Первоначально несколько человек договорились вместе посмотреть классический фильм.
Фильм длился всего полчаса, когда сообщение Се Фэй нарушило тишину.
Просмотр приостановили, уступив место обсуждению сплетен.
На самом деле взрывной эффект ощутили только Цзи Дань Цинь и Чжоу Ин Цзы, тогда как Сун Чуйцзинь, казалось, осталась невозмутимой и не высказала никакого мнения...
Потому что, украдкой взглянув на неё, они увидели, что её лицо по-прежнему сохраняло спокойное и мягкое выражение.
В групповом чате они сначала раскритиковали нынешний вкус Шэн Чэна, а затем принялись расхваливать Сун Чуйцзинь, перечисляя все её достоинства.
Осознав молчание Сун Чуйцзинь, они тоже замолчали в чате.
Даже обычно разговорчивые Чжоу и Цзи теперь сидели тихо, как перепуганные перепёлки.
Сун Чуйцзинь не произнесла ни слова, но на самом деле заголовок новости шокировал её настолько, что ей пришлось отвлечься на что-то другое.
— Я позвоню, — мягко сказала она, стараясь, чтобы голос звучал так же спокойно, как обычно.
Сун Чуйцзинь вышла в коридор, но несколько попыток дозвониться до тёти Чжан оказались безуспешными, и в конце концов она сдалась. Она написала сообщение:
[Тётя Чжан, извините за поздний звонок. Посылку, которая лежит на вилле, я пока не заберу. Если вам будет удобно, выбросьте её, пожалуйста. Спасибо.]
Отправив сообщение, она погасила экран телефона и выключила его, больше не желая видеть ни одного уведомления.
Она устремила взгляд на чёрное ночное небо Цзин Ши, где не было ни единой звезды. Ледяной ветер резал кожу, а в небе с грохотом пролетел самолёт, заглушая беспокойный стук её сердца.
Каждый год в конце ноября температура в Цзин Ши резко падала, и свирепый ветер буквально рвал кожу на лице.
Перелёт из Харбор-ду в Цзин Ши занимал чуть больше трёх часов. Дорогой частный самолёт приземлился в аэропорту.
Только Шэн Чэн ступил на трап, как ледяной ветер врезался в него, мгновенно окутав холодом его чёрное пальто.
Его встречал водитель Сяо Вэй, который все эти годы безупречно выполнял свои обязанности. Увидев Шэн Чэна, он тут же открыл дверь машины.
На щеке Сяо Вэя была царапина, неглубокая, но с уже запёкшейся кровью. Эта маленькая рана привлекла внимание Шэн Чэна.
Он нахмурился, испытывая отвращение:
— Откуда кровь на лице? — спросил он.
У Шэн Чэна была небольшая фобия — он не переносил вид крови. Не то чтобы это было серьёзно, но при виде крови его охватывало необъяснимое отвращение.
Сяо Вэй, хоть и работал на Шэн Чэна много лет и всегда действовал чётко, всё равно не мог привыкнуть к его подавляющей ауре. Услышав вопрос, он внутренне содрогнулся и только сейчас заметил царапину в отражении окна.
— Я сегодня случайно порезался. Простите, господин Шэн, это пустяк, это не помешает мне вести машину, — поспешно ответил он, кори себя за невнимательность.
Перед тем как ехать в аэропорт, он поссорился с девушкой. Поездка Шэн Чэна из Харбор-ду была спонтанной, и Сяо Вэй, получив звонок от ассистента Хуана, тут же бросился на встречу.
Девушка, разозлённая тем, что он ушёл посреди ссоры, ударила его с размаху, оставив на лице рану от маникюра.
Однако, несмотря на гнев, Сяо Вэй сосредоточился на вождении и даже не почувствовал боли.
Шэн Чэн холодно бросил:
— Ключи.
— Обработай рану. Больше такого не должно быть.
— Хорошо, господин Шэн, — Сяо Вэй поклонился, протягивая ключи. Внутри он уже пережил целую бурю, боясь, что разозлил Шэн Чэна и его уволят.
Те, кто оставался рядом с Шэн Чэном долгие годы, были умны. Сяо Вэй вздохнул с облегчением: хорошо, что отделался только предупреждением...
На самом деле подчинённые Шэн Чэна чувствовали себя спокойнее, когда он ругал их. Если же он молчал и хмурился — это было куда страшнее.
Едва Шэн Чэн сел в машину, как позвонил его личный ассистент Хуан. Он сообщил две новости:
Первая — о скандале в Харбор-ду.
Вторая — тётя Чжан позвонила Хуану и сообщила, что на вилле «Двенадцать часов» лежит посылка для Сун Чуйцзинь, но та попросила её выбросить.
Тётя Чжан, испугавшись, решила не скрывать это от Шэн Чэна. Увидев сообщение, она как раз выходила из полиции и предпочла доложить правду через Хуана.
Выслушав, Шэн Чэн решил сначала забрать посылку.
Что касается первой новости, то, услышав её, он почувствовал раздражение. Он ненавидел, когда его имя связывали с подобными сплетнями.
Шэн Чэн стал жертвой обстоятельств, тогда как Цзян Сы Юй вышел сухим из воды.
Машина стояла на месте, и Сяо Вэй, случайно заметив в окне ледяное лицо Шэн Чэна, почувствовал дрожь в спине.
Шэн Чэн мрачно отдал Хуану несколько распоряжений: выкупить газету, опубликовавшую скандал, и ужесточить условия сделки с семьёй Чжэн, увеличив их уступки с 30% до 40%.
Закончив с делами, он направился за посылкой.
«Выбросить»...
Эти слова разозлили его, как и её заявление, что их отношения можно в любой момент разорвать.
Он нажал на газ, и Maybach помчался к вилле «Государственная Вилла Леса Майских Слив».
Тётя Чжан, узнав, что Шэн Чэн лично поехал за посылкой, в панике вызвала такси. Перед походом в полицию она приняла успокоительное, но сердце всё равно бешено колотилось.
Выйдя из такси у виллы, она поняла, что ноги подкашиваются — не от возраста, а от страха.
Морозной ночью на её лбу выступил пот, а её нервозность выдавала её, словно она совершила преступление. Бормоча что-то себе под нос на родном диалекте, она не решилась подъехать прямо к вилле и вышла далеко от неё.
http://tl.rulate.ru/book/144611/7641908
Готово:
