Повседневный офис Цзян Динфан расположен в центре улицы Дадун в шестом районе — это её основной избирательный округ.
Если ехать сюда в час пик из Центрального района, дорога займёт больше сорока минут. Однако, когда Су Ань села в машину, рассвет только начинался, и путь был свободен, так что они добрались до здания офиса депутата Цзян менее чем за тридцать минут.
Помощник Сун на другом конце провода бросил фразу — обсудим при встрече — и торопливо положил трубку. Су Ань не стала ничего добавлять.
Перед камерами она продержалась всего две минуты, но это, казалось, вытянуло из неё все силы. Она сидела неподвижно, даже забыв снять наушники.
Ло Лань хотел что-то сказать, но, увидев её состояние, предпочёл промолчать.
Дверь машины открылась, и сотрудники, убедившись, что вокруг спокойно, позволили Су Ань и Ло Ланю выйти и войти в здание.
Оказавшись в своей «крепости», все вокруг явно расслабились. Охранник кивнул коллеге и, взяв Ло Ланя, увёл его.
Оставшаяся девушка с короткими волосами повела Су Ань вперёд:
— Депутат Цзян впереди, можете идти прямо к ней.
Услышав имя матери, лицо Су Ань наконец изменилось, выразив неуверенность и смущение.
Но прежде чем она успела подготовиться, за углом она увидела мать.
Сегодня Цзян Динфан была одета в небрежно подобранную тёмную юбку, а блузка на ней была слегка помята. В руках она держала сигарету, задумчиво глядя на текст на экране. Видимо, её разбудили среди ночи, и она выглядела усталой от недосыпа.
Депутат Цзян была окружена сотрудниками и что-то серьёзно обсуждала, но, увидев Су Ань, тут же подняла руку, прервав доклад, и пошла к ней широкими шагами.
Су Ань крепко сжала ладони и стояла на месте, глядя на приближающуюся мать. Ей хотелось объясниться, извиниться.
Но её губы лишь слегка дрогнули, как мать резко обняла её.
Су Ань замерла.
Объятие Цзян Динфан было тёплым и сильным. Она крепко прижала дочь, затем отпустила и посмотрела на её лицо:
— Всё в порядке, Ань?
Увидев, что Су Ань всё ещё стоит как вкопанная, окружающие засмеялись добродушно:
— Смотрите, наша героиня!
— Тигрица не рождает зайчат!
— Ха-ха, ребёнок в шоке.
Помощник Сун нажал на кнопку связи:
— Приготовьте для Су Сяоцзе чашку горячего кофе, с сахаром и молоком.
Су Ань была готова к вопросам и упрёкам, а в лучшем случае — к занятости и игнору.
Если бы так и случилось, она бы опустила голову и приняла это, даже считая, что это заслуженное наказание.
Но от такой заботы её глаза неожиданно начали наполняться слезами.
Она отвернулась, быстро моргнула и произнесла сдавленным голосом:
— Прости, мама, я…
— О, нет, — сразу же прервала её Цзян Динфан.
Она раздавила сигарету:
— Тебе не за что извиняться. Это наша ошибка, ты справилась прекрасно.
Это действительно была их ошибка. Депутат Цзян начала заниматься политикой всего десять лет назад. Цзян Цзин приехала в Даси учиться, а Су Ань и вовсе оказалась здесь по воле семьи, совершенно не понимая, что происходит. Её дети и семья ещё не до конца приняли эти перемены, и команда до этого момента упускала это из виду.
Как политик, Цзян Динфан изначально была слабо подготовлена. После поддержки и сотрудничества с семьёй Чэнь она сделала слишком резкий и большой шаг вперёд. В таких условиях конкуренты просто не могли не воспользоваться этой слабостью.
После инцидента у Музея Жизни они уже были настороже, но всё ещё не придали этому достаточного значения.
Это была ошибка всей команды. После сегодняшнего кризиса репутации политические курсы и курсы по связям с общественностью для членов семьи депутата Цзян уже включены в план.
Не только Су Ань, но и её муж Су Чанмин, старший сын Цзян Цзин и даже восьмилетний Цзян Дэ должны пройти соответствующие курсы и тренировки.
Пожилая женщина с седыми волосами подмигнула Су Ань, сочетая в себе проницательность и доброту:
— Но Ань уже достаточно хороша. Думаю, Цзян должна принять тебя в нашу команду.
Цзян Динфан с улыбкой представила её:
— Это Линь Сай, стратегический консультант, который присоединился к нам на прошлой неделе. Пригласить её было непросто.
Линь Сай также улыбнулась, шутливо, но с уверенностью:
— Я уже стара, у меня нет времени ждать, пока ты вырастешь. Я должна быть уверена, что ты сможешь добиться успеха до моего выхода на пенсию, поэтому и присоединилась к этой команде.
В этот момент молодой сотрудник принёс им кофе.
Цзян Динфан передала Су Ань горячий кофе с сахаром и молоком, а сама взяла эспрессо и подняла бокал, как будто за тост:
— Спасибо за доверие, Линь.
Только теперь Су Ань нашла возможность поклониться:
— Здравствуйте, рада познакомиться.
Пожилая Линь Сай вздохнула:
— О, дорогая, не нужно так формальничать, я буду чувствовать себя виноватой за свою холодность!
Все засмеялись, а помощник Сун объяснил Су Ань:
— Час назад Линь Сай предложила депутату Цзян разорвать с тобой отношения как с дочерью.
Линь Сай пожала плечами:
— Не вини меня, дорогая. Это было лучшее решение в худшем случае.
Худший случай, конечно, был бы, если бы Су Ань неудачно ответила, и конкуренты использовали бы это, обвинив её в принуждении партнёра к изменению тела, вызвав общественное возмущение, которое перекинулось бы на Цзян Динфан.
«Ребёнок не воспитан — вина матери». Могла ли Цзян Динфан, как депутат шестого района, быть такой же справедливой и равноправной, как она себя позиционирует? Такие вопросы были неизбежны.
Прежде чем большинство избирателей отвернутся от неё, единственным решением было бы для Цзян Динфан решительно извиниться, порвать с Су Ань и отправить её за границу, а в крайнем случае — даже в полицию.
Пока об этом инциденте не забудут, Су Ань не могла бы появляться на публике.
Как бы то ни было, она и вся команда должны были обеспечить успешное проведение выборов через два дня.
Су Ань, конечно, не винила Линь Сай за её предложение. Даже если бы всё так и произошло, она бы считала, что это было правильное решение.
— К счастью, до этого не дошло, твоя дочь справилась прекрасно.
Линь Сай нажала кнопку, и на большом экране появилась запись интервью Су Ань:
— На самом деле, я считаю, что она справилась даже лучше, чем если бы прошла тренировки по связям с общественностью.
Профессиональные ответы в рамках связей с общественностью, конечно, стандартны и эффективны, но, став привычкой, они начинают казаться шаблонными и искусственными, как будто их уже отрепетировали бесчисленное количество раз, теряя искренность, которая вызывает доверие.
Линь Сай нажала паузу, как будто оценивая какую-то работу:
— Смотри, она всё время защищает своего партнёра. Это замечательно, Ань. Иногда действия говорят громче слов.
На экране был момент, когда она и Ло Лань только вышли из квартиры, ослеплённые вспышками камер.
http://tl.rulate.ru/book/144600/7642221
Готово:
