Сначала из раны вытекало довольно много крови, но постепенно её количество уменьшалось. Она спокойно наблюдала за этим, стараясь не запачкать кровью другие места. Когда рана затянулась, она наклеила пластырь, смыла следы в раковине и прикрыла рукавом, регулярно меняя повязку. Никто, кроме неё самой, не заметил её бледного лица.
Конечно, это не было попыткой самоубийства. Даже сейчас Суань не считает, что она пыталась покончить с собой.
Ведь она не хотела умирать. Она знала, что таким образом не умрёт. Просто в тот момент, в тот самый миг, ей захотелось попробовать.
Как маленькая девочка, которая неумело красит губы помадой или надевает туфли на каблуках, не становясь от этого взрослой, а просто подражая и пробуя.
Как сейчас сказал Чэнь Бо, она просто хотела немного «постоять» там.
После этих слов Чэнь Бо быстро пришёл в себя. Он больше не говорил, просто опустил глаза, тихо ожидая обвинений или уговоров.
Но после короткой паузы Суань лишь продолжила:
— Ты выставлял эту картину где-нибудь? На выпускной выставке Уэсли, например?
Чэнь Бо, в отличие от некоторых современных классических художников, не стал слишком детализировать ветви, водоросли, цветы или мокрое платье Офелии, очертания её фигуры.
Просто лаконичный портрет по пояс и рябь воды на фоне, которые необъяснимо передавали ощущение холодной сырости, словно стоило сделать ещё шаг, и можно было бы наступить на скользкий мох на берегу.
Это, без сомнения, была выдающаяся, очень выразительная картина.
Судя по опыту Суань за последнюю неделю, она была уверена, что если бы картина была выставлена, то получила бы высокую оценку.
Чэнь Бо взглянул на неё и коротко ответил:
— Уэсли не уделяет этому внимания.
Фраза была простой, но Суань сразу всё поняла.
В Университете Уэсли для мужчин было много художественных специальностей, но их цель, вероятно, заключалась не в настоящем искусстве, а скорее в создании аристократичного имиджа, добавляющего ореол элитарности к титулу «жениха Уэсли».
Кроме того, многие богатые студенты Уэсли и не нуждались в такой бесполезной славе.
Суань ненадолго замолчала, затем спросила:
— Завтра в Сылу будет небольшая выставка, организованная внутри института, но она открыта и для внешних работ, принимаются рекомендации.
Это была традиция Художественного института Сылу — регулярно проводить небольшие выставки студенческих работ, которые привлекали определённое внимание в профессиональных кругах. Многие новые таланты в мире искусства именно на таких выставках впервые заявляли о себе.
Она посмотрела на Чэнь Бо:
— Хочешь попробовать?
Столкнувшись с таким неожиданным предложением, Чэнь Бо явно растерялся. Его обычно меланхоличные глаза с миндалевидным разрезом почти превратились в круглые, и он уставился на Суань своим тёмным взглядом, полным искреннего недоумения.
Но, похоже, он не собирался отказываться.
Суань:
— Это немного срочно, выставка начинается завтра, и я не знаю, успеем ли мы сегодня. Давай я сначала уточню.
Она достала телефон, нашла имя Фан Юань в приложении для общения, кратко описала ситуацию и отправила фотографию.
Фан Юань, с её характером, всегда участвовала во всех делах в университете, имела широкий круг знакомств, и в таких вопросах к ней было обращаться идеально.
Действительно, услышав имя Чэнь Бо, Фан Юань сначала отправила смайлик с подмигиванием и надписью [Молодец, сестра!], затем получила фотографию и быстро ответила: [О, с этой картиной проблем точно не будет!]
Чэнь Бо:
— Я… Я ещё не закончил…
Суань снова взглянула на картину и серьёзно сказала:
— Она уже почти готова. Что ещё нужно добавить?.. Может быть, немного света?
Пока она говорила, она также объяснила эту проблему Фан Юань в сообщении.
Выставка начиналась завтра, а работа ещё не была доставлена, что, строго говоря, не соответствовало правилам. Но поскольку это была внутренняя выставка института, к «своим» относились менее строго. Фан Юань быстро ответила голосовым сообщением: [Ладно, ладно, это мелочи. Если ты меня подведёшь, максимум — получишь выговор от профессора.]
Хотя она так говорила, но любой, кто понимал ситуацию, не мог допустить, чтобы Фан Юань действительно получила выговор.
Чэнь Бо также повернулся, поблагодарил и пообещал:
— Я закончу её сегодня и доставлю в Сылу до начала выставки.
Суань улыбнулась, её взгляд был полон искреннего восхищения:
— Она понравится многим.
В новом мире было немало известных писателей и художников, которые были «мальчиками». Из-за их короткой жизни и невротичности их работы часто были проникнуты меланхолией и одиночеством, с оттенком безумия и одержимости, что создавало уникальный стиль «мальчиков» в новом мире.
Суань уже отказала Чэнь Бо, и теперь, когда нужно было закончить картину сегодня, она явно не могла больше быть его «личным водителем» и отвезти его обратно в дом Цзян.
К счастью, все, кто работал в поместье Чэнь, были профессионалами высшего уровня. Пока они разговаривали, управляющий уже организовал водителя и машину, которые проводили её до двери автомобиля с безупречной профессиональностью.
Когда она вернулась домой, Фан Юань как раз отправила несколько сообщений подряд: [Готово!]
Затем последовал стикер: [Готовься, мальчик, не беспокой меня~]
Суань открыла картинку, бегло взглянула и уже собиралась выйти, чтобы поблагодарить Фан Юань, как вдруг заметила некоторые детали.
Она снова нажала на картинку, увеличила и ещё раз подтвердила слова:
Участник выставки: Офелия
Тип работы: Масляная живопись
Авторы: Суань, Чэнь Бо (мальчик)
http://tl.rulate.ru/book/144600/7642197
Готово:
