королевскую Гавань. Желания дома Тиреллов были вполне очевидны, по крайней мере для такого человека, как Оберин. Они хотели корону для своей дочери. Этот план противоречил очень похожему желанию дома Мартеллов.
Именно эти вопросы сейчас обсуждал король. Брак... для такого человека, как он, это был вопрос политики и мало что еще. Хотя Тиреллы были богаче землями и ресурсами, они не были там, чтобы посадить Ренли на трон.
Обсуждение между королем, лордом Старком, сером Гарланом, лордом Варисом и самим Оберином было долгим и затяжным. Все они согласились, что брачный союз будет лучшим способом укрепить связи между южными королевствами. Тирелл настаивал, чтобы его сестра стала женой Ренли. Однако Оберин поспешил напомнить им, что именно дети Элии Мартелл должны были занять Железный трон. Ее племянница была бы справедливым выбором в качестве королевы. Леди Маргери была бы подходящей невестой для принца Квентина. Такое соглашение создало бы прочные связи между всеми тремя королевствами. Если бы Маргери вышла замуж за Квентина, а Арианна — за Ренли, их дети были бы королевскими кузенами.
На протяжении всех обсуждений король хранил молчание. Он внимательно выслушал все их аргументы. В конце концов, он отпустил всех, чтобы самостоятельно взвесить все варианты.
Итак, Оберин ждал, бродя по залам и дворам Красной Крепости, пока король размышлял о будущем.
Будущем.
Такое неопределенное явление — будущее. Он не любил часто о нем думать. Война с Ланнистерами была неизбежна. Уже поступали сообщения, что их войска разделились на две части. Одна часть осталась в Речных землях под командованием сира Джейме Ланнистера. Вторая часть под командованием лорда Тайвина Ланнистера направлялась на юг.
Лорды Штормовых земель и Реки уже собирались в Королевской Гавани и ее окрестностях. Надеюсь, к моменту прибытия войск лорда Тайвина в Королевскую Гавань прибудет достаточное количество вооруженных людей. Дорн скоро пришлет свои военно-морские силы в поддержку, хотя у них есть опасения по поводу лорда Станниса Баратеона на Драконьем Камне. Лорд Станнис осудил вступление своего брата на престол. Ренли ответил брату, заявив, что воля народа сделала его королем, как и Роберта. Они еще не получили ответа.
Лорд Варис нашел его, когда тот гулял по внешним крепостным стенам Красной Крепости. Он вспомнил, как впервые прогуливался там. Элия была женой Рейегара менее полугода и еще не привыкла к жизни будущей королевы. Именно на этой стене она рассказала ему, что беременна. Она была так счастлива, и он разделил ее радость. Его милая сестра...
— Можно поговорить? — спросил Варис, подойдя к нему.
— Если хочешь, — ответил Оберин с вздохом.
Он подошел и заговорил тихим, приглушенным голосом, хотя его голос и так был не слышен из-за сильного ветра, дующего по стене. — Я знаю, что ты хочешь посадить на трон принцессу Арианну, но что, если Ренли выберет леди Маргери?
«Тогда Арианна выйдет замуж за лорда Уилласа Тирелла, разве не так было решено?»
Легкая улыбка. «Да, но я знаю, что это не желание вашего дома».
Он повернулся к мужчине, прижавшись спиной к стене. «Я желаю многого, что невозможно. Ничто не вернет мне мою сестру и ее детей. Гора мертв, но двое еще остались. Это вы сказали моему брату и мне, что Амори Лорч был ответственен за убийство Рейнис. Это Тайвин Ланнистер был ответственен за обоих этих монстров. Когда их головы будут лежать у моих ног, у ног моего брата, наш кровный долг будет погашен».
Он на мгновение склонил голову. «Но мы стремились не только к их смерти. Мы также работали над будущим мальчика».
Оберин слегка улыбнулся евнуху. «Я послал сообщение своему брату, что мальчик должен жениться на одной из моих дочерей, бастард за бастарда. Даже если его происхождение станет известно, его легитимность невозможно доказать или опровергнуть».
«Его кровь достаточна для некоторых, чтобы поддержать его».
— Кто станет поддерживать бастарда дракона? Лорд Старк дал свое благословение на брак мальчика с одной из моих дочерей. Я тоже поддерживаю этот брак. Он и моя дочь Тиене очень любят друг друга. Если она не захочет выходить за него, то он может жениться на моей дочери Элии. — Он горько рассмеялся. — Моя сестра, наверное, нашла бы в этом юмор. У нее был довольно мрачный юмор.
Варис тяжело вздохнул, и на его лице отразилась печаль. «Я помню это, милорд».
«Но ты не смог ее спасти», — прошипел он.
«Никто не мог ее спасти, ни от Эйриса Таргариена, ни от Тайвина Ланнистера. Королева Раэлла хотела, чтобы Элия и ее дети уехали на Драконий камень. Если бы они это сделали, то остались бы живы, и мы могли бы присматривать за ними».
Тон мужчины оставался спокойным, ровным, подобострастным.
«Ни Доран, ни я не позволили бы их изгнанию».
Варис устало вздохнул. «Я не сомневаюсь в этом, милорд, но сейчас не время обсуждать то, что могло бы быть, а то, что может быть. Вы решите рассказать мальчику правду, и если да, то что будет сделано?»
«Так мало кто из нас знает правду, лорд Варис. Лорд Старк, лорд Рид, вы, мой брат, я, леди Ашара и кормилица Уилла. Секрет может умереть вместе с нами, если понадобится».
Паук наклонил голову набок, обдумывая. «А что, если у мальчика родится ребенок, похожий на отца? Фиолетовые глаза легко игнорировать, у его предполагаемой матери такие же, но серебристые волосы, как у отца, гораздо сложнее объяснить».
— У Дейнов течет кровь Таргариенов.
— Как и у Мартеллов и Баратеонов, но это трудно понять, глядя на кого-либо из вашей или их семьи.
— Вы, кажется, очень обеспокоены судьбой мальчика, — коротко ответил он.
— А вы? — прозвучал поспешный ответ.
Он глубоко вдохнул и выдохнул. Он думал о мальчике, о Джоне. Когда он впервые увидел его, он возненавидел его. Простой младенец, а между тем он представлял собой великое оскорбление для Элии. Однако Ашара убедила его обеспечить мальчику безопасность. Наблюдая за тем, как растет Джон, он был по-настоящему впечатлен мальчиком. Он был самым тихим из трех старших «пустынных волков», как Ашара называла своих детей с самого их младенчества. Он был сообразительным и обладал большим талантом к оружию и стратегии. Он не был так склонен к бизнесу и цифрам, как Алиссан, и не был так безрассуден, как Артур. Джон был приятен в обучении, воспитании и помощи в его взрослении. Ему даже нравилась идея, что мальчик мог бы стать его зятем.
«Я воспитал его как своего сына. Его судьба очень волнует меня, поэтому я собираюсь выдать его замуж за одну из моих дочерей».
— Тогда было бы мудро с вашей стороны и со стороны лорда Старка рассказать ему правду сейчас. Он достаточно молод, чтобы понять, насколько опасен переворот и насколько важна поддержка. Он может простить секретность и ложь о своем рождении, если узнает об этом сейчас, если узнает, что ложь защищала его. Возможно, он даже сможет завоевать расположение короля Ренли и попросить о возвращении Таргариенов из изгнания.
«Почему Ренли позволит им вернуться?»
«Из доброй воли. Если он такой король, каким мы его себе представляем, то он сможет восстановить равновесие в стране. Частью этого равновесия может стать предоставление двум изгнанным детям места, которое они смогут назвать своим домом. Тогда они смогут выйти замуж за тех, кого он выберет, и жить под его присмотром».
Оберин с любопытством посмотрел на мужчину. Почему Таргариены так важны для этого человека? «Это вопрос, который стоит рассмотреть. Но на данный момент есть более важные проблемы, чем возвращение двух изгнанников».
Он не выглядел довольным ответом, но согласился, вместо того чтобы настаивать на этом вопросе. «Действительно. Я оставлю вас прогуляться, принц Оберин».
Он смотрел, как евнух уходит, любопытно гадая, какие планы зреют в голове этого человека. Почему он хочет, чтобы дети Таргариенов вернулись? Хотя шепоты Паука всегда были полезны, он едва ли настаивал на восстановлении Таргариенов. Он тоже призывал к терпению, к осторожности. Джон никогда не должен был узнать правду. Таргариены никогда не могли быть восстановлены и, скорее всего, никогда не вернутся.
Вздохнув, он повернулся, чтобы посмотреть на чаек, летающих в бухте. Он подумал об Элии и ее детях. Он подумал о Лианне Старк и ее сыне. Он подумал о человеке, который был отцом обоих их детей. Серебряном Принце, чьи страсти разорвали королевство на части. Человека, чей отец сжег лордов заживо в залах Красной Крепости. Он закрыл глаза и через мгновение увидел, как корона из голубых роз падает на колени Лианны Старк. Он увидел холодную печаль Элии от потери любви мужа. Он увидел молодого человека, который был результатом стольких ошибок.
Джон был хорошим мальчиком. Он не сомневался в его мужестве, интеллекте или упорстве. Но трон не был для него. Трон никогда не был для него. Трон должен был принадлежать Эйгону. Трон должен был принадлежать роду Мартеллов. Возможно, вскоре эта конкретная несправедливость будет исправлена.
При правильных обстоятельствах и в нужное время, возможно, Джону можно будет рассказать правду о его происхождении, но не сейчас. Сейчас дом Таргариенов не имел никакой поддержки. Если когда-нибудь возникнет необходимость рассказать ему правду, он должен сначала жениться на представительнице дома Мартелл, чтобы не нанести дальнейшего оскорбления дому Элии. Брак между Арианной и Джоном можно было расторгнуть, и никто бы даже не узнал о его существовании.
Через несколько часов король Ренли снова собрал своих советников. Он принял решение. Во имя справедливости и в награду за помощь в его восхождении на престол он женится на принцессе Арианне Мартелл. Он подготовил официальный указ о брачном договоре, а также второй договор между домами Тирелл и Мартелл о помолвке леди Маргери Тирелл и принца Квентина Мартелла. Оба договора о помолвке были подписаны всеми присутствующими советниками.
Учитывая тот факт, что вражеская армия направлялась к Королевской Гавани, обе свадьбы должны были состояться после того, как армии Ланнистеров будут побеждены.
Это была победа дома Мартелл. Принцесса Арианна станет королевой Вестероса. Единственным препятствием были Ланнистеры. Хотя Оберин не мог понять, как лорд Тайвин мог рассчитывать на победу в сражении, когда его войска были в таком меньшинстве.
Поэтому он решил подождать, пока прибудут армии. С улыбкой на губах он понял, что может подождать войны. Он мог подождать еще несколько коротких месяцев, чтобы увидеть смерть Тайвина Ланнистера.
http://tl.rulate.ru/book/144684/7645212
Готово:
